Путь к сердцу Дракона - Тася Тараканова

угасающим костром. Было душно, но гораздо лучше, чем днём. Забылось, зачем я здесь, и что сказала ведьма. Серым воздушным замком я проплывал по темнеющему небу, чувствуя себя легко и свободно, словно исчезла сила притяжения.

Кажется, я мог так лежать бесконечно, но физиологические надобности никто не отменял. Пришлось кое-как собраться с духом. Поднялся, натянул рубаху, жилет, куртку, незаметно проверил стилет в портупеи, значит, старуха в вещах не рылась, на ватных ногах потопал за ближайшие деревья. Ведьма, всё так же сидя не пеньке, ждала меня. Дурман, в который придал мне сил, понемногу рассеялся.

— Очухался?

— Гораздо лучше.

Каким же я был дураком, представляя переговоры с кругляшами подписанием бумаг, скреплённых гербовой печатью, которая лежала в походном мешке.

Ведьма, наверное, думала, что я совсем слабак, то в обморок грохнулся, то после трубки мира «завис». Зря тревожится. Со мной всё в порядке, я даже успел после бабкиного табачка привести мысли в порядок. Вот только…

— Воды…можно.

— Пей.

Недалеко стояло ведро, почти до краёв наполненное водой. В ноздри ударил запах мочи. Да, она издевается. Ведьма!

— Дурак! — грубо одёрнула старуха. — Это в тебе яд говорит, а вода свежая из родника.

Ведьма подошла к ведру, черпнула ковшом, напилась. Тонкая струйка воды потекла по её подбородку, меня затошнило, желудок скрутило спазмом. Что за мерзость! Чтобы успокоить рвотные позывы, я отвернулся. Где бы водички достать? Я готов был ползти на пузе к источнику.

— Болезный, зови своих. Дело худо.

— У меня нет говоруна. Мы договаривались не брать.

— Договаривались, — презрительно бросила ведьма.

О чём это она?

— Ищи, где твои договорщики спрятали. Надо сделать вызов. Быстро!

Слабыми руками я вытряхнул на землю вещи из походного мешка, тупо пялясь на них. Раньше легко бы сообразил, а сейчас какой-то кисель в голове. Если ведьма говорит, что у меня есть связь, значит, она есть. Её куда-то запрятали, просто надо найти.

— Добромир! — голос ведьмы выдернул из транса.

В горле песок, в голове туман, в глазах двоится.

— Не знаю…

Зачем я прилетел сюда? Что я должен был сделать? Заключить мировую. Поворошил вещи ослабевшими руками, взяв в руки плоскую круглую коробку с печатью,

со всего маху ударил её рукой, а потом всей тушей упал боком на землю с одной-единственной мыслью.

Я сошёл с ума

* * *

Мокрое жесткое нечто ползало по лицу, корябало щеки, лоб и нос, странным образом приводя в чувство. С закрытыми глазами я наслаждался этим колючим массажем. Ещё бы утолить жажду, и я самый счастливый человек на свете. Открыл глаза. Надо мной морда Грома и его язык-терка на моём лице.

Слабой рукой я отодвинул лобастую башку.

Гром фыркнул, и его место заняла Асанна, тревожно заглядывающая в глаза сверху вниз.

— Пришёл в себя?

— Пить.

Асанна приподняла мою голову и придвинула к губам кружку с чем-то черным.

— Что за…дрянь

— Вода с антраксом. Помогает выводить яды.

Черная вода вызвала почти сразу рвотные позывы, мотнул головой, пытаясь уклониться от кружки.

— Тебе станет легче. Сделай глоток.

Настойчивость Асанны обернулась для меня спазмом желудка, который по ощущению вывернулся наизнанку. Два несчастных глотка воды, и я опять корчусь в траве. На лицо опустилась мокрая холодная тряпка, прошла по губам и подбородку. И не брезгует же. В груди пекло, горло саднило, дыхание успокаивалось с трудом.

— Тебе нужна не вода.

— А что? Моча?

Идиотская попытка пошутить. Шуткой я пытался скрыть свою неловкость, стыдно было лежать неподъёмной колодой перед девушкой

— Дурак!

— Где я?

— В приюте охотников.

Странно. Постарался вспомнить всё. Моё лицо запылало факелом, хотя в груди возникла ледяная пустота.

Темнота вокруг прятала очертания леса и хижину, к которой я недавно добирался по ночному лесу. Размытое зрение не восстановилось. Асанна прикоснулась к моей кисти, считая пульс.

Наши взгляды встретились. В молчании и созерцании мне всегда удавалось рассмотреть чуть больше, чем видели глаза. Длинные, густые ресницы, красиво обрамляющие глаза. Губы, сжатые в тонкую линию. Бледное лицо. Напряжённый взгляд. Мы замерли, каждый из нас сейчас пытался заглянуть за грань.

— Быстро… нашла меня.

— Меня послал… Бажен.

Странно. Мой сигнал сработал? Было ли криком о помощи то, что я сделал в полубреду? В императорской печати, возможно, нет никакого маяка. Что мне в голову взбрело?

Асанна снова намочила тряпку в ледяной воде, отжала и положила на лоб.

— По требованию кругляшей ты должен быть без следящего кристалла, чтобы твоё местоположение нельзя было определить. Но Бажен подстраховался, мы с самого начала знали, где ты находишься.

— Зря, — еле выдавил из себя.

Ведьма поняла, мы не выполнили условия встречи. Послала в хижину, откуда я принёс подтверждение наших «злых умыслов». Наказание последовало незамедлительно. Знали ведь, с кем имеем дело, кругляши — не простые лесные жители.

Незнание не освобождает от ответственности, гласит свод законов Верховии. Кривая ухмылка перекосила мои губы. Накрыло ощущение, что одна половина лица застыла, мышцы одеревенели и не двигались. Тело я чувствовал, а половину лица нет.

— Ведьма…

— Добромир, давай я буду говорить. А ты слушать. Когда я прилетела, старуха была очень зла. Грозила карами небесными, велела убираться отсюда, а ты лежал без сознания. Мне казалось, я не довезу тебя до Энобуса. Ну, в общем…, — Асанна замялась, — мы договорились. Гром поднял нас над лесом и увидел хижину. Ведьма не захотела оставлять нас у себя.

— Ведьма не знает противоядия, — длинная фраза одной стороной губ далась с трудом.

— Я руну вытащила. Ведьма сказала, я… смогу…, найду, чем утолить жажду. Ничего не бойся, у меня всегда с собой набор целительницы. Всё получится.

Асанна нервничала, я попытался улыбнуться, насколько позволяли мои лицевые мышцы. В моей жизни не так часто встречались люди, с которыми можно просто быть собой. Яд расползался по телу, пальцы ног не чувствовались. Постепенно ядовитый червяк захватит тело и жизнь оборвётся. На меня накатила слабость, силы уходили.

— Забери Грома… после… Он твой.

Между бровей Асанны пролегла морщинка. Она оценивающе посмотрела на Грома, потом на меня.

— Ты прав. Дракон должен помочь, — забормотала Асанна, словно сама с собой, закатывая рукава кофты, — фигурка дракона, яд дракона. Он вызывает жажду. Значит, и утолить жажду должен дракон. Чем? Это же просто, очень просто! Как я не додумалась сразу. Кровь… кровь всегда считалась эквивалентом жизни.

Шустрые руки Асанны пошарили в мешке, который стоял рядом с ней, вытащили из мешка скальпель в стерильной упаковке.

Выбившиеся из кос прядки волос, на секунду защекотали мне лицо, когда девушка склонилась надо мной. Я с наслаждением вдохнул пряный запах.