Элинор Одна Из Трёх - Мечта всей жизни!

— Мир, — оглянулась я на остановившую меня в одном из коридоров дворца подругу. Она выглядела озабоченной, какой-то растерянной. — Что случилось?

— Эль, мне нужно с тобой поговорить.

— Конечно, подруга. О чем?

— Видишь ли, мы с Кеаном поссорились.

— Впервой, что ли, — фыркнула я.

— На сей раз серьезно.

— Из-за чего?

— Да я уже и не помню.

— Ну ты даешь. Мир…Ну блин…

— А что? Я женщина нервная, чувствительная, а когда ору, увлекаюсь.

— Это точно. Но твои ссоры с вампиром совсем не новость. Однако ты взволнована. Что случилось?

— Я хотела тебе рассказать, — подруга сложила руки на животе и слегка поморщилась.

— Что, болит? Где? — я положила ладонь поверх рук Мирки. И внезапно вздрогнула, явственно уловив биение маленькой жизни. И это была явно не перистальтика подругиного кишечника.

— Что это? — я резко отдернула руку. — Мир… Мир, ты что?…

— Да, Эль. Я беременна.

— От кого? Ах да, глупый вопрос, — блин, ну мелкая! — Давно?

— Думаю, месяца три.

Ничего себе!

— И ты молчала?!

— Я не была уверена, а потом все случая не подворачивалось поговорить.

— А он знает?

— Нет, Эль, я не успела сказать. А потом мы поссорились.

— Идиотка! Иди и быстро расскажи Кеану! Думаю он будет на седьмом небе от счастья.

— Я не уверена.

— Глупости! — я заглянула в глаза подруги. И напряглась. — Неужели все настолько серьезно?

Мирка потупилась.

Вот зарраза мелкая! Угораздило же ее залететь он вампира.

Рассеянно оглянувшись, я увидела приближающегося к нам верховного мага Деании.

— Мир, мне пора! — я рванула в противоположную от темного сторону.

— Нуови! — крикнули у меня за спиной. — Стойте! Мне надобно с вами переговорить. Немедля. Дело очень важное!

Я вынужденно остановилась и повернулась к подошедшему.

— Госпожи мои, у меня новости. Плохие.

— Что? Что-то с Нилом? — я заволновалась.

— Нет, хвала Духам он выздоравливает. Дело в вас. Нуови, я узнал, что вашему миру грозит ужасная опасность.

— Какая? — мы с Миркой с двух сторон ухватили мужика за рукава.

— Спокойно, нуови, — темный поспешно вырвался. — К вашей земле летит огромный камень. Если вы не вернетесь, он ударит в землю…

Я вдруг вспомнила об услышанном когда-то про ледниковый период. О смещении полюсов. И похолодела от ужаса.

— Что же делать? — с надеждой глянула на мага, позабыв о былых распрях.

— Вам надобно срочно возвращаться, нуови.

— Но мы не можем, вы же знаете.

— Я помогу. Если вы не против. Согласны?

Мы с подругой не задумываясь кивнули.

— Тогда в путь, — темный сложил руки перед грудью и что-то каркнул. Нас с Миркой закрутило в водовороте воздуха. Последнее, что я увидела, была торжествующая ухмылка мага.

Темно. Вокруг птички поют. Слышится шелест листвы. Но разве птицы поют ночью?

Эта мысль заставила меня встрепенуться. Резко сев, я открыла глаза. Сразу стало светло.

Вокруг был лес. Рядом тихо сквернословила подруга.

Я огляделась. Знакомое место. Вон тот взгорочек я где-то видела. И мостик… Блин!

— Эль, мы кажется дома, — Мирка тряхнула волосами.

Похоже на то. Если не ошибаюсь, Измайловский парк.

— Холодно, Эль, — поежилась подруга.

Согласна. Холодно. Мы с мелкой были в тонких рубашках и полотняных брюках. Было зябко и как-то пасмурно.

Я провела рукой по пожухлой желтой листве рядом.

Октябрь?!

— Мир… Мы кажется вернулись в то же время, из которого исчезли.

— Похоже, — подруга поднялась на ноги.

— Что будем делать? — я явственно растерялась. Так уже свыклась с мыслью, что на землю нам не вернуться. Наверное нужно домой. Домой. Какое незнакомое слово. Так привычно было считать домом замок нола. Хотя я и понимала, что он никогда не станет нам настоящим домом.

Домой… Но до дома пешком часов пять.

— Эль, — соратница закопошилась в сумке. — Я думала, что не пригодится уже. А вот поди ж ты…

Мирка извлекла из котомки горсть скомканных бумажек. В которых я, приглядевшись, узнала несколько сторублевок.

— Мир, откуда?

— Да вот. Носила с собой. Так просто. Как память о доме, — она пожала плечами. — И это, — в руках Мирки оказались… два мобильника. Мой и мелкой.

— Мир. Ну ты даешь! Зачем ты таскала их?

— Не знаю. Просто.

Какая она у меня умница. Эльке бы в голову не пришло носить с собой земные деньги.

— Что ж, — я вздохнула, невольно вспоминая Нила. Сразу же защемило в груди, но я постаралась игнорировать эту боль. — Поехали домой.

— Слышь, Эль, а тебе не кажется, что тот мужик в зеленом нас наколол? — мы сидели в моей квартире, я хлестала пиво, мелкая поддерживала вашу покорную слугу лимонадом. — Ведь если метеорит упадёт на нашу землю, на ихнюю он упадёт тоже — это ж параллельные реальности. Темиса мне рассказывала про это. Говорила, что мы связаны. И находимся совсем рядом. Да и как мы можем предотвратить такую катастрофу?.. Короче, нас провели как последних лохов. Мне так кажется.

— Не последних, Мир… И тут нас наверняка кто-нибудь обошёл, — тяжёлый вздох. А ведь Мирка права — бывают и у мелкой просветления. Как-то неправдоподобно звучало объяснение темного. Нелепо. А мы, как распоследние идиотки, повелись на раз!.. Сидим вот теперь, кукуем в нашем совершенно незаметно для окружающих спасённом от страшенной угрозы мире, пялимся на не по-осеннему яркое солнышко в окне и дуэтом тихо материмся — вот оно, истинное взаимопонимание и единение душ. Плакали наши любимые гады, плакали наши магические потуги, плакало моё исследование: «Все мужики козлы — мифы и реальность, или удивительная схожесть мужского поголовья параллельных миров как концепция общего начала.»

Самое обидное, я прекрасно знала, кто всё это провернул — Рейнон, чтоб ему алмазиком по темечку прилетело, да потяжелей — мне для его никаких алмазов не жалко! Отомстил, паршивец, видимо тот фингал так и не смог забыть. Так я же извинилась, объяснила всё — ну перепутала его с одним малым, на соблазнении наивных (чукотских) тёмноэльфийских девиц промышлявшим во впечатляющих количествах. Девицы соблазнённые уж так плакали — больше не из-за факта, что их обесчестили, а из-за того, что только один раз, по части мастерства к коварному обольстителю претензий не было.

Терзали меня, конечно, смутные сомненья, что соблазнителя я все-таки верно угадала — укрывался небось за мороком, маг хренов. А меня, гад, совершенно точно и после извинений не простил — недаром мы с Миркой тогда так шустро удирали из Деании. Заплывший глаз темного, помнится, обещал мне очень много хорошего.