Мой магический год: лето и чарующий сад - Татьяна Терновская
Я замешкалась с ответом, и чтобы выиграть ещё немного времени на раздумья, задала встречный вопрос:
— Званый обед, значит? — протянула я, — а по какому поводу?
Люк пожал плечами.
— А разве нужен повод, чтобы устроить небольшой приём? — удивился он, — я просто хотел познакомиться с соседями. Так сказать, влиться в светскую жизнь этого городка.
Я не поняла, был ли сарказм в его последней фразе, но решила не заострять на этом внимание.
— Получается, вы собираетесь остаться в Колдсленде? — поинтересовалась я.
Любопытно, почему семья Маккартур столько десятилетий игнорировала наш городок, а теперь решила вернуться. Или это была личная инициатива Люка?
— Не то, чтобы я планировал обосноваться здесь. Меня вполне устраивает жизнь в столице, — сказал он, — но я хочу привести поместье в порядок, а это, боюсь, потребует много времени.
— То есть, вы будете ремонтировать дом, в котором даже не собираетесь жить? — уточнила я, — или вы делаете это не для себя?
Люк засмеялся.
— Это что, допрос? — спросил он.
Я отмахнулась.
— Не хотите, можете не отвечать, — сказала я, хотя саму распирало от любопытства.
Люк продолжил смотреть на меня с лёгкой улыбкой на лице.
— Собираете сплетни, чтобы потом рассказать подругам? — предположил он, — или, может быть, вы выведываете про мои планы на жизнь потому, что я вам понравился? На чай пригласили, красивым назвали…
Я чуть не задохнулась от возмущения.
— Что⁈ — воскликнула я, — да за кого вы меня принимаете⁈ Чтобы я занималась такими вещами⁈ — Я почувствовала, как у меня краснеют щёки. — Если хотите знать, вы вообще не в моём вкусе, ясно⁈
Люк изобразил удивление.
— Вот как? — отозвался он, — позвольте поинтересоваться, а кто же тогда в вашем вкусе?
— Мужчины! — выпалила я не подумав.
Люк расхохотался, а я с досады чуть не прикусила язык.
— А я кто, по-вашему? — сквозь смех спросил он.
— Вы, конечно, мужчина, но не тот, — уточнила я. Прозвучало ещё глупее. Да что со мной сегодня⁈ Я же вовсе не дурочка!
— А какой вам нужен? — не отставал Люк.
— Другой, — бросила я, — всякий, разный… короче, не вы.
— И чем же я так плох? — спросил он, хитро на меня поглядывая.
Боги! Зачем я вообще начала этот разговор⁈ Я понятия не имела, что должна ответить, ведь, по правде говоря, Люк был хорош во всём, завидный жених. Но из-за Элиота и его дурацкого пари я просто не могла сделать Люку комплимент.
— Вы из столицы, — произнесла я, не придумав ничего лучше, а затем прибавила, — и выглядите слишком хорошо.
Какой стыд! Что я несу⁈
— Ну, это серьёзный недостаток, — усмехнулся Люк, — как же можно простить мужчине, что он выглядит лучше вас?
В первый миг я согласно кивнула, а затем до меня дошёл смысл его слов.
— Считаете, что вы красивее меня⁈ — возмутилась я.
Люк поднял ладони в примирительном жесте.
— Я просто пошутил, — сказал он, — вы прекрасны, и я говорю это совершенно искренне. В столице много привлекательных девушек, но такой, как вы, я ещё не видел.
Мои щёки снова покраснели, но на этот раз от приятного смущения.
— Спасибо, — прошептала я.
Люк одним глотком допил чай и встал из-за стола.
— Что ж, мне пора идти, — сказал он, — а вы подумайте насчёт званого обеда. Я пришлю вам приглашение.
— Ага, — пробубнила я, сбитая с толку его комплиментом.
Люк улыбнулся и вышел в коридор. Я молча проводила его до двери.
И чего я так смутилась? Как будто он первый, кто сказал мне, что я красивая. В самом деле, мужчины и раньше делали мне комплименты, но почему-то слова Люка прозвучали по-особенному. И меня это беспокоило.
Надо бы выпить чайный сбор для спокойствия, — подумала я, когда услышала за своей спиной шаги. Кто-то вошёл через запасную дверь?
Я оглянулась и увидела Лилиан. Она стояла посреди коридора, скрестив руки на груди и обиженно поджав губы. Я побледнела. Когда Лилиан успела прийти и, главное, видела ли она меня и Люка? Я ведь рассказала подруге, что он отнял бабушкин сад, а теперь чаёвничала с ним, как будто ничего не произошло. Я испугалась, что Лилиан может неправильно это понять.
Глава 4
Закрыв за Люком дверь, я издала нервный смешок.
— Лилиан, привет! — быстро проговорила я, — ты не предупредила, что зайдёшь, и я не взяла из дома ничего к чаю.
— Вот как? — протянула она, зло сощурив глаза, — но этот факт не помешал тебе пригласить Люка Маккартура и мило с ним беседовать.
Вот же невезение! Лилиан всё видела и, вероятно, слышала часть нашего разговора. Мне нужно было срочно оправдаться перед ней, чтобы не усугублять ситуацию.
— Я не собиралась этого делать! — воскликнула я, — наоборот, я хотела в спокойной обстановке поискать документы на сад, но, когда приехала, увидела Люка на пороге, и мне ничего не оставалось, кроме как пригласить его войти.
— Неужели? — По интонации было понятно, что Лилиан мне не поверила. Но не могла же я рассказать ей про наше с Элиотом пари и его записку! — Значит, Люк Маккартур, самый завидный жених в Колдсленде просто так пришёл к тебе в гости?
Намёк подруги мне совершенно не понравился.
— Да, так и есть, — коротко ответила я.
Глаза Лилиан сузились до щёлочек. Не знаю, почему, но сейчас она очень напоминала мне змею. Да ещё и была одета в сильно облегающее платье холодного зелёного оттенка.
— Позволь узнать, зачем же он к тебе пришёл? — спросила она.
— Какая разница? — не выдержала я, — и вообще, что за допрос⁈ Ты ведёшь себя так, словно в чём-то меня подозреваешь.
Лилиан рассмеялась, но это был не весёлый, а злой смех. Мне стало не по себе. В эти два дня подругу словно подменили. Я понимала, что она расстроилась из-за сада и сорванных свадебных планов, но разве это повод так злиться? Тем более, всё произошло не по моей вине. Я вспомнила, что в последний раз такой недовольной Лилиан была в дни нашего знакомства, когда бабушка отказалась продавать её семье свой сад.
— Зачем мне тебя подозревать? — переспросила она, — дураку понятно, что ты задумала.
Опять она за своё! Почему Лилиан мне не верила? Разве я хоть раз в жизни её обманула?
— Послушай, я понимаю, ты расстроена… — попыталась разрядить обстановку я, но подруга жестом меня остановила.
— Мне не нужны жалкие оправдания, я разгадала твой план, — уверенно заявила она, — твоя семья согласилась
