Влечение (СИ) - Виктория Рогозина

жену на постель и жестко трахнуть. Все мысли крутились вокруг причинного места, и Николай пытался взять себя в руки. Но реальность опять дала о себе знать, вынеся что- то вроде песка в ушные каналы и вызвав странное онемение по всему телу.

Медленно поднявшись по лестнице наверх, мужчина постучал в дверь и дождавшись разрешения, вошел внутрь. Анастасия лежала на светлом покрывале, уткнувшись лицом в подушку. Как и говорила, она переоделась — легкая полупрозрачная футболка и короткие шорты.

— У меня болит верх спины, — глухо проговорила она.

— Я задеру футболку, чтобы удобнее было разминать, — предупредил мужчина, забираясь на кровать и усаживаясь на ягодицы жены.

Анастасия напряженно лежала. С каждым новым движением ладоней, девушка превращалась в натянутую струну.

— Расслабься, иначе спина так и будет болеть, — мягко попросил оборотень. Жена кивнула, но напряжение не покинуло ее тело. Был еще один способ. Выпустив свои волчьи феромоны, природный афродизиак, мужчина ласково массировал кожу и мышцы, ожидая, когда его животное начало проникнет глубже.

Через некоторое время мышцы расслабились, а в голове у девушки помутилось от навалившегося на нее блаженства. Она не заметила, как Николай прикрыл глаза и тоже начал двигаться, более эротично, не только массируя спину, но и будто имитируя половой акт, водя стояком по ягодицам. В этом было нечто эротическое и смешное одновременно, напоминает фривольный танец двух волков, оказавшихся в постели. Когда Николай почувствовал возбуждение жены, место боли заняла приятная расслабленность.

И тогда, ухватив Анастасию за талию, он начал медленно опускаться сверху, касаясь своей грудью ее спины, прижимая к кровати, давая почувствовать приятную тяжесть мужского тела. Девушка попыталась увернуться, выбраться, но поздно — сил на сопротивление уже не осталось. Одновременно с этим возникло чувство страха.

— Отпусти меня, — прошептала Настя.

— Не бойся. Я всего лишь помогаю тебе расслабиться, — рыкнул мужчина ей на ухо. — Позволь мне доставить тебе удовольствие.

Она резко всхлипнула, когда его пальцы скользнули ниже, легко проникли в шорты, миновали трусики и коснулись складочек. Еще мгновение и пальцы погрузились внутрь, лаская и поглаживая.

Из ее горла вырвался звук, который Николай мог истолковать как благодарность, а из его живота — как стон удовлетворения. Он потянул девушку за волосы, заставляя выгнуться к нему. Одновременно с этим, мужчина покрывал шею и плечи легкими поцелуями, в то время как пальцы продолжали двигаться, задевая чувствительную плоть, заставляя тело дрожать. У него уже кружилась голова от близости, от обжигающего потока воздуха, который вылетал из ее рта, от запаха ее волос. Наконец он ее отпустил, слегка повернул и опять лег на спину, увлекая за собой. Простыня, соскользнув, накрыла их обоих.

Анастасия мелко задрожала, находясь на грани и громко застонала, отчего Николай сам чуть не кончил. У его жены был сексуальный голос, слегка охрипший от страсти и от этого немного безумный. Мужчина жалел лишь об одном — что не может ввести в нее член, довести ее до оргазма. Его член жаждал этого так сильно, что пытался сломать ширинку на брюках дабы вырваться на свободу.

Внезапно что-то произошло — от возбуждения не осталось и следа, вместо этого пришел страх.

Почувствовав эти перемены, Николай остановился, убирая руки и ложась рядом.

— Ты боишься меня, — тяжело вздохнув, заметил он. — Знаю, что боишься. И я не могу тебя в этом винить. Придется заслужить твое доверие.

Анастасия тихо выдохнула. Она так и не дошла до пика, но…

АНАСТАСИЯ

Она была близка к экстазу, как вдруг в ее мысли влез Эрик. Девушка вспомнила, как впервые кончила от мужских ласк и этим, кто доставил ей удовольствие был вампир, ее работодатель. У него такие длинные пальцы, чутко реагирующие, задевающие те самые точки.

Что-то было не так в этих ласках с оборотнем. Вампир присутствовал в мыслях. В какой-то момент возникла тревога и ощущение, будто Эрик наблюдал за ней, отчего в душе разрастался страх.

Николай лежал рядом, чуть отодвинувшись и смотрел на нее с вожделением. Настя знала, что он хочет ее и трахнул бы при возможности. В целом, ее удивило, что муж отстранился, когда почувствовал перемены в ее настроении.

— Давай в душ и спускайся вниз, будем ужинать, — мужчина улыбнулся и встав с кровати, покинул комнату, оставляя девушку одну.

Схватив чистое полотенце, Настя закрылась в ванной и прислонилась спиной к прохладной плитке…такая же по температуре, как тело Эрика. «Сегодня я хочу, чтобы ты танцевала для меня», — звучал его властный голос в воспоминаниях, отчего девушка застонала, стоя под горячими струями воды. Ее пальцы спустились ниже, массируя клитор и представляя, что это делает Эрик. Оргазм накатил внезапно, подкашивая ноги. Настя упала на колени, закрыв лицо руками. Ей казалось, что она плачет не потому, что ей было больно, а потому, что перед этим целую вечность ее душили слезы. Но на душе становилось легко и очень хорошо, будто именно этот оргазм позволил очиститься.

Эрик…мысли вернулись к нему. Его взгляд чувствовался на сцене и в какой-то момент распалил до такого, что хотелось убежать и заняться сексом, неистово и страстно. И в тот момент, в клубной кабинке туалета, она не отдавала себе отчета в действиях. Удивительно, ведь вампир мог воспользоваться ситуацией, но…почему не воспользовался?! Это заинтересовало Настю. И почему сейчас она кончила от одной мысли о нем, но никак от ласк мужа?

«Интересно, как это может быть? Каково это в постели с вампиром? Насколько они хорошие любовники?» — размышляла она. В ее мыслях Эрик усмехнулся, будто все это вопрос времени.

Глава 8. Возьму тебя нежно!

ЭРИК

Он улыбнулся. Да, он поселился в ее мыслях и душе. Ничего сложного, обычное вампирское обаяние. Эрик смотрел на танцующих девушек — худые, высокие, они зазывали, выпячивая свою сексуальность, отчего это начинало выглядеть дешево. Окси сидела в зале, наблюдая за репетицией парных выступлений. Вампирша будто потерялась в новом возрастом периоде. Как, знаете, некогда блиставшая куртизанка, доживающая свои дни в тихом пригороде, изредка выгуливая прокатные платья и собирая на спиритические субботние сеансы мутную публику.

Эрик вспомнил те далекие времена, когда они только