Татия Суботина - Ради тебя 2

И все же сожалений о том, что позволила Яну заполучить мое тело и душу не было. Если сегодня мне суждено умереть, то умру счастливой, ведь испытала мгновения такого волшебного наслаждения с любимым мужчиной, которого никогда ранее не знала. Некоторые люди так и проживают свои жизни, ни разу не ощутив подобного. Мне же повезло. К чему глупые стенания и сожаления?

В груди разлилось благостное спокойствие.

Я готова была принять свою судьбу, какой бы она не была.

Понемногу в голове стало проясняться, а неприятная слабость отступала. Мне необходимы были ориентиры помимо внутренних монологов, поэтому я попыталась полностью положиться на органы чувств и узнать о месте, где находилась, как можно больше. Зрение сфокусировалось, и я смогла увидеть, как сильно ошибалась. Из-за «дурмана», как назвала про себя ту дрянь, что мне вкололи, зрение почти перестало слушаться. Когда же вернулось, вся тьма, что казалась мне прежде сплошным толстым покрывалом, рассеялась. И я смогла осмотреться.

Со всех сторон меня окружали камни. Над головой они были острыми с красными отблесками на концах. Там, где тусклый свет обрывал возможности хорошей видимости, срабатывало мое воображение. Место, где я находилась, напоминало пещеру.

Глубоко вдохнув, я почувствовала насыщенный запах… земли. Влажной, рыхлой земли. Этот аромат не вызывал отвращения, хоть и забивал ноздри и горло полностью исключая другие посторонние запахи.

Напротив меня, у каменной стены стояли длинные, почти в человеческий рост, на изящных ножках, канделябры. Дрожащие язычки пламени отражались от стен. Кроваво-красные отблески на камнях создавали впечатление, что по стенам ползают мистические твари, оставляя липкий красный след.

Присмотревшись получше, я содрогнулась от отвращения. По стенам действительно что-то ползало. Множество мелких тварей от жуков и до пауков длиной с ладонь.

Взгляд резко опустился вниз, и только тогда я смогла вздохнуть с облегчением. Я лежала на каком-то возвышении, а мое тело было свободно от поползновений гадких насекомых. Уже за это я почувствовала сильный прилив благодарности.

Слегка пошевелив руками и ногами, поняла, что движений, кроме не до конца прошедшей слабости, ничего не сковывает. А значит, привязывать меня не стали. Я могла попытаться сбежать!

– Я бы не стал этого делать.

Кто-то зашел и если учесть, куда меня привезли, я вполне догадывалась, кто это мог быть. Поворот головы на звук голоса ничего мне не дал. Вместо того чтобы подтвердить или опровергнуть собственные догадки я осталась в неведении. Клубящиеся, темные тени скрывали вошедшего. Ряды мелких тварей расступались перед ним, словно отдавали честь и тут же смыкались плотным кольцом после его шагов. Он стоял ближе, чем на расстоянии трех метров от меня, но хорошенько удавалось разглядеть только силуэт. Мужской. Высокий. Худоватый.

– Почему же? – понадеялась, что в разговоре с незнакомцем смогу узнать больше.

– Земляную утробу, где будет проходить обряд, охраняют ядовитые стражи. Стоит тебе только самостоятельно, без жнеца рядом, сделать шаг на землю, и они нападут. Смерть будет ужасной. Твое тело распухнет, подобно шарику, кожа натянется, от резко возросшего внутреннего давления глаза остановятся навыкате из орбит. Все прекратится нескоро, а только тогда, когда твой мозг внутри черепной коробки лопнет, словно перезревший арбуз.

– Зачем вы мне все это рассказываете? – содрогнулась я, пытаясь изгнать из головы картинку, нарисованную этим странным человеком.

– Не хочу, чтобы ты натворила глупостей, – его голос был приятен слуху. Он обволакивал, словно теплое одеяло, расслаблял и притуплял мое мысленное сопротивление.

Я уже почти готова была добровольно согласиться на все, что бы ни предложил этот мужчина. На все.

Осознание этого заставило меня ужаснуться. Я больно впилась ногтями в ладони, оставляя глубокие борозды, формой с полумесяц. И как только следы от ногтей заполнились кровью – наваждение спало. Боль позволяла мне мыслить трезво и сопротивляться гипнотическому эффекту говорившего.

– А ты не только очень красивая, Даша, – тихонько засмеялся мужчина. – Но еще и умная. Это впечатляет.

– Кто ты и что тебе нужно? – я слишком долго старалась быть вежливой, это время прошло.

– А ты еще не догадалась? Может, я поторопился с оценкой твоего ума?

– Демьян?

– Однозначно не поторопился. – Он подошел еще немного ближе. – Хочу дотронуться до тебя, ощутить на вкус твою кожу. Ты позволишь мне?

– Нет! – слишком истерично, чтобы не выдать мимолетный страх, что взорвался во мне даже при мысленном рассмотрении такой возможности, выкрикнула я. Демьян довольно рассмеялся, но не отодвинулся. Пришлось откашляться и более спокойно добавить. – Это нечестно.

– Что именно, дитя мое?

Видимо, мне удалось поймать его на любопытстве. Необходимо было попытаться на этом сыграть.

– Ты видишь мое лицо, а свое не показываешь.

– Так тебе не нравится моя скрывающая личина? – спокойно спросил он. – Это легко исправить, дитя мое.

Демьян взмахнул рукой, и тени рассеялись, открыв мне его истинную внешность.

Как бы мне ни хотелось обратного, но я не могла не признать, что он был красив. Даже великолепен. Немного худощавое, но натренированное тело было обнажено до пояса. Широкие, из черной атласной ткани, брюки с низкой посадкой прекрасно подчеркивали идеально плоский живот мужчины. Накидка из такой же ткани, ниспадала за спину. Крепилась она с помощью драгоценной застежки в виде змеи, перетягивая ткань у линии ключиц.

– Нравится ли тебе то, что ты видишь, дитя мое? – его немного хрипловатый голос, вывел меня из некого транса и заставил перевести взгляд на лицо.

Даже здесь мне не было дано шанса уцепиться хоть за малейшее уродство или несовершенство. Идеально пропорциональные черты лица Демьяна просто приковывали взгляд. Хотелось смотреть, смотреть и смотреть, поглощая в себя эту странную притягательность и не отводить глаз никогда. Особенно от его черного взгляда с поволокой, который сейчас медленно, но решительно приближался. Демьян склонялся к моему лицу. Очень сильно хотелось дотронуться до него. Зарыться пальцами в темные, цвета шоколада, волосы. Пройтись по всей их длине до самых плеч, втянуть в себя запах пряностей, что неуловимым шлейфом сейчас распространялся вокруг нас и… забыться.

Последнее желание было настолько сильным, что сработало как тревожный колокольчик в моей голове. Не имея возможности разорвать зрительный контакт, я крепко ущипнула себя за бок. С острой болью – наваждение вновь отступило на второй план, оставляя мне и дальше возможность сопротивляться.