Мишель Гауф - Наперегонки с луной (ЛП)

- Славно, только не перестарайся с моей гайкой. - Сандей направила головку к средоточию своего влажного жара. - Ты снова пытаешься меня приручить?

- Тебе это нравится. - Сандей втянула в рот его нижнюю губу и прикусила, не стараясь быть нежной.

Дин заставил себя опереться на свои дрожащие руки, чтобы не наваливаться на любимую всем весом. Плоть к плоти, трение сосков, соприкасающихся с его кожей, чередовались с головокружительной хваткой вокруг члена.

- Мне нравится все, что ты предлагаешь, - со стоном произнес Дин. Ему хотелось войти в нее полностью, но ее пальцы умело двигались по всему пенису, не позволяя погрузиться до конца. Испытываемое ощущение дурманило голову, грозя свести с ума.

- С тобой я чувствую себя не такой одинокой.

- Такая женщина, как ты, никогда не останется одна. Ты заслуживаешь, чтобы тебя любили и трахали каждый день.

- Трахали?

- Не так выразился? Я первый, кто сказал тебе это. Я покажу тебе, что оно значит, котенок.

Он хотел заставить ее мурлыкать. Не вежливо оставлять партнершу не удовлетворенной. Однако Дин был не в силах бороться против желания, пронесшегося по нервной системе.

Ласки Сандей заставили его замолчать, превратив поток слов в перемежающиеся хрипы и стоны. Она слегка прикусила его челюсть, провела дорожку к подбородку и облизала горло. Дин нежно обхватил грудь Сандей; он знал, что сосок мгновенно затвердеет, стоит ему чуть надавить, при этом тело любимой изогнется от наслаждения.

Его член выскользнул из нее, когда она выгнула спину. Он сжал член в руке и растер по головке выступившую капельку влаги, отчего кошка втянула свои когти и подставила живот.

Сандей откинула голову назад и раскинула руки, сгребая одеяло. Хныкающие звуки от интенсивности удовольствия плавно перешли в хрипы, а те в свою очередь сменились мурлыканьем.

- Вот, что я хотел услышать.

Но прежде, чем Дин успел довести Сандей до оргазма, она схватила руку, которой он сжимал член. Обвив ногами бедра, она вынудила его опуститься и войти в нее, туда, где было так горячо и идеально, где все разумное теряло смысл.

Дин тут же кончил. Она снова сделала это.

Может он перегнул палку, когда подумал, что Сандей может забыть обо всех своих проблемах, занявшись любовью с таким восхитительным образцом мужественности?

Сандей водила пальцами по плечам Дина, пока он кончал. Его кожа была горячей и покрытой капельками пота. Вздохи и невнятные звуки звенели в ее ушах подобно песне, призывающей к спариванию, на которую она с готовность ответила. Она едва не кончила, однако запаниковав, отказалась от такой желанной награды.

Пятьдесят на пятьдесят, что она уже установила связь с демоном, который окажется доброжелательным или скорее дезориентированным от неожиданного перемещения в мир смертных, больше желая вернуться в свой собственный мир.

И все же он может оказаться злобной тварью, готовой повергнуть этот мир в хаос. И как бы ей не хотелось пустить все на самотек и позволить ему убраться на все четыре стороны, но Сандей чувствовала себя ответственной за любую мерзость, которую она привнесла в этот мир.

Потому что она считала одиночество терпимым, и если начнется охота на ведьм и мир узнает правду о ней и других паранормальных существах, теперешняя жизнь покажется несбыточной мечтой.

Дин скатился с нее и лег на спину. Лежать на ребристом основании кузова было не очень удобно, однако толстое и теплое одеяло делало это приемлемым.

- Дождь все не кончается, - со вздохом сказал Дин.

- Я люблю дождь.

- А я просто свыкся с ним, - поддержал он разговор.

- Почему твой волк его не любит?

- Много лет назад, из-за дождя, я застрял в сточной трубе. Был прикован к ней все полнолуние.

- Прикован?

- Долгая история. Я взбесил ведьму. И извлек из этой истории урок. Достаточно о моих страхах. Зачем ты опять привела меня к финишу?

- Ты ставишь под сомнения мои таланты, волк?

- Эй, не пойми меня не правильно. Я могу выдержать еще десять раундов, только если ты все еще в игре. - Он перекатился на бок и нежно провел пальцами по ее груди. - Однако я думаю, что ты противишься неизбежному.

- Мы остановили оборотня. Что казалось неизбежным.

- Ты права, Сандей.

Ее имя, произнесенное глубоким и хриплым голосом, подействовало, словно прикосновение к ее естеству.

- Я не хочу откладывать на потом твое удовольствие, - прошептал Дин ей на ухо. Его пальцы целенаправленно двинулись вниз по ее животу. - Я не боюсь демона. И, я никогда, черт бы меня побрал, не позволю девчонке взять надо мной верх. Ты же не струсила перед оборотнем? Так давай проделаем то же самое и с демоном.

Похоже, ее проблема стала причиной уязвленного мужского достоинства. Она должна согласиться. Но ей казалось ужасным закончить их идеальную ночь таким способом. Потрясающий секс с великолепным любовником прервется кровавым побоищем, учиненным злобным демоном.

Его пальцы поглаживали полоску под пупком, ведущую прямо к изнывающей от желания вагине.

- Скажи "да", Сандей. - Нежно, играючи, Дин провел дорожку по верхней части ее бедра. От легких взмахов его пальцев ее сущность целиком и полностью вибрировала от мурлыканья. - Скажи, что ты пойдешь на это ради меня.

- О, Дин. - Сандей качнула бедрами, надеясь, что Дин пойдет дальше, однако он уклонялся от прикосновений к ее разгоряченному местечку, продолжая поддразнивать ее касаниями внизу живота. - Разве возможно настолько сильно привязаться к совершенно незнакомому человеку?

- Думаю, да.

- А как насчет нас, кошки и собаки?

- Я не собака, а волк.

- Пока собаки распускаю слюни, - шутя, произнесла Сандей, - волки властвуют.

Дин рассмеялся и поцеловал ее в плечо.

- Ты уклоняешься от ответа. - Он слегка коснулся ее пульсирующего бутона. - Помурлыч для меня, Сандей. Подчинись волку.

- Да, - не задумываясь ответила она. Скорее это была интуитивная реакция на прикосновение. - Трахни меня.

Большинство мужчин за всю свою жизнь так и не научились удовлетворять женщину. Дин же ловил каждое ее движение, малейший шепот и стон. Он использовал язык, как копье, воздушное перышко или как кисть, оставляющую мазки на ее коже. Он мастерски справлялся с ее телом, мгновенно чувствуя, когда следует перейти от нежных прикосновений к жестким, или от медленных к быстрым.