(Не)покорная жена - Кира Рамис

на нас, но молчал, пока на одной из улиц мы не встретили знакомых сплетниц, одну звали Клава, а вот вторая тогда не представилась.

– Смотри, Валентина, вдова-паучиха с детьми в лес ходила, трав набрала, будто знает, что с ними делать, – язвительная на язык Клава, не стесняясь, громко освещала свои мысли.

– Тебя только травы интересуют? – так же громко произнесла вторая. Я, не стесняясь, остановилась и уставилась на женщин.

Похоже, в этой деревне театра нет, приходится на улице бедняжкам выступать. Поаплодировать что ли?

– Ты про вороного коня говоришь? Так это не её, мимо шёл, всего лишь поравнялся, – они ждали моей реакции, но так как её не последовало, то Клава продолжила «лезть под кожу». На улице собирались любопытные. – Разве у нищей служанки может быть свой конь да ещё такой благородный? Сразу видно не одну сотню золотых стоит.

Весь её вид говорил о том, что уж на такие оскорбления мне положено отреагировать.

Я лишь хмыкнула, развернулась и пошла в сторону дома. Скучные постановки у местных, аплодировать не буду.

– Клава! Клава, нет, ты видела? Люди добрые вы это видели? Паучиха-то коня украла, смотрите, идёт как привязанный.

Первым не выдержал Вишневский, он резко развернулся, в два шага оказался возле вопящей женщины и как взревел моторным рёвом, та так и грохнулась в пыль, в обморок.

Народ, крича, разбежался в стороны.

Я укоризненно посмотрела на Вишню, произошедшее могло принять очень дурной оборот.

Глава 10. Лекарь Кудря

Добравшись до дома и закрыв калитку, будто она могла спасти от непрошенных гостей, села на крыльцо.

Что сейчас будет? Уверена, что люди побегут жаловаться властям, а я только распрощалась с судьёй. Обратно совершенно не хочу.

– Вика, попей воды, – Андрей сходил в дом и вынес кружку.

– Спасибо, – поблагодарила мальчика. Напившись, подошла к Вишневскому. – Испугался за меня? – обняв того за шею, постояла несколько минут. – Так, что же сейчас делать? Андрей, сходи, пожалуйста, за водой для Вишни, а мы с Леночкой займёмся растениями.

Так как стояла тёплая погода, даже можно сказать жаркая, цветы решила сушить на чердаке, цветочки маленькие, дня за три-четыре высохнут.

Уж не знаю для чего у Никиты деревянные рамки в сарае лежали, но я решила их использовать для сушки. Вздохнув, принялась за работу, из двух средних рамок сколотила одну большую. Делала я это сразу на чердаке. Из самых тонких материалов, похожих на марлю, в наличии оказались мои белые подъюбники, решила не жалеть, аккуратно распорола и как смогла, натянула на рамку, которую установила на старые покосившиеся табуреты.

Цветы раскладывали в четыре руки с Леной.

– Как красиво, Вика, – восхитилась девочка, после того, как мы всё разложили на просушку. – Их нужно будет переворачивать?

– Нет, переворачивать не стоит. Главное, чтобы тёплый воздух циркулировал, – пояснила, приоткрывая форточку.

– Можно я буду за ними наблюдать время от времени? – попросила девочка, спускаясь по лестнице.

– Можно, только поднимайся аккуратно, – подала ей руку.

Зелёных пучков получилось шесть штук.

И куда мне их девать? Поставила в воду, стоит подождать Никиту, он подскажет есть ли в деревне лекарь, и принимает ли тот травы.

– Хозяйка! Хозяйка! Лекарка, ау! – кто-то громко кричал на улице.

Выглянула за дверь. За забором стояла молодая девушка с корзинкой.

– Добрый день, вы ошиблись, тут лекари не живут, – уже хотела вновь войти в дом, но незнакомка остановила.

– Подождите, хозяйка, это вы помогли моему деду в лесу с ногой? – она достала красную ленту из небольшой корзинки. – Ваше?

– Моё, да, помогла. Но зачем вы сняли повязку, ему бы отлежаться и поберечь ногу, – недоумённо посмотрела на девушку в серой юбке.

– Что вы, ваша лента помогла, дедушка полностью поправился и даже чувствует себя лучше, чем утром. Собирается за ещё одной вязанкой хвороста.

Девушка улыбалась.

– Я тут не при чём, – пожала плечами, забирая ленту. – Здоровья деду, прощайте.

– Подождите, я не с пустыми руками, дедушка просил передать вам, – она вынула из корзинки два яйца.

– Что вы, не нужно, вам самим пригодится, – попыталась отнекаться.

– Нет, нет, дед просит принять от чистого сердца. А мне пора на поле работать, – яйца всё же оказались у меня в руках.

Девушка почти ушла, но я её окликнула.

– Постойте, может, вы знаете, где живёт лекарь, мне нужно травы продать, – незнакомка обернулась.

– Знаю, возле судейского дома лекарь принимает, там вывеска большая, не пройдёте мимо, – убегая, произнесла она.

– Спасибо, – крикнула вдогонку.

С собой брать Вишню побоялась, сейчас он отдыхал за домом под навесом. Леночка и Андрей, помня, что если удастся продать траву, получат по конфете, с радостью бежали рядом.

Я же мысленно вздыхала, а что если двенадцати монет не хватит на конфеты?

Приёмную лекаря нашли с лёгкостью. Возле ворот нас встретила миловидная женщина, поинтересовалась с какой болезнью мы пожаловали, но услышав, что здоровы и пытаемся продать лекарственные травы, поджала губы.

– Все знают, что лекарь Кудря покупает лишь редкие травы, если у вас какая-то ерунда, то убирайтесь.

– Вот у меня, – приподняла ткань, показывая связанные пучки.

– Хм-м… – она указательным пальцем ткнула в растения, развернулась и зашла в больницу. Я уже подумала, что нам отказали, когда она появилась вновь: – Проходите, господин Кудря посмотрит ваши травки.

– Всего шесть пучков? – мужчине, сидящему за широким столом, на вид было лет шестьдесят. Тучный, с длинной, жиденькой бородёнкой, посередине перехваченной белой лентой, на голове большая залысина, которую он не пытался прятать, она красиво бликовала на солнце. – Пять монет за всё и в следующий раз приносите больше. Вы постоянно собираетесь ходить в лес за растениями? – он аккуратно вынул траву.

– Постоянно собираюсь, но за пять монет не продам, – протянула руку, чтобы забрать своё. – Двенадцать и не меньше!

– Девушка, вы с ума сошли, какие двенадцать монет? От силы семь! – он не