В объятиях камня - Глория Эймс

колоду карт и красиво перекинул из руки в руку. Карты летели по воздуху, не завися ни от одной из стихий, повинуясь лишь ловким пальцам.

- Выбери карту, - с хитрой ухмылкой предложил вольный маг.

Наугад я коснулась одной из красивых картинок, при свете огня отливавших золотом. Руки мага перевернули карты рубашкой вверх, перетасовали и затем вытащили карту… из моего собственного рукава!

Я рассмеялась:

- Знаю этот фокус, но никогда не могла провернуть его без магии!

- А ты поняла, что это лишь ловкость рук? – уточнил Илвот.

- Во всяком случае, не почуяла никаких магических импульсов.

- Вот именно! – торжествующе заключил крепыш у огня и дружелюбно продолжил: – Тебе стоит научиться разным трюкам, если хочешь у нас остаться.

- Ну да, особенно твоим приемчикам, Закен, - расхохоталась Дорея, хлопнув его по плечу.

Все вокруг рассмеялись.

- Он тяжести поднимает, - пояснил Илвот. – Представляю, как ты без магии ворочаешь гири…

- Нет уж, увольте! – я тоже рассмеялась. – Магией – пожалуйста, но вручную работать не стану.

- Ха, никто и не сомневался, - вполголоса заметила Дорея.

Я пропустила ее слова мимо, не желая начинать мое пребывание в цирке даже с небольшой ссоры.

- Но что-то освоить все-таки нужно, - продолжил Илвот. - Да хоть те же карты! Хочешь попробовать? – он протянул мне колоду.

- Как-нибудь потом, - уклончиво ответила я, подумав, что лучше не показывать свою неловкость в присутствии Дореи. – Получается, когда магия иссякает, ты выступаешь с фокусами, а если есть запас – магичишь?

- Вот тут ошибочка, - усмехнулся Илвот. – Если поблизости нет магических источников, я сразу перехожу на фокусы. Магию нужно беречь. Мало ли что может случиться…

- Ужин готов! – объявил Закен, перемешав содержимое котла. – Налетай!

Все вокруг оживились, загремели посудой. Еда вызвала куда больше энтузиазма, чем недавние фокусы Илвота и даже летающие ножи Дореи. Наверное, все артисты уже так привыкли за долгое время выступлений к фокусам, что удивить их хорошим тушеным мясом гораздо проще.

- У нас меняются планы! – объявил вынырнувший из-за шатра Манард. – Поедим и решим, что делать…

Глава 13. Разговор в темноте

Несмотря на то, что мы с Илвотом не так давно поужинали, прогулка по ночному лесу снова разожгла аппетит. Илвот набрал в миску большую порцию и поделился со мной:

- Пока что ешь со мной, но тебе нужно обзавестись своей миской, своим тюфяком… - начал он перечислять, загибая пальцы.

Слушая его, я осознала остро как никогда: вступая в самостоятельную жизнь, я совершенно не понимала, от какого количества мелочей завишу. Безумно хотелось принять горячую ванну, но я прекрасно понимала, что посреди леса ей взяться неоткуда. А от слова «тюфяк» вообще становилось грустно. Невольно вспоминалась моя кровать: матрас идеальной жесткости, резные подпорки балдахина, что отец заказал даснеларскому мастеру, тончайшее постельное белье, которое по заказу матери покрыли узорами лучшие вышивальщицы Имоледо…

Люди вокруг привыкли к кочевой жизни, их не волновали подобные вещи. И хоть я еще недавно бравировала своим умением переносить тяготы похода, происходящее требовало от меня все больше терпения и сил. Мои академические вылазки были недолгими и всегда заканчивались возвращением в кампус Хальторна. А там горничная создавала для меня полный комфорт.

Сейчас одно только понимание, что ночевать придется в продуваемых всеми ветрами шатрах, заставляло ежиться от холода.

- …Потом, когда заработаешь на выступлениях, можешь купить… Что-то ты приуныла, - перебил сам себя Илвот. – Устала?

Молча покачав головой, я пересела поближе к огню.

Дождавшись, когда все утолят голод и смогут спокойно слушать, Манард поднялся во весь свой немалый рост:

- Завтрашнее выступление в Имоледо отменяется!

- Ну как так-то? – Закен вскочил и раздосадованно оглянулся по сторонам. – У нас там всегда огромные сборы! Надо ехать!

- Проблема в том, что кое-кто из наших засветился в нехорошем деле, - Манард даже не взглянул в сторону Илвота, словно речь шла о ком-то другом, но я отлично понимала, что планы меняются из-за нас.

- Опять… И кто этот молодец? – раздалось с разных сторон. – По голове бы ему настучать, чтоб своих не подставлял!.. Скажи, кто это?

- Неважно, - отрезал Манард. – Есть и хорошая новость! Всем нам положена небольшая компенсация…

Он достал кошелек и начал раздавать монеты, полученные от Брилеуса, обходя всех без исключения. По одной монете досталось нам с Илвотом.

- Бери-бери, - подбодрил Илвот, видя мое замешательство. – Ты же теперь одна из нас.

Манард на это усмехнулся, но ничего не сказал, продолжая раздавать деньги.

- Если кто-то срывает приличный куш, то обычно делится, - шепнул Илвот, убирая монету. – Но не всегда…

Дорея, затягивая кошелек, пристально посмотрела на меня:

- Эй, девочка, ты к этому имеешь отношение?

- Она вообще ни при чем, - ответил Илвот раньше, чем я успела раскрыть рот. – Подобрал ее на дороге, заблудилась, бедняжка.

- Ага, понятно, - кивнула Дорея, но по ее голосу было ясно, что она не оставит попыток узнать, откуда я взялась и во что мы все влипли.

- И куда мы теперь? – спросил подуспокоившийся Закен.

- Пока пройдемся по деревням, чтоб не светиться в больших городах, - Манард ободряюще махнул рукой. – Сейчас тепло, народ валом повалит на выступления. А к осени, когда все утрясется, вернемся в Имоледо.

Обрадованные внезапной прибылью, циркачи перестали возмущаться и вернулись к своим обычным делам. Одни сплетничали вполголоса, другие разминались, тренируясь в ловкости, затем кто-то взялся за лютню, и негромкая музыка наполнила поляну.

- Почему Манард сказал «решим, что делать», если он и так все заранее решил? – спросила я Илвота.

- Пытается избежать недовольства. Он у нас вроде как за главного, но тут все с характером… - Илвот кивнул в сторону Дореи.

Заметив, что мы смотрим на нее, Дорея подошла к нам:

- Илви, разговор есть…

- Ладно, - отдав мне миску с остатками мяса, Илвот поднялся и ушел следом за метательницей ножей в темнеющий лес.

Оставшись среди почти незнакомых людей, я немного тревожилась, но надеялась, что Илвот скоро вернется, о чем бы там у них с Дореей ни шла речь.

Мясо в миске закончилось, а я оказалась перед выбором: вытереть испачканные едой пальцы о подол собственной юбки, как сделала одна из