Открой мне свою душу (СИ) - Лунная Юлианна

- Доброе утро, Амелия, - поприветствовал отец с видом «побитой дворняжки», не решаясь дальше заговорить.

- Все хорошо, пап, правда, - не стала мучить я родителя.

- Прости за вчерашнее, не думал, что так получится.

- Прощаю, бывает. Давай забудем.

- Забыть твой день рождения? – удивился он.

- Забудем ту ужасную ситуацию, в которой мы оказались. Поверь, остаток своего праздника я провела волшебно, - улыбнулась ему, жуя яичницу. – Но не расскажу как именно, не надейся – я все еще сержусь!

Конечно же, я солгала. Я не обижалась на родителя, просто таким образом пресекла расспросы о плавании в загадочный храм с не менее загадочным мужчиной. Совсем ничего не сказать отцу тоже не могла – по теням под глазами я видела, что он переживал и наверняка плохо не спал всю ночь. Поэтому пришлось признаться, что день рождения закончился приятно.

- Если ты готова, то пойдем. Хочу проводить тебя на первое твое занятие, - облегченно улыбнулся родитель, заканчивая завтрак.

Вышли на улицу, и я заметила ожидающих нас Эмили и Крестена. Вид у них был не лучше, чем у отца. По-моему, этой ночью из всех нас спала лишь я. Чтобы долго не тянуть «кота за хвост», я подошла к ним и первой заговорила:

- Я прощаю всем неудачный сюрприз. Не вижу причин сердиться. Вы старались для меня – я это понимаю, - в режиме монолога продолжила: - Эми, извини, что накричала. Чьей-чьей, а вот твоей вины вообще нет ни в чем – никто бы не смог предугадать: пошла бы я продолжать чтение или нет. Вина моего отца тоже невелика, - улыбнулась родителю. – Как я поняла, ему и в голову не пришло, что я его ожидаю дома, а не «прихорашиваюсь» к празднику. Декан ор Лирган, могу ли я с вами поговорить наедине? – и задала направление к основному зданию академии.

Он меня нагнал, а Эми составила компанию отцу.

- Мне стыдно за свое поведение. Я настолько «накрутила» себя переживаниями, что в тот момент единственной моей эмоцией была ярость. В состоянии аффекта я наговорила вам глупостей, несправедливых обвинений… - я говорила от чистого сердца, действительно то, что думала.

Я считала, что искренним отношением  люди добиваются такого же расположения и к себе. Не дослушав меня, Крестен остановился, схватил меня за руку и развернул к себе, нависая:

- Амелия, твои обвинения в мой адрес были не беспочвенны. Я взрослый мужчина и такое поведение не позволительно, ты была права, сказав, что я себя возомнил непонятно кем…

Я прервала его, приложив палец в его губам. «Оххх… будто молнией прошило» - как-то я не подумала об интимной составляющей такого жеста.

- Прости, - прошептала в удивленное лицо декана, и постаралась побыстрее объясниться. - Ты замечательный мужчина и так старался осчастливить меня в мой праздник. Это я вела себя как дура… Я пообещала, что никто не узнает о нашем маленьком секрете и сама нас выдала. Что о тебе подумает Эми? А мой отец? А ректор?!! Мне неловко это говорить, но лучше бы нам соблюдать субординацию и быть просто деканом и адепткой.

Я отошла от него. В его глазах был целый спектр эмоций, но отчетливее всего я увидела непрятие – именно такого поворота я и боялась. Боялась, что он не поймет: мне трудно быть с ним «друзьями-соседями». Я не могу игнорировать: как мне было приятно с ним целоваться. Даже сквозь ярость в перепалке у меня щемило сердце, когда я орала на него – ведь он старался для меня! МЕНЯ! Но для него я лишь одна из многих студенток, подружка его племянницы. Таких поцелуев он может подарить тысячи ежедневно кому захочет – и для него это будет мимолетной слабостью. А для меня? Я не хочу собирать потом разбитое об реальность сердце. Он - успешный симпатичный мужчина, а я - очередная растекшаяся лужицей адептка. Я развернулась и продолжила путь к академии, в то время как на душе скребли кошки.

Первая лекция у нас была общая на весь поток первогодок. Это было не занятие, а экскурс по правилам жизни академии и о самом учебном процессе. Я вошла в аудиторию, где рассаживались студенты. Уселась за ближайшую свободную парту и удивленно провожала Эми глазами. Она не пошла со мной, хотя в кабинет мы зашли вместе. Она присела за переднюю парту. Я нахмурилась: «это что сейчас такое было?!» Она и в правду считает, что я буду придерживаться этих глупостей «подруг по-секрету»? Не дождется, упрямая кукла! Я вскочила с места и поспешила к ней, пока место за партой никто не занял. Плюхнулась рядом с «мордой-кирпичом». Девушка выпучила на меня глаза, но сказать что-либо не успела.

- Взгляните, а герцогинька знает свое место. Да-да, государственным изменникам и титул не поможет, ваше место среди таких же плебеев. Я к тебе обращаюсь, де Орен. Скажи, а к твоему папаше вообще хоть кто-нибудь ходит на занятия?

Я оглянулась в поисках говорившего. На самом верхнем ряду прям на парте сидел черноволосый юноша. Внешность была обычной, среднестатистической – зато с таким вселенским высокомерным выражением лица, что я удивилась: неужели возможно настолько передать эмоцию? «Парень, да тебе в артисты надо, сцена по тебе плачет».

- Уже вся академия знает, что нищенка попала сюда через постель ректора. Ахахаа… - наигранно рассмеялся он, и его поддержали последние ряды.

«Уууу козел, да ты не на ту напал! Тебе словарного запаса не хватит тягаться со мной в оскорблениях».

– А ты так не смог, да? – включила и я актрису. - И тебе обидно, что ректор оказался традиционной ориентации? - как-то резко стало до жути тихо среди несколько сотен адептов, но я не обратила внимания, хотелось «дожать» гаденыша. - Наверняка пришлось вывалить кругленькую сумму за поступление. Как же теперь ты живешь без своего богатства? Что же теперь компенсирует скрытые комплексы? Бедняжка… - покачала головой я. – Но ты не расстраивайся так сильно, найдешь себе другого парня, а на счет денег… Знаешь, как говорят: чем больше карета, тем меньше конь.

-Кхм-кхм!! – раздалось грозно перед моей партой.

Я обернулась и встретилась взглядом с нависающим надо мной ректором Арматом. Он старался показать: что недоволен моим монологом, но его выдавали поддергивающиеся уголки губ и смеющиеся глаза. Я закусила щеку, стараясь не расхохотаться. Мужчина никак не мог справиться с собой и заговорить – я поняла это, наблюдая: как он несколько раз попытался придать лицу хмурый вид. Меня еще больше смешили его потуги, и меня стало потряхивать от внутреннего хохота, затряслись губы. Он не выдержал: схватил меня за руку, вытащил из-за парты и потянул к двери. Мы вышли из аудитории, и только дверь захлопнулась, как ректор сотряс стены академии смехом. Я последовала его примеру, вытирая непроизвольно катящиеся слезы. Не сомневаюсь, что и в аудитории нас было слышно. Вот теперь попробуй, докажи, что между нами нет отношений. Мы же вместе удалились и хохочем в коридоре. В таком виде нас застал декан Арил.

- Леди Амелия, вы творите чудеса: я давно не видел ректора в столь прекрасном настроении, - улыбнулся он. – Могу ли я поинтересоваться причиной веселья?

- Арил, скажи мне, а у тебя большая карета? – смеясь, проговорил ректор.

Мне казалось: я умру от смеха. В ожидании ответа согнулась пополам, держась за живот, стараясь отдышаться.

- Я предпочитаю передвигаться на коне.

- Не буду спрашивать про размеры коня, иначе не смогу остановиться, - пытался взять себя в руки герцог де Гроаз. – Так, хватит! – сам себя осадил мужчина. – Леди, это было весьма занимательной шуткой, но я не смогу проводить занятие, глядя на ваше улыбающееся личико. Поэтому: Арил, индивидуальный экскурс проведешь для адептки. Но сначала сходите в заповедник, не хочу и там столкнуться с вами – иначе сорву учебный план. До встречи, - ректор вновь вошел в аудиторию.

- Амелия, ты просто обязана мне все рассказать, - декан взял меня за руку и повел по коридорам, словно мы парочка, гуляющая по парку.

И почему все мужчины вокруг ведут себя со мной, напрочь забыв о субординации? Крестен целует и дарит внимание. Армат водит под ручку по академии и смеется над моими шутками. Арила вообще не смутило плавать со мной практически в чем мать родила. Я пересказывала случай в аудитории, но сейчас мне было не смешно.