Невинная для Альфы - Тоня Рождественская

к лестнице. — И не беси меня, мелкая… а то добрый я далеко не всегда…

Глава 11. Пленница

— Ну, ты идешь? — недовольно басит Марк, уже находясь на первой ступеньке.

— Что? — удивленно спрашиваю я.

— Тебе отдельное приглашение нужно или как?

Я послушно встаю, и следую за ним наверх. Массивная деревянная лестница выглядит основательно и дорого и не издает ни единого звука, хотя мужчина явно весит немало. Я несколько взволновано рассматриваю просторную спальню, открывающуюся сразу же со ступеней. Тут нет ни стен, ни дверей. Точнее одна есть, но ведет она, похоже, в ванную. А так все на виду, никакого уединения, не говоря уже о том, что здесь всего лишь одна кровать. Да, она огромная, и словно рассчитана сразу на несколько человек, но она одна…

Марк ничего не объясняет, а просто деловито идет в гардеробную, расположенную сбоку, и возвращается оттуда с полотенцем.

— На, — кидает он его на кровать. — Одежду привезу завтра.

— Спасибо, — сдавлено благодарю я, все еще слишком растерянная, чтобы соображать спокойно.

— Душ там, — кивает мужчина на дверь. — Еда в холодильнике.

— Угу.

Мужчина разворачивается и явно собирается вниз. Да уж, словоохотливым его явно не назовешь. Мне отчего-то кажется, что он старается особо ко мне не приближаться, только при необходимости. Причем дело вовсе не в том, что он заботится о моем самочувствии. Нет, тут что-то совершенно другое. Но что именно я пока понять не могу. Гоню от себя мысли, что он сдерживается, потому что знает, что потом не сможет остановиться…

— А вы куда? — интересуюсь я робко.

— На работу, — отвечает он, глядя на часы. — Уже пятый час, а у меня рано утром есть важные дела. Так что поеду сразу в бар.

— Ясно…

Он начинает спускаться, но я останавливаю его, подбегая к краю лестнице.

— Постойте, — говорю я, чуть свесившись с перил. — Зачем вы помогаете мне?

Он замирает ненадолго, и молчит, лишь потягивая плечом, но потом все же смотрит на меня снизу вверх и отвечает.

— Потому что ты моя проблема, а у меня есть репутация. И я должен ее решить. Так или иначе.

— Но, вы разве не могли просто… — я замолкаю, не в силах произнести то, что вертится на языке.

— Мог, — произносит он низко и продолжает спуск, уже не глядя на меня. — Но не хочу добавлять крови на своих руках… ее там, поверь, итак, предостаточно…

Я снова сдавленно сглатываю, и до меня доносится последняя фраза, прежде чем он захлопывает за собой входную дверь.

— Будь добра не делай глупости…

Еще пару минут постояв у лестницы, я пытаюсь пережить внутри все, что услышала, но мозг отказывается работать. Похоже, я окончательно превысила лимит ужасов на сегодня. Так что, не раздеваясь, я просто падаю на кровать, обессиленная, совершенно изнеможденная, и проваливаюсь в скомканный рваный сон, полный бреда и отрывочных моментов, сплетающихся в невероятную фантасмагорию.

Открыв глаза, я какое-то время лежу и просто гляжу в потолок. Но когда, наконец, понимаю, что все это не было никаким сном, и я действительно нахожусь у черта на куличиках, запертая в чужом доме, принадлежащему какому-то местному бандиту, вскакиваю как ужаленная.

Первая моя мысль срочно дать о себе знать. Но, как? У меня нет ни телефона ни чего-либо еще, что могло бы в этом помочь. И, что не менее важно — кому?! Мама лишь поднимет никому не нужную панику, чем спровоцирует совершенно лишнюю сейчас шумиху. Сергею? Но это по его милости я вообще оказалась здесь… У меня нет никакого желания видеть брата, да и могу ли я теперь вообще ему хоть немного доверять? Артему?! Сердце болезненно ежится при мыслях о женихе…

Вчерашний день оказался слишком переполненным событиями, чтобы я вспоминала о том, что застала в тот вечер… Но теперь все возвращается, и даже еще хуже. Я неожиданно понимаю, что сегодня день моей свадьбы. День, о котором я так долго мечтала. К которому готовилась, строя планы и возводя воздушные замки. Событие, которому не суждено случиться… и вовсе не только потому, что я заперта тут без возможности выбраться.

Меня перетряхивает от всех этих мыслей, кружащихся в голове бесконечной каруселью боли. Не в силах справиться с этим, я снова заползаю под одеяло, в полной мере отдаваясь своему горю, и не сдерживая слезы, которые безостановочно катятся по щекам…

Но через какое-то время понимаю, что страданий во мне не осталось. Больше нет ничего, никаких чувств… только одна решимость. Решимость все изменить.

Мне все равно, что говорил Марк. Я не пленница, не подарок и не игрушка. Пускай, я и не знаю, куда идти и что делать, но это мой выбор, и я не хочу, чтобы его кто-то принимал за меня.

Возьму деньги Сергея, я знаю, где он их прячет, и, мне кажется, он что-то должен мне после всего… Сбегу куда-нибудь на время, пока все не образуется. Пока не пойму, как мне дальше жить. У меня получится.

Мне нужно выбраться. Сейчас, пока он не вернулся… пока еще есть шанс!

Я быстро вскакиваю, смахивая слезы, и принимаюсь за тщательный осмотр дома. Входная дверь, разумеется, заперта, та, что ведет во двор — тоже. Практически все окна в доме, а их весьма и весьма много — не открываются. А те, что открываются, тоже оказываются заблокированы. Проклятье!

Это не просто обычное стекло и разбить его проблематично, да и мысль портить тут что-то, наживая себе новые неприятности, тоже не самая здравая. Единственный вариант — окно на втором этаже. Я мигом несусь туда и — да! — слава богу, оно открыто.

Высовываюсь из него, осматриваясь. Дом высокий, до земли далеко, но под окном удачно сделана небольшая покатая крыша, слегка нависающая над первым этажом. Рискованно. А с моей координацией — так и подавно. Но…

Сейчас или никогда, Ника. Хоть раз в жизни будь не такой размазней! Ты в доме бандита, который считает тебя своим развлечением. Пусть пока что он был с тобой