Крепость демона 1 (СИ) - Фред Винни

Моё сознание было в порядке, и пока я созерцала эстетическое совершенство Алана, оно методично вымарывало из моей памяти матовым чёрным большую часть бабушкиного письма. Было немного обидно за маму, но я легко могла представить, как моя мама пишет моей дочери нечто подобное – «твоя бестолковая мать имела неосторожность спутаться с демоном без капли воспитания, за что теперь вынуждена расплачиваться ты, моя дорогая, мне очень жаль, денег не дам, но можешь побыть моей приживалкой, если не очень долго».

История складывалась в воображении легко и правдоподобно – я влюбилась в демона, как Никси, сбежала с ним и вышла замуж, как Улли, потом родила, бросив учёбу и погрузившись в заботы материнства, а потом он ушёл воевать и погиб. Так как я не разбиралась в его бизнесе, у меня быстро отобрали всё, что он мне оставил, я постепенно оказалась в долгах, поняла, что не могу содержать дочь, и отправила её в пансион, дешёвый, местный. Испорченное беременностью здоровье и упущенное время не позволили мне продолжать образование, поэтому я устроилась на низкоквалифицированную работу, позволяющую мне содержать себя, но не более. И когда долги за пансион перешли все границы терпения его владельцев, мою дочь попросили на выход. Она приехала ко мне, а я сказала ей, что было бы неплохо ей выйти наконец-то замуж и не сидеть больше на моей и так уставшей шее. Она возненавидела меня окончательно и уехала, попрощавшись таким тоном, что стало очевидно – она мечтает никогда больше не возвращаться. Видеть в воображении презрение и обиду в глазах моей дочери, чьё лицо сочетает черты моей тёти и Алана, оказалось неожиданно больно, и мой внутренний цензор замазал матовым чёрным и эти мысли тоже.

Я убрала бабушкино письмо и статьи без фото Алана обратно в конверт, и взяла следующее письмо, тонкое, оно было от тёти Айну.

«Здравствуй, дорогая Лейа.

Нет, я не платила за твой второй семестр, я бы не стала делать этого без твоего ведома. К тому же, до крайнего срока ещё четыре месяца. Я уверена, что ты найдёшь способ решить этот вопрос, если не найдёшь, пиши, что-нибудь придумаем. Только матери не говори, что я тебе это пообещала – она думает, что муж не даёт мне денег. И бабушке не говори, она очень любит просить дорогие подарки :)

Видела статьи о тебе и ис'Терах, читать не стала – всё равно соврут. И писаки почему-то их не различают, пишут об Алане Брауне, а фото Деймона ис'Тера, я не знаю, как их можно спутать. Если тебя интересует моё мнение, оба они не восторг. Но Алан хотя бы умеет строить бизнес, Деймон вообще... глубоко творческая личность, скажем так. Нет, я не отрицаю, что за его идеями будущее, и однажды он получит признание как учёный, но сейчас его работы вызывают в научных кругах ироничные улыбки. Только подруге своей об этом не говори, влюблённые не способны адекватно воспринимать свой объект обожания, любой критик просто будет записан во враги, и всё.

Если в газетных заголовках всё-таки есть доля правды, и ты действительно настолько сошла с ума, что собираешься замуж, не важно, за кого, умоляю тебя на коленях – составь максимально подробный брачный контракт и отдай на проверку юристам, только не местным – ис'Теры в состоянии купить их всех. Если ты ещё не сказала никому о том, что я прописала тебя на Грани Ма, то сходи в консульство и попроси отправить копию контракта секретной дипломатической почтой по месту твоей прописки, и мне об этом напиши, проверка займёт около недели. Если сказала о прописке – просто пиши мне, что-нибудь придумаем. Или бабушке, она тоже разбирается, мой контракт она составляла, в нём двести шестьдесят страниц, муж до сих пор шутит по этому поводу.

Обязательно выясни, кто оплатил твою учёбу, это может стать проблемой. Если меценат объявится и начнёт чего-то требовать – посылай к семье, на Грань Эль. Сама ничего не предпринимай, ты юная девушка, ты не обязана решать такие вопросы, у тебя для этого есть семейные юристы, которые просто запишут этого мецената в длинный список тех, кому твой отец должен, и он ничего не получит. Иногда банкротство – удобная штука ;)

Ладно, мне нужно бежать трудиться. Береги здоровье и не ставь ничьи интересы выше собственных.

Всегда на твоей стороне, твоя тётя Айну.»

Это письмо я тоже перечитала дважды, мой внутренний цензор долго хмурился, но ничего не тронул – пускай. Слова о том, что до крайнего срока ещё четыре месяца, меня так успокоили, как будто я действительно не знала до этого момента, когда начинается второй семестр, и считала датой своей смерти свой день рождения.

«Время есть. А если его не хватит, тётя мне поможет.»

Я была благодарна ей за то, что она не использовала слово «приживалка».

Разобрав остальные письма, я ответила ещё пяти юридическим фирмам, нескольким журналам и газетам, и одному молодому учёному, задавшему весьма толковые вопросы по моему способу переливания – этот мне понравился. Он не просил о встрече и упоминал такие книги, которые сложно найти в библиотеке, а можно только «достать» или даже «раздобыть», некоторые из них были мне не знакомы, я в ответном письме задала ему больше вопросов, чем он мне в первом.

Ещё три письма были от кавалеров, предлагающих встретиться и «узнать друг друга получше», письма были хороши, мама бы одобрила. А я смотрела на них и думала о том, как же бесконечно далеки от меня все эти радости «удачного замужества» и «хорошей партии», мне было глубоко наплевать, я не хотела быть хозяйкой чьего-то дома и заботиться о благополучии какой-то семьи, пусть даже и моей.

«Со мной что-то конкретно не так. Возможно, это влияние крови демона.»

Посмотрев на конверты с жёлтыми наклейками, я усмехнулась – не только со мной, похоже, это у нас семейное. Всем на всех наплевать, только контракт имеет значение, правила должны соблюдаться, потому что иначе будет урон чести и достоинству семьи, а это недопустимо.

«Надеюсь, у меня никогда не будет детей. Зачем приводить в мир кого-то, кого несомненно будешь мучить всю жизнь.»

Я мысленно отобрала у цензора тушь и залила эти мысли тоже. Убрала письма в сейф, переоделась и пошла на ужин к тётушке Эмме, предчувствуя сложный разговор.

***

Тётушка встретила меня радушно, как дорогую гостью, её сын скрипач тоже улыбался весьма дружелюбно. Мы поужинали с её семьёй, потом уединились на её личном балконе, где под чай и пироженки обсудили, как коней, два десятка холостяков, отбраковав большую часть и расставив остальных в порядке предпочтительности. Я многословно поблагодарила тётушку за заботу, и призналась, что нашла способ решить свою проблему другим путём, и буду благодарна ей за совет в юридических вопросах тоже. Она расцвела, вручила визитку своего юриста и сказала, что если у меня получится взять кредит на учёбу, она готова выступить моим поручителем. Это было больше, чем все обещания моих родственников.

Вопросов по поводу Алана тётушка не задала, ни единого. Я сказала ей, что в ближайшее время планирую заниматься своими финансовыми и юридическими делами, поэтому посещать светские тусовки буду не слишком часто. Она ответила, что понимает меня и поддерживает, но на одну сходить всё же рекомендует, в следующую субботу, во Дворце Спорта профсоюза спасателей, это будет крупное событие, и там будет много хороших людей, которым она уже пообещала меня представить. У меня ещё оставалось несколько роскошных платьев, и это было самое малое, что я могла сделать для такой доброй и щедрой женщины, так что я пообещала. Она предупредила меня, что там будет мой любимый старый маэстро, я ему понравилась, и он может попросить меня сыграть с ним ещё раз, я запомнила и пообещала себе найти инструмент для практики.

Вечером я опять навестила фею цветов, которая научила меня ковать строительные молотки, мне ужасно понравилось, ночью я спала как убитая.

***

Всю следующую неделю я жила по плану и по расписанию – подъём в пять утра, за час до восхода солнца, зарядка, медитация, утренний чай на балконе. Потом работа с письмами, повторение материала по учёбе, завтрак, занятия в Академии, обед с Сари или в одиночестве в парке Астрономов (столовую всё ещё не открыли, меня кормил фургончик). Потом опять учёба, встречи с юристами и представителями банков, учёба и работа над проектом с Сари. На занятия по кузнечному делу я решила ходить три раза в неделю, по понедельникам, средам и пятницам, железная фея хвалила мой прогресс, очаровашка Кхо приглашал поработать над одним проектом вдвоём, я пока не решилась, но обещала подумать, как только немного разделаюсь с делами.