Шпионка на отборе у дракона - Лидия Миленина

И взял ее в жены. Вейлина была не в силах оставаться в том же мире, где радовалась жизни эта парочка, и ушла сюда зализывать душевную рану. Наш мир ей понравился, она поделилась со мной планами. Хотела сделать его таким же, как тот, – магическим. По ее мнению, если она и наши с ней потомки – а у нас родились две очаровательные девочки София и Моника – будут жить в нем, то больше магии придет в этот мир, ведь в нем будет драконица и полудраконы. Меня же она не хотела терять. Обнаружила во мне скрытые магические способности и принялась учить магии, ведь тогда я не только стану ближе к ней, но и обрету долгую жизнь, свойственную магам. Дар у меня был несильный, постепенно я понял, что никогда не сравняюсь с Вейлиной. Поэтому я осознал, что должен научиться использовать предметы – артефакты. Создавать их, аккумулировать в них магическую энергию (обычно взятую как раз у Вейлины с ее же легкой руки), придавать им направленность на действие… Какое-то время у нас все было хорошо. Я разделял ее убеждения, чтобы принести магию в наш мир. Но, когда дочкам исполнилось пять лет и четыре года, наши с Вейлиной пути разошлись. Я любил ее, но почти все время нашего союза у меня… словно свербело внутри. Я ощущал несправедливость ко мне и всем людям… Несправедливость, заложенную в самом устройстве магии миров! Ведь магия миров зависит от драконов. Они аккумулируют частички особой энергии, можно сказать, волшебной силы, что заложена в природе, в стихиях, усиливают в себе – и излучают вовне. Так живет магия в том или ином мире. Приходят драконы – и постепенно мир обретает магию, люди могут пользоваться ею. Уходят драконы – и магия мира держится недолго, ведь больше нет «излучателей». Получается, от кого все зависит, кто правит всем этим? Драконы! Вейлина искренне хотела помочь нашему миру, но ее одной было слишком мало, чтобы мир быстро обрел магию. К тому же со временем, если бы магия пришла к нам, кто стал бы гласным или негласным правителем нового магического пространства? Конечно, тот, от кого все это зависит и самый сильный маг по совместительству. Вейлина! Во мне зрело возмущение… А Вейлина ощущала это – ведь, как все драконы, могла читать мысли. Наш конфликт становился все острее, мы спорили и ругались все чаще. Но пока еще я не осознал, что именно должен совершить…

– И что же это? – осторожно спросил мэтр Грай. Чтобы старый мэтр мог понять рассказ, Марк говорил на языке Андориса, который, оказывается, знал куда лучше, чем показывал прежде. Вероятно, его обучила еще Вейлина.

– Любезный мэтр, – усмехнулся Марк. – Я попрошу вас не бежать впереди паровоза, и пусть Андрей объяснит вам это выражение, если вы не понимаете, о чем речь! – кажется, Марк действительно увлекся своей исповедью. Он прав – рано или поздно каждому нужно выговориться.

– Тогда я еще не осознал… – продолжил психолог. – Но однажды понял то, что стало последней каплей, переполнившей чашу моего терпения. Я осознал, что Вейлина… – он чуть сглотнул, видимо, то, что собирался сказать, действительно причиняло ему боль, – любила меня не так, как того дракона… Любила, но… так любят питомцев, близких, дорогих существ… А не равного по положению! Это всегда было в ее отношении ко мне, но однажды я просто осознал это! Признаюсь, было очень больно! Однажды она спала, окруженная магической защитой, – к тому моменту она уже ставила ее на всякий случай, когда мы ночевали вместе, – а я лежал рядом и смотрел на ее прекрасное лицо. И знаете что? Я услышал, как она шепчет его имя. Его имя, вы понимаете?! И все встало на свои места… Оказывается, все эти годы она любила того дракона, Тайрока! А меня она лишь «завела», как заводят кошечку или собачку, чтобы скрасить свой досуг… – Марк разошелся не на шутку, и я получила возможность почти открыто попытаться вытащить руки из наручников.

Вот так… миллиметр, еще миллиметр… Да почему же ничего не получается?! Я закусила губу, а Марк неожиданно метнул на меня разгневанный взгляд.

– Возможно, ты не совсем верно понял! – сказала я, хотя и понимала, что могу вызвать его гнев. Главное сейчас – отвлечь его от своих рук, чтобы не заметил, чем я занимаюсь. – Драконы живут долго, их чувства длятся долго, ее подсознание просто не могло за несколько десятков лет забыть дракона… Но это не значит, что она не любила тебя по-настоящему, раз доверилась тебе и учила, пытаясь сделать равным себе! Ты психолог, должен понимать это!

– Ты тоже драконица, такая же, как она! Тебе точно так же наплевать на людей! Так же ничего не понимаешь! – ядовито глядя на меня, прошипел Марк. Но отвел взгляд и… выдохнул. Продолжил уже спокойнее: – Наутро Вейлина прочитала мои мысли, мы поругались и расстались. Вейлина забрала дочек и уехала. Она больше не хотела встречаться со мной, но предупредила, что будет следить за мной, потому что я стал опасен для нее. Но все же я перехитрил ее… За несколько лет я разработал свой план – тот, что мы с вами приведем в исполнение, как только получим последний ингредиент… Итак, я понял, чего я хочу, – восстановить справедливость в магическом устройстве миров. Сделать наш мир магическим, но независимым от драконов. Как достичь этого? Когда драконы перевоплощаются, то на несколько мгновений превращаются в атомарный туман, каждая частичка которого несет в себе свойства драконов аккумулировать и усиливать магию. Нужно лишь собрать достаточно этого тумана и распылить его в нашем мире! Тогда он обретет магическую природу, но не окажется под властью драконов! Со времен нашего с Вейлиной союза у меня остался образец ее крови. Используя его, я смог создать артефакт, которому не было равных во всех мирах. Вот этот! – Марк аккуратно достал из внутреннего кармана коричневую амфору на цепочке размером с маленькое яблоко. – Эта штука, господа, втягивает в себя дракона в момент перевоплощения… Вейлина стала первой. Я послал ей письмо, умоляя о встрече. На таком расстоянии она не могла прочитать мои мысли, а в письме я слезно умолял ее простить меня, уверял, что раскаялся в своих сомнениях и грешных мыслях, просил дать мне еще один шанс… Она всегда была… жалостливой. Она согласилась. Встречу я назначил на пустынном берегу, зная, что она любит море и любит летать. Значит, вероятно, прилетит туда под пологом невидимости. Вейлина прилетела, как по нотам разыграла