Игра в кошки-ведьмы - Руби Рун

— Я знаю, маленькая ведьма, — произнёс он прямо у неё в голове.

Она закатила глаза, толкая его обратно на постель. Она начала целовать его грудь, позволяя языку прочерчивать линии между мышцами, пробуя его на вкус. Когда она добралась до его бедра, то подняла взгляд и увидела, что он смотрит на неё с выражением, граничащим с безумием.

— Не надо, — сказал он, и голос его звучал надрывно. — Если ты возьмёшь меня в рот сейчас, всё закончится, едва успев начаться.

Это признание вызвало у неё волну восторга. Значит, в следующий раз.

Вместо этого она снова поднялась и обхватила его член, сжав его чуть сильнее, чем следовало. Она провела рукой вверх и вниз. Стон, который он издал, был чертовски порочным. Она хотела гораздо большего. Могла бы слушать этот звук бесконечно и никогда не устала бы.

А затем она позволила ему скользнуть вперед, тесно притираясь своей чувствительной плотью к его. Она вращала бедрами, вдыхая этот восхитительный трепет, который грозил довести её до края прямо здесь и сейчас. Но она хотела, чтобы он вошёл в неё, и, судя по тому, как его рука впилась ей в бедро, пальцами проникая в кожу, направляя её вверх и позиционируя его головку у самого входа, он хотел того же.

Сначала медленно, она погрузила в себя только головку, и с их губ сорвались стоны. Раньше, занимаясь сексом, она всегда чувствовала неловкость, но теперь? То, как она опустилась на него, было совершенно первобытным, звериным. Дюйм за дюймом она принимала его. Принимала до тех пор, пока он не оказался похоронен в ней до самого основания. Она была так заполнена им, что едва могла дышать. Каждый нерв кричал от близости с ним.

Она уже была так близко, но это ощущение вознесло её ещё выше, к самым небесам. Он двигался в ней — то входя, то выходя, пока она не почувствовала, как внутри становится всё теснее. Волны удовольствия накатывали на неё каждый раз, когда она ощущала, как он набухает с каждым толчком, и узел формировался и рос, растягивая её так сильно, что перед глазами заплясали звёзды. Как раз когда она подумала, что больше не вынесет, шипы вонзились в её стенки. Она вскрикнула от ощущения, которое в одно мгновение превратилось из боли в экстаз. Судя по звукам, Феликс тоже был на грани.

— Чёрт, Эйвери, я сейчас… —

Её взгляд встретился с его, и боги, то, как он смотрел на неё… Этого было достаточно. Это подтолкнуло её через край, и она увлекла его за собой. Её стенки сжались вокруг его узла, когда его жар хлынул внутрь, наполняя её его сладким семенем. Это было похоже на падение, словно на секунду она стала абсолютно невесомой, прежде чем новый толчок его члена заставил её рассыпаться на кусочки. Звук, который она издала, не был человеческим, ведьмовским или звериным — это был крик самой души. Она рухнула вниз, а удовольствие немилосердно сотрясало её тело.

Их дыхание сбивалось в унисон, пока его узел оставался раздутым, связывая их настолько полно, что она не смогла бы пошевелиться, даже если бы захотела. Она осторожно подалась вперёд, стараясь не задеть его плечо, пока щека не коснулась его груди.

Во всех смыслах они были связаны: сплетены нитями судьбы и соединены по собственному выбору. Когда она подняла голову, чтобы взглянуть на него, он уже смотрел на неё.

Уголки её губ приподнялись в улыбке.

— Ты на меня пялишься.

Его пальцы зарылись в её волосы, откидывая прядь за ухо.

— И я никогда не перестану.

Глава сорок

Феликс

Он не лгал. Солнце поднялось над холмом и коснулось Эйвери раньше, чем он успел это сделать, но он не отводил от неё глаз уже несколько часов. Казалось, он физически не мог заставить себя перестать смотреть на неё — словно стоило ей хоть раз моргнуть, и она исчезнет.

Рассветный свет прокрался по половицам; солнце выглянуло так, будто только ради неё, залив комнату золотистым сиянием. Оно потянулось к кровати, взбираясь на неё, словно само не могло ею налюбоваться. Аромат корицы и мёда наполнил комнату, и чёрт возьми, привыкнет ли он к этому когда-нибудь? Он не думал. И не хотел. Эйвери медленно открыла глаза, и их океанская синева, блеснувшая в утреннем свете, тут же встретилась с его взглядом. Боже, как же она прекрасна.

— Ты всё ещё пялишься, — сонно улыбнулась она.

— Я человек слова, — ответил он. — Зачем мне смотреть в другую сторону, когда весь мой мир находится прямо передо мной?

И Феликс имел в виду каждое слово. До неё он был пуст, двигаясь по жизни, словно безжизненная оболочка. Если у него и была душа прежде, то лишь в пепле, но она каким-то образом заставила её вспыхнуть. Его истинная. И теперь, когда он нашёл её, он никогда её не отпустит. Даже сами боги должны были ужаснуться тому, на что он готов пойти ради неё. Живой или мёртвый, он найдёт её, защитит и будет любить. Он, чёрт возьми, любил её. Свою истинную пару.

— Ты голодна? — спросил он.

Она кивнула, протирая сонные глаза.

— Иди за мной, — сказал он.

Используя здоровое плечо, он помог ей подняться с кровати, накинул на неё свою большую рубашку и штаны, которые одолжила Эйми. Он повёл её через дом в обеденный зал. Было ещё ни свет ни заря, но оборотни сновали туда-сюда, стараясь держаться от маленькой ведьмы подальше. Плечи Эйвери напряжённо приподнялись, пальцы теребили край рубашки, и Феликсу хотелось рычать на каждого оборотня, который заставлял её чувствовать себя нежеланной. Но он сдержался. Пока что.

Обеденный зал не сильно отличался от того, что был в Керуине. Ряды столов и скамей, рассчитанные на сотню человек. Сводчатые потолки поддерживали крышу, но люстры давно были заменены на более современные модели, заливавшие комнату мягким светом. Они сели в самом конце, подальше от большинства оборотней. Которые, несмотря на то что Феликс сидел прямо рядом с ней, всё равно пялились. Из его груди вырвался низкий рык, и этого оказалось достаточно, чтобы они тут же дружно отвернулись.

На его губах заиграла ленивая улыбка. Даже его собственное логово не могло испортить ему настроение.

— Не обращай на них внимания, они привыкнут к тебе.

— Всё в порядке, я понимаю, почему они не в восторге от присутствия ведьмы в их логове.

Любого, кто останется «не в восторге» после того, как он поправился, он