Черное крыло (СИ) - Завгородняя Анна Александровна

- А это князь Вацлав Джезинский! – Трайлетан указал на Вацлава.

- Очень приятно! – проговорила Грася и, словно опомнившись, добавила: - Давайте скорее перейдем от церемоний к делу. У нас мало времени.

Мужчины окружили княжну.

- Ты настаивала на встрече именно сегодня, - заговорил Трай, - что произошло?

- Валеска прошла испытание, но об этом, думаю, вы знаете, - девушка покосилась на князя и кивнула, - я видела вас ночью. И, кстати, не только я.

- Это не важно! – ответил Вацлав.

- Не важно, - согласилась княжна. – Важно то, что этим утром Валеску отправят из города.

Мужчины переглянулись.

- И я сомневаюсь, что она попадет туда, где сможет продолжить учебу! – тихо добавила Грася. – Пани Мария готовит что-то страшное и будет действовать уже сейчас.

- У тебя смышленая невеста! – произнес князь.

Глаза девушки расширились.

- Кто? – охнула она и тут же замялась, когда Трай промолчал на заявление Вацлава. – Ладно, после разберемся. Вы хотите выслушать мои предположения? – спросила она.

- Очень! – уверил ее Вацлав.

- Только не здесь! – Трайлетан взял любимую за руку. – Отправимся в таверну к Бруту, там все и обговорим.

- Хорошо! – кивнула ведьма. – Но стоит спешить. Этим утром все решиться, понимаете, и если мы ошибемся… - она замолчала, испугавшись собственных слов, а Вацлав помрачнел.

- Тогда не будем терять ни минуты, - сказал он и первым шагнул в ночь.

Глава 24.

Утром я была готова. Вещи собраны и ждали только, когда их перенесут на телегу. Впрочем, самих вещей у меня было всего ничего – две сумки с платьями и бельем и одеяла, щедро подаренные мне ведьмами, так как путь предстоял не близкий и надо было на чем-то спать по ночам, прежде чем мы приедем в Дубны. Я стояла у окна, одетая для поездки в старое, но теплое платье, а серый плащ ждал меня на застеленной постели.

Глядя на улицу я в очередной раз думала о том, правильно ли делаю, поступая именно так – убегая от себя самой. Есть ли смысл в таком побеге? А затем поняла, что все должно идти своим чередом и, если уж решилась, то не стоит искать оправдания своим действиям. Все равно я не смогу вернуться в Крыло к Вацлаву, так зачем себя мучить? Лучше отправиться куда-то подальше от места, где Крыло мог появится в любой день. А я была уверена, что если еще раз увижу князя, то не устою и пойду к нему, обрекая на скорую смерть.

Когда в двери постучали, я оглянулась и произнесла короткое: «Да!» - понимая, что это не могла быть пани Клаудиа. Помощница Главы не стала бы себя утруждать моим разрешением, а значит, это была Гражина.

Я не ошиблась. Девушка вошла в комнату плотно притворив за собой двери и направилась ко мне грустно улыбаясь. Ее взгляд скользнул на мои вещи, собранные в путь-дорогу, а затем княжна посмотрела на меня.

- Будем прощаться! – сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно и спокойно. Кажется, получилось! – Пиши мне! – попросила я девушку и улыбнулась ей.

Грася порывисто обняла меня и прижала слишком крепко к своей груди.

- Жаль, что мы расстаемся! – произнесла она.

А мне-то как было жаль! Единственный человек, кто стал мне близок после обитателей «Черного Крыла» и моего князя – и теперь нас разлучает сама судьба. Создавалось впечатление, что я просто проклята терять близких людей!

Грася долго обнимала меня. Я, в свою очередь, прижалась к ее щеке своей щекой, будто хотела поделиться своим теплом и запомнить княжну, понимая, что после того, как я уеду, вряд ли мы сможем еще встретиться. У Граси была хорошая судьба. Она сильная ведьма, которая быстро поднимется в иерархии ковена. Я даже подумала о том, что нынешней Главе Круга, пани Марии, стоит поостеречься такой сильной претендентки на ее место. Ведь все не вечны и вряд ли пани Вишневская сможет передать свое место бездарной и пустой Елень! Впрочем, я была бы только рада, если бы Грася в будущем стала Главой. Она была достойна этого места и, думаю, привела бы Круг к процветанию.

- О чем задумалась? – Грася отстранившись, заглянула мне в глаза, словно хотела прочитать мои мысли.

Я ответила на ее вопрос кривой улыбкой.

- Да так, - произнесла, - о пустяках.

Княжна кивнула.

- Я так и думала! – пошутила она, а затем добавила со всей серьезностью, на которую только была способна: - Я буду писать, и мы непременно встретимся с тобой. Может быть, - глаза полукровки загадочно сверкнули, - даже раньше, чем ты думаешь!

- Твои слова, да в уши богам! – рассмеялась я.

Шум открываемой двери, заставил меня поднять взгляд на вошедшую без стука пани Клаудиу. Женщина мрачно посмотрела на нас с Гражиной, после чего сухо произнесла:

- Телега уже ждет. Поспеши! – и вышла, более не сказав ни слова.

Грася наклонилась и подняла узел с одеялами.

- Я помогу! – сказала она.

- Спасибо!

Надев плащ и рихватив остальные вещи, мы вместе покинули комнату, в которой я провела последние несколько недель, но которая так и не стала мне домом. По сути, только одно место я теперь могла назвать таковым, и находилось оно слишком далеко от столицы.

Никто не вышел проводить меня. Сестры скорее всего, еще спали и видели сладкие сны. Я же на мгновение задержалась у выхода на улицу и оглянувшись, обвела взглядом просторный холл особняка, запоминая длинную лестницу, ведущую на верхние этажи, ковры на полу и гостиную с потухшим камином над которым висела картина с изображением пляшущих у костра ведьм.

- Пора! – голос Клаудии заставил меня вздрогнуть. Ведьма стояла у лестницы похожая на каменное изваяние с отсутствующим выражением лица. Создавалось впечатление, что ей не терпится дождаться той минуты, когда я, наконец, уйду, чтобы вернуться в свою теплую спальню и продолжить прерванный отдых. Одна лишь Грася смотрела на меня глазами, в которых, помимо сожаления и зарождающейся тоски, светилось что-то еще. Что-то, едва мне понятное. Считать полностью эмоции девушки казалось невозможным, но я знала, что она грустит и грустит обо мне, как и я о ней.

С улицы дыхнуло холодом и сыростью. Дождь, прошедший ночью, разлил лужи на дороге и облака, продолжавшие стоять над городом, давили, предвещая ливень. Очень не хотелось уезжать в такую погоду, но делать было нечего.

- Прощай! – я обняла Грасю и поцеловав в щеку, ступила на крыльцо. Проворно сбежала вниз к дожидавшемуся меня вознице, который подхватил мои вещи и уложил на дно телеги.

- Ой! – донеслось вослед и я оглянувшись увидела, как Гражина сбегает вниз с крыльца. Она несла мои одеяла и улыбалась.

- Ты забыла! – проговорила она и еще раз обняв меня, вернулась в дом.

- Забирайся, поедем! – сказал мужчина и я послушно залезла в телегу. Она покачнулась и лошадь тронулась с места, потянув за собой груз. Я оглянулась на особняк, но увидела лишь закрытые двери и темные окна, за которыми спали сестры. Возница, сидевший передо мной, прикрикнул на лошадь и хлестнул ее по спине, понукая идти быстрее. Покачиваясь и скрепя колесами, мы поехали через весь город, который благополучно спал и видел сны.

Я закуталась в длинный плащ и устроилась поудобнее на дне телеги, прислонившись спиной к тюку с одеялом, решив, что если будет совсем холодно, то накину его на ноги, будто плед. На всякий случай достала одеяло и тут заметила записку, выпавшую из него вместе с серебряной шпилькой для волос. Достала, развернув и прочитала несколько коротких строк, согревших мое сердце:

«Это тебе от меня, маленький и скромный подарок, - писала Гражина, - я надеюсь, ты будешь носить ее в своих волосах, как залог нашей дружбы! – и подпись: - С надеждой на скорую встречу! Твоя Грася!».

Улыбка тронула губы и я, взяв шпильку, поднесла ее к глазам. Простая такая, с тонким узором, похожим на паутинку.

«Милая Грася! – подумала я и заколола ее в волосы. – Буду носить всегда!».

Мы тряслись через просыпающийся город. Один за одним вспыхивал свет в окнах домов, выходили на улицы торговцы, спеша к своим магазинчикам и лавкам. На меня накатила дрема от холода и унылого покачивания телеги. Возница, знай себе, лишь погонял лошадь да изредка фальшиво насвистывал какую-то песню. К тому времени, как мы покинули пределы города, я уже спала, уткнувшись носом в поджатые колени и обхватив их руками. Сон снился странный. Мне показалось, что я вернулась в Крыло и стою в пустынном зале, глядя на мрачные черные стены. Где-то впереди горел свет одинокой свечи, а я стояла, замерев в нерешительности, и лишь водила глазами вокруг, пытаясь отыскать проблеск жизни в мертвой тишине. Мне казалось, что стоит мне сделать шаг и что-то неуловимо изменится.