Три сестры. Диана - Дина Сдобберг

груз к ногам. Очень болезненная и мучительная смерть, — рассказала я, вспомнив один из сотен Алькиных рассказов на около исторические темы. Тогда она кажется изучала расцвет инквизиции в Европе.

— Дю Армонд отомстил без жалости. С этим сложно поспорить. Но наверное, дополнительной пыткой для его жены было то, что изуродованную любовницу он не бросил. И даже когда стало понятно, что в результате девушка ослепла. Расправу над виновниками даже отложили, пока герцог лично не отвёз любовницу в одну из самых защищённых крепостей. На острове посреди озера. Там же был большой отряд рыцарей верных лично ему и в чьей преданности он не сомневался. Герцогиня знала, что это сделано, чтобы не напугать девушку криками. Ничто более не должно было её беспокоить. — С кривой усмешкой рассказывал подробности йерл Нудисл. — Однако, Дюбраси молчать не стали. Когда им стало известно о судьбе их родственницы, они объявили войну Дю Армонду ради отомщения за унижение и смерть Луизы. На самом деле Дюбраси больше волновали земли Дю Армонд, чем выходки ревнивой дуры и то, как она поплатилась за свои дела. Война длилась пять лет. Любовница Дю Армонда умерла в родах. Сам герцог четыре года спустя от полученных ран и потеряв все свои земли. Ногарэ Дюбраси, тогдашний герцог остановился лишь на берегу озера, примерно где-то здесь, на месте настоящего поместья Саргенсов. Оставшиеся в живых воины Дю Армонд собрались здесь, присягнули четырёхлетнему Морису Дю Армонд и приготовились биться до последнего. Дюбраси махнул рукой, класть своих солдат, которых будут топить сотнями при попытке переправы он не собирался.

— Подождите! — влезла я. — Дю Армонд. Но ведь Ланс Дю Армонд основал Де Орли. А его правнук Филипп ушёл из дома с небольшим отрядом. Причём фрай Гюнтер утверждает, что якобы башня на острове мёртвых принадлежала роду Де Орли. А когда Филипп вернулся, то он уже был герцогом Вестаран и ближайшим другом короля Тервеснадана. Получается, что тем рыцарем-бастардом но с замком и сильным отрядом преданных рыцарей, что спас последнюю из Винрайсов, был Морис фиц Армонд? А его отец приходился внуком Олафу Дю Армонд, не пожелавшему убивать брата, Ланса, будущего дюка Орливудского.

— Получается, что так, — кивнул Тристан. — То есть будущий король и первый герцог Вестаран были не просто соратниками и друзьями, на мирное время Филипп Вестаран получил должность смотрителя охотничьих угодий. Но ещё и четвероюрдными братьями. Вот только Морис вместо фамилии отца взял имя крепости, в которой родился и вырос. Тервеснадан.

— А в итоге, к власти пришли два потомка герцогов Дю Армонд. — Пробарабанила пальцами по столу Анна.

— Хмм, — отвлеклась от своих схем, которые вечно чертила во время размышлений Тося. — Немного отвлекусь от темы. А что стало с замком Дю Армонд, где казнили Луизу Дюбраси?

— Стал одной из крепостей Дюбраси, — пожал плечами Ногарэ.

— А где он был расположен? И не та ли это крепость, что была соединена тайным ходом с родовым замком Дюбраси? Тем самым, который якобы выдала врагу наказанная девица. Кто она там была… Получается внучка герцога Ногарэ, который отнял практически все земли Дю Армонд. — Озвучила свои подозрения Тося. — И кстати, земли Дюбраси почти полностью отошли Вестарану, который как мы знаем был Дю Армонд.

— Слишком похоже на правду, — чуть нахмурился Александр.

— Но тогда… — метался взгляд йерла Нудисла. — Никакого предательства не было, девушку сделали козой отпущения. Своеобразный намёк. Получили земли, благодаря женщине, и потеряли опять же из-за женщины. Это месть, хорошо продуманная и спланированная месть, — сказала Тося. — Но до этих событий ещё было далеко, насколько я понимаю. Тервеснаданское королевство крепло и разрасталось. Кто-то пал под напором войск короля, кто-то не рискнул и дал вассальную клятву. Причём, судя по древней истории, строго запрещённой в нашей империи, королевство как раз создавала королева. Это она из кучи разрозненных замков создавала единый механизм. Но десять лет брака не принесли главного, желанного наследника.

— Не совсем так, — пришла очередь Ани выкладывать части мозаики. — У королевы были дети. И не один. Но трое её сыновей умерли в младенчестве, а единственная выжившая дочь наследовать не могла. Более того, один из древних артефактов обнаружил в крови королевы и принцессы проклятье. На самом деле, близкородственные браки на протяжении многих поколений, с целью сохранить имущество и власть, привели к тому, что кровь в каждом следующем поколении не обновлялась, защитные свойства снижались, а спящие болезненные отклонения усиливались. Вот почему кровосмешение не просто противно морали, но и опасно. Королева унаследовала неизлечимое заболевание крови, да ещё и передающееся от матери к дочери. Сыновья при таком заболевании не выживают. Любая рана приводит к смертельной кровопотере.

— Но ты сказала о принцессе, — напомнил Александр.

— Да, после того, как королеву заперли на острове мёртвых, обвинив в измене, её дочь просто забыли. — Сплела пальцы Анна. — Графиня Александра Дорангтон по матери является единственным прямым потомком королевской четы Тервеснадана. И носителем проклятья королевы. Именно поэтому она отказалась от замужества и подала прошение об особом порядке наследования. Я единственная имеющая близкое кровное родство с Дорангтонами, но не унаследовала болезни.

— Понятно, что откуда появился этот Дракон, нужно искать именно рядом с королевой, но как? — задал интересующий всех вопрос Эжен.

— Королева с одной служанкой, после прилюдного лишения статуса и регалий была отправлена в заточение в башню, где её никто не смог бы даже увидеть. В её комнаты кроме той самой служанки никто не смел заходить под страхом смертной казни, — напомнила Анна. — И похоже ей подсунули яд. Ведь умирала она жутко крича. Эти крики слышали даже стражники на стенах. Король видно очень торопился, ведь из последнего своего похода он вернулся в сопровождении некой леди Изольды. Дочери весьма сильно пограничного королька. И именно войска папеньки первой императрицы сыграли решающую роль чуть позже, когда отвоёвывали земли с востока империи, потерянные якобы из-за предательства Дюбраси. И женился на ней Морис чуть ли не сразу, как ему сообщили о смерти законной жены. Даже дня траура не соблюдал.

— У него не было возможности, — хмыкнул наш старший йерл. — И так наследник родился через три неполных месяца после королевской свадьбы. Ещё немного и первый принц империи родился бы бастардом.

— Не сходится! — влезла в беседу я.

— Что с