Инна Юсупова - Поцелуй принцессы - и вся Империя в придачу

Корилад задумался.

"О, Единый, пожалуйста, пусть он согласится!"

— Пожалуй, можно попробовать, — наконец медленно произнес император. — Если рэ-Кор согласится… По крайней мере, это даст нам передышку!

Рэ-Крин взглянул на супругу с непривычным уважением:

— Спасибо тебе, жена. Пока у нас нет наследника, это действительно хороший выход…

— Лекари говорят, что мой организм не способен выносить здоровое дитя, — призналась Лэйса.

Один из врачей действительно сказал ей такое, и она не знала, верить его мнению или нет.

— Поговорим об этом по весне, — отмахнулся Корилад. — А сейчас я собираюсь отправить гонца к рэ-Кору.

Глава 53. Переговоры

Стояла глубокая ночь, когда человек в черном плаще пробрался в Уэйли через открытую кем-то для него калитку у реки. Незнакомец шел уверенным шагом, как будто хаживал здесь не единожды. Дойдя до условленного места, он негромко свистнул, и откуда-то из темноты появилась вторая фигура, в которой, присмотревшись, можно было узнать женщину. На несколько мгновений любовники замерли в объятиях друг друга.

Женщина опомнилась первой.

— Зачем ты приехал, Кордиан? Это же так опасно!

— Я устал скрываться, словно тать! — мрачно ответил рэ-Марис. — Если рэ-Кор по-прежнему жаждет снести с плеч мою голову, я охотно предоставлю ему такую возможность…

— Глупец!

— Я едва унес ноги из владений рэ-Марисов, Джесс. Ты знаешь, это поместье никогда не было и не будет моим. Когда я был мальчишкой, старые слуги смотрели на меня равнодушными взглядами, и вспоминали прежнего рэ-Мариса — молодого веселого капитана, нашедшего смерть в море — и его мать, старую графиню, которая прокляла моего отца. Он ведь стал графом по новому закону, принятому Корсидом II — тому самому, согласно которому женщины лишались права владеть землёй…

— Дурацкий закон, по-моему.

— Согласен. Но все случилось так, как случилось, а теперь еще узурпатор передал поместье нашему врагу эр-Лэйву, в награду за его предательство…

— Джейвен всегда мечтал быть дворянином! — прошептала Джесс. — Неужели все эти люди, которых он погубил, были для него только средством, чтобы опоясаться шпагой и заполучить какие-нибудь земли?..

— Наверное. Но я не хочу говорить сейчас о нём, Джесс. Мне сейчас важнее другое. — Он ласково коснулся ладонью её округлившегося живота. — Когда-то я был знатным человеком, другом нашего принца и его доверенным лицом. Я разбивал женские сердца, не думая в своей гордыне, что могу причинить кому-то боль. Сейчас всё изменилось. Я превратился в изгнанника, преследуемого беглеца, которому не суждено найти пристанища ни на севере, ни на юге. Указом императора я лишен всех своих титулов и владений. По велению принца меня разыскивают люди, чтобы взять меня живым или мертвым. В эти наполненные скитаниями дни я на многое стал смотреть иначе. Я поумнел, Джесс. И теперь я понимаю, что вёл себя бесчестно и подло по отношению к тебе. Ты открыла мне сердце и подарила свою любовь, а я видел в тебе всего лишь девушку из простонародья — с которой приятно проводить время, но которая никогда не сможет стать парой мне, гордому дворянину…

Но теперь все изменилось. Из дворянина я стал бесправным изгоем, лишившись всяких средств к существованию. Но ты продолжаешь любить меня даже в эти тяжелые дни! Ты веришь мне, когда все самые близкие друзья уже не сомневаются в моей виновности! И теперь я понял, что тоже люблю тебя. Ты, только ты — та женщина, с которой я желал бы разделить все радости и беды этой жизни. Я знаю, что уже ничего не могу тебе дать, даже имени, но все же я прошу тебя, Джесс — окажи мне честь, согласившись стать моей женой перед светлым ликом Единого!

Усталое лицо Джесси озарилось счастьем:

— Я согласна. Я люблю тебя, Кордиан. И мне плевать, есть у тебя замки и титулы, или нет. Я буду счастлива с тобой даже в лачуге…

В ту же ночь заспанный жрец обвенчал их в храме Единого.

— Мартьен, я должна с тобой серьезно поговорить. — Войдя в шатёр молодого государя, Джесс почтительно остановилась у входа, однако в голосе её почтительности было мало. Впрочем, как и всегда…

— Я слушаю тебя, племянница.

Откинувшись на спинку кресла, принц сделал девушке знак присаживаться. Её срок приближался, и живот уже выглядел огромным, однако же она зачем-то рискнула приехать в расположение его войск. Наверное, опять хочет попросить за Кордиана. Молодой рэ-Марис извёл уже пол-лиги пергамента, пытаясь в своих сбивчивых письмах объяснить государю причины своего поступка, однако принц по-прежнему сомневался в его невиновности. К тому же боль от утраты Альтена и друзей-рудокопов была еще слишком свежа.

— Дядя, ты не можешь больше преследовать Кордиана, — выпалила девушка.

Принц поднял бровь:

— Не могу? Интересно, почему? И, если уж на то пошло, скорее это он преследует меня своими посланиями, — Мартьен помахал парой свитков, лежавших на углу стола.

— Ты не должен проливать его кровь, потому что теперь он — твой родственник.

— Что? У рэ-Мариса проснулась совесть и он наконец решился взять тебя в жены? Или таким образом он всего лишь хотел укрепить свое шаткое положение?..

У Мартьена было хорошее настроение. В полученном от Корилада письме его враг просил о мире, обещая взамен признать молодого рэ-Кора своим наследником. По сути, это была капитуляция. И сейчас молодой человек откровенно дразнил Джесс.

Однако девушка была убийственно серьезна:

— Теперь Кордиан — мой муж перед людьми и Единым Богом. Если ты по-прежнему почитаешь меня за свою родню, то теперь он — твой племянник.

Принцу вдруг расхотелось обижать горнячку, которая была его давним и преданным другом. Хватит ей страдать. Поднявшись с кресла, он подошел к Джесси и крепко обнял её.

— Мне хочется верить, что ты права, и никакого умысла в том поступке рэ-Мариса не было — одна лишь глупая ревность… Сегодня я объявлю о его помиловании. И впрямь, нельзя же сердиться на собственного зятя?!

— Мой государь, здесь может быть ловушка. — По своему обыкновению, рэ-Вирдж во всём искал подвох. Но спешно собранный совет заседал уже третий час, и Мартьен начинал раздражаться.

— Не думаю. Переговоры будут проходить в заброшенном святилище Единого, что на лугах к западу от столицы. Там открытое место, не спрячешься. И наши войска, и его будут видеть, как мы с ним одновременно поедем к старому храму, приближаясь к нему с разных сторон. Все продумано. Каждый из нас прибудет туда всего с двумя своими людьми, а потом мы таким же порядком вернемся обратно…