Хозяйка заброшенной винодельни - Таня Тайлер

многое. Развод Монсов рассматривается по факту подтвержденной измены. Давно в Форнаксе такого не происходило. Последний раз лет сорок назад?

- Сорок пять. Гертруда не стала терпеть побои мужа, она была сильной.

- Точно, Гертруда. Прости, Сай.

- Знаешь, что странно? - я невольно снова начал наматывать круги. - Ангелина мне ее очень напоминает. Есть в ней что-то такое...

- Думаешь, иномирянка?

- Она сделала Фрипсу паппарделли.

- Знаменитые паппарделли и домашний компот Гертруды, - мечтательно причмокнул прокурор.

Теплые воспоминания снова всплыли в памяти. Бабушка часто готовила пасту на обед. Сколько себя помню, у Гертруды всегда пахло едой: то пирожками с мясом, то тушеными овощами, то лазаньей, то сдобными булочками или вишневым пирогом. В доме редко было пусто, всегда приходили гости. Посплетничать, совета спросить, и бабушка никому не отказывала. Всегда надевала синюю шаль на плечи, чтобы не мерзнуть, расставляла тарелки, заваривала чай и усаживалась в кресло.

- Если хочешь, залечу на днях к твоей девчонке, мне все равно надо будет с ней пообщаться на тему развода.

- Зачем? Я думал при таких делах не нужно ее присутствие.

- Дело немного осложнилось, акуратор привлек меня в качестве беспристрастного оценщика.

- Ого, значит что-то серьезное.

- Да, но я не могу говорить.

Я кивнул. Встретились мы не для того, чтобы Дариус выслушивал мои переживания. Но пока я не выговорился, голова не прояснилась.

- Что с теми тремя, что напали на Ангелину?

- Без души. Все трое. Хорошо, что тогда ты не забыл сдерживающие кристаллы.

- Что ты узнал?

- Не многое. Вообще-то почти ничего. Когда акуратор зашел, призраки предпочли покинуть тела и броситься в огонь.

- Призраки самоубийцы?

- Некромант был в шоке. Если так и дальше пойдет, он останется без работы. Будь аккуратен, Сай, кто знает, сколько их еще в этом лесу. И покажи крыло лекарю, у тебя крен на левый бок.

Дариус засунул камень в карман прокурорского плаща и, обратившись черным драконом, взмыл в небо.

Я поразминал левую руку. Она побаливала после той стычки с приведением. Но если б не вмешался, графиня уже бродила бы в этом лесу. Пожалуй, и правда стоит показаться лекарю.

Но меня больше беспокоил Фрипс. Я хотел перехать в этом дом, чтобы быть к нему ближе. Но граф Монс угрозами и запугиванием заставил отдать документы. Дариус обещал проверить графа, и раз сейчас он занимается его разводом, жадный жулик получит сполна. А малыш Фрипс сейчас с Ангелиной. Она так увлекла его прополкой и покраской, что мне даже завидно. О чем они говорят? Что Фрипс рассказывает Ангелине? Что он вообще знает и помнит? Эти вопросы мучают меня ночами, а когда я засыпаю, вижу его лицо. Такое юное, веселое и беззаботное.

Герцог Дариус Лейстер - региональный прокурор Форнакса - домари Глокриля

Глава 6. Графиня Монс

- Ангелина, просыпайся! Скорее проснись! Сколько можно спать!

Сонно открыла один глаз. Фрипс тряс меня за плечо.

- Ещё пять минуточек, - умоляюще попросила и перевернулась на бок.

Вчера господин Тейт принёс инструменты и готовые части мебели. Менял кухонный гарнитур, затаскивал кресла, чинил шкаф, сколачивал крепкую лестницу в подвал. Ушел плотник уже в ночи. Поэтому я совершенно не выспалась под утро. И так хотелось сегодня подольше поваляться.

- Нет пяти минут, вставай!

- Что случилось, Фрипс?

Может и правда что произошло? Пожар? Принюхалась, гарью не пахнет, дыма нет. Может кто пришёл? Да кто в такую рань по гостям ходит кроме Винни-пуха...

- Ладно, ладно, встаю я, - сладко зевнула и спустила ноги с кровати на холодный пол. За окном ещё было темно, первые солнечные лучи только поднимались над землей. Может Фрипсу просто скучно?

Фрипс тянул меня за руку к окну, как мама тянет сонного малыша в детский сад.

- Смотри!

Фрипс почти кричал. Он подлетел к окну и распахнул настежь. В гостиную ворвался утрений прохладный ветерок и сладковатый запах.

Я подошла и вцепилась пальцами в оконную раму так, что костяшки побелели почти в цвет свежепокрашенного дома. Сон будто рукой сняло. Вишневый сад стоял весь в цвету. Тысячи белых цветочков облепили ветви. От красоты захватывало дух, это было похоже на сказку. Наверное, именно так чувствуют себя люди, когда впервые видят цветение тысяч вишен и слив в парке Маруяма в Саппоро.

Как была, прямо в ночной сорочке и босиком выскочила из дома. По мокрой от росы траве обогнула дом и остановилась как вкопанная, глядя на цветущий вишневый сад. Но как?! Вчера ещё не было ни одного листочка, а утром весь сад благоухает нежными белыми облаками.

Фрипс летал от одного дерева к другому, среди ветвей раздавался его звонкий смех.

В памяти сразу всплыла картина из кабинета Сайлеша Фейра в Палате торговцев. Гертруда с двумя мальчишками в цветущем саду.

- Сад признал тебя хозяйкой! Он снова цветет! Смотри, как красиво!

Фрипс крутился уже вокруг меня.

- И что это значит?

- Значит, скоро появятся ягоды. Будем печь пироги, пить компот, в доме снова появятся гости!

- Фрипс, это отлично!

В порыве чувств я подхватила мальчика и начала кружить его в воздухе. Он звоно смеялся, а я счастливо улыбалась. Будет вишня, значит, мы сможем себя обеспечить. И хоть герцог Фейр запретил мне продавать пироги и вино, я что-то придумаю.

- Фрипс, - я поставила ребенка на землю. - А у тебя был брат?

- Почему был? Он есть. Сай, он же недавно заходил.

Мальчик смотрел на меня смеющимися глазами.

- Герцог Сайлеш Фейр - твой брат?!

- Ага, мы одногодки. Но так и не скажешь, да? - Парень подмигнул.

Лицо Фрипса сталао на мгновение озадаченным.

- Сад признал тебя, значит, я тоже могу тебе доверять. Мы внуки Гертруды Фейр. Бабушка была прекрасной женщиной, она заботилась о нас, защищала от деда. Он поколачивал Гертруду, но когда принялся за нас, бабушка не выдержала. Она его выгнала. И мы втроем переехали в вишневый сад.

Что произошло много лет назад? Почему один мальчик вырос, а второй стал хранителем сада? Я уже хотела обо всем расспросить Фрипса, но меня кто-то окликнул.

По огороду в нашу сторону шёл высокий темноволосый мужчина в длинном черном плаще. Черты лица были более резкие, чем у Сайлеша, губы полнее, а глаза совсем темные. Поэтому золотая окантовка вокруг зрачка так ярко выделялась.