Дракона не выбирают (СИ) - Иванова Ольга Дмитриевна

Прихватив платье, мы помчались в кухню. Пока заваривались листья, приготовили вместе обед из одной курицы: мясные кусочки Шерри потушила, а я из остатков сварила щи по рецепту своей мамы.

— Ничего, — приговаривала я, пробуя блюда на вкус, — экономить нам не привыкать. Прорвемся…

— Ох, миледи, — улыбалась Шерри, — вы совсем непохожи на…

— Леди? — подсказала я, смеясь. — Ты меня еще плохо знаешь.

— Нет, я не это хотела сказать, — девушка смущенно порозовела, — просто вы не чураетесь всей грязной работы, и это удивительно. Вам в вашем положении следует красиво одеваться, вкусно есть и только показывать пальчиком, чего хочется еще. Но, увы, вы всего этого лишены и не унываете.

— Ну, уныние — не лучший спутник в борьбе за существование, — усмехнулась я. И тут же спохватилась: — Полтора часа прошло! Можно замачивать платье!

Шерри сделала раствор, куда опустила мой наряд, и мы снова принялись ждать. Чтобы не тратить зря время, я нашла Бернар и напомнила ему об обещании показать мне краску. В кладовой нашлись несколько внушительных банок, литров на пять каждая: белая, голубая и желтая. Вполне себе сочетаемые цвета, а значит, в кафе их можно использовать все три. Осталось придумать, как это лучше сделать.

Когда главная стрелка часов замерла на пяти, я поспешила обратно в дом — извлекать платье из раствора.

— Ну что? — спросила я Шерри, которая в момент моего появления на кухне уже выкручивала наш подопытный наряд.

— Даже не знаю… — протянула девушка как-то разочарованно и развернула платье.

— М-да, — вздохнула я, оглядывая результат.

Нет, цвет платья действительно вышел вишневым, вот только равномерность окрашивания оставляло желать лучшего: где-то светлее, где-то темнее. В общем, эдакая «варенка» на шелке.

— Мы его испортили, да? — с сожалением сказала Шерри.

— Ну как сказать? — я взяла платье и покрутила, затем приложила к себе. — Главное, что не подсело. А цвет… Сделаем вид, что так и надо. Правда, на вечернее платье оно уже не потянет, а вот как дневной вариант — вполне. Завтра в нем наведаюсь к леди Макдауелл. Она же обещала угостить меня трюфелями, — и я хитро улыбнулась. — А вот на званый ужин к банкиру придется придумать что-то другое.

Мой взгляд случайно зацепился за цветные занавески на окне. Вспыхнувшая идея подтолкнула меня направиться в большую гостиную, где висели зеленые бархатные шторы. Их состояние порадовало: ткань выглядит отлично, молью не побито, цвет — насыщенный изумруд.

— Что вы надумали, миледи? — подошла сзади Шерри.

— Будем шить платье из штор, как Скарлетт О`Хара, — ответила я.

— Как кто? — не поняла Шерри.

— Героиня одной книги, — ответила я, оценивая масштабы работы. — Вот только выкройки найти бы где…

— Я знаю, где их взять! — глаза Шерри заблестели.

— Ну-ка? — я посмотрела на нее с любопытством.

— У меня есть друг Леон, он внук одной очень известной портнихи, — заговорщицки сообщила девушка.

— Думаешь, он сможет нам помочь с выкройками?

— Уверена, что сможет, — Шерри, улыбаясь, прикусила губу. — Могу сходить к нему прямо сейчас. Хотите?

— Конечно, хочу! — ответила я. — Шерри, ты просто золото!

— Ой, да ладно, миледи! — девушка смущенно махнула рукой. — Так я пошла?

— Иди, да, — кивнула я.

— А ваше платье? Его же надо развесить, чтобы высохло! — вспомнила вдруг она.

— Я сама его развешу, — заверила я, — беги…

— Ага! — Шерри засмеялась и выпорхнула из комнаты.

Вернулась она через полчаса, запыхавшаяся, но довольная.

— Значит так, миледи, — с порога сообщила девушка, — Леон принесет выкройки, как стемнеет. Но утром, лучше на рассвете, надо их вернуть. Успеем все срисовать?

— Успеем! — заверила я с жаром.

Кажется, нас с Шерри ждет бессонная ночь.

Глава 8

Мы справились быстрее, чем думали. Друг Шерри, долговязый парнишка лет восемнадцати, принес выкройки ближе к полуночи, и мы сразу приступили к перерисовке. У Шерри и в этом деле оказалась набита рука, поэтому работа спорилась, и к трем ночи у нас были выкройки на целых шесть платьев последних фасонов. Настоящее богатство!

Как только стало светать, Шерри снова встретилась с Леоном и отдала чертежи. В общем, операция «Новый гардероб» прошла успешно, и мы, с чувством полного удовлетворения, отправились спать.

Проснулась я около десяти и обнаружила Шерри, уже вовсю хлопочущей по кухне.

— Не переживайте, миледи, я выспалась, — сказала она мне бодро. — Чай будете или какао?

— Чай, — выбрала я. — Шерри, скажи, а в вашем мире разве нет кофе?

— Что такое кофе? — с любопытством посмотрела на меня девушка.

— Это такие зерна, — я попыталась нарисовать пальцем по столешнице, — их потом обжаривают, перемалывают и заваривают. Получается ароматный напиток. Что-то вроде какао, только вкус иной.

— Нет, не слышала о таком, — покачала головой Шерри.

Странно, конечно, ведь понятие «кафе» у них встречается. Впрочем, это может быть адаптация перевода с их языка на мой. Ладно, это не самый важный вопрос на повестке дня, есть куда более животрепещущие.

— Я сейчас отправлюсь в «Сахарную розочку», — сказала я, отпивая из кружки с чаем.

— Хотите, чтобы я пошла с вами? — предложила Шерри.

— Нет, — задумалась я, — не стоит. Справлюсь сама.

— Не заблудитесь?

— Не должна, — я улыбнулась. — Но мне будет нужна твоя помощь. Уложишь мне волосы по-модному?

— Конечно, миледи!

— И платье, что мы вчера преобразили, погладить бы надо.

— Сделаем!

Через час я стояла перед зеркалом в своей спальне, вполне довольная результатом. Платье выглядело хорошо, хоть и нестандартно по местными меркам. Причесала меня Шерри тоже на пять баллов, еще и украсила пучок красным цветком из сада. Вышло очень симпатично.

— Сережки бы сюда покрупнее, и кулон, — сказала Шерри, тоже пристально рассматривая мое отражение.

— Обойдемся пока этими, — ответила я, поправляя в ухе маленькую золотую серьгу с фианитом. — Все, дорогая, я пошла. Постараюсь недолго.

— Удачи вам с леди Макдауелл! — пожелала Шерри. — А я пока приготовлю все для шитья.

Я одобрительно подняла большой палец вверх и поспешила на выход. Со зрительной памятью у меня всегда было хорошо, поэтому шла я уверенно. Мое новомодное платье, конечно же, не осталось без внимания. Я то и дело ловила на себе любопытные взгляды. А поскольку несла я себя гордо, то рассматривали меня дамы не для того, чтобы посмеяться, а именно с интересом. И удача, что платье было почти до пола, так не бросались в глаза мои туфли. С которыми тоже не мешало бы что-то решить.

Мое появление в «Сахарной розочке» в первые минуты осталось незамеченным. Хозяйка была занята обслуживанием покупателей, и я могла спокойно осмотреться. Ну что ж, интерьер вполне себе милый, продуманный. Все эти розово-кремовые тона, рюшечки, воздушный тюль и, конечно же, цветы — просто идеальны для кондитерской с таким названием. Витрина тоже была на зависть: пирожные с десяток видов, зефир и пастила, марципановые фигурки, шоколад всех мастей и даже разноцветные леденцы на палочке.

— Что вам предложить? — леди Макдауелл приторно улыбнулась, не сразу узнав меня. А когда поняла, кто перед ней… Нет, ей удалось удержать улыбку на лице, а вот глаза сразу превратились в два кусочка льда. — О, леди Хайд. Добрый день.

— И вам доброго дня, леди Макдауелл, — я тоже улыбнулась ей. — Вот, воспользовалась вашим приглашением и заглянула на трюфели. Вам их уже доставили?

— Да, конечно, — она взяла кондитерские щипцы и положила на фарфоровое блюдце несколько шоколадных конфет. — Угощаю.

— О, благодарю.

— Может, что-то еще хотите? — хозяйка «Розочки» натужно изображала любезность.

— Да, — сказала я. — Что у вас есть из напитков?

— Чай черный, зеленый, ромашковый, мятный, — перечислила сквозь зубы Макдауелл. — Какао, горячий шоколад.

— Тогда ромашковый чай и вон то пирожное, — я ткнула пальцем в корзиночку с кремом и фруктами. — Сколько с меня?