Волчонок для Избранной (СИ) - Витор Анна

— Он-ни п-приедут? — Саманта слегка заикалась.

Засунув передатчик в карман, Френсис утвердительно кивнул. Он приблизился к ней, обняв так крепко, что перехватило дыхание. Сила его рук, идущее от большого мощного тела тепло согревали Саманту, унимали дрожь.

Френсису по-прежнему было страшно… Тонкое, как лоза, девичье тело тряслось от холода. И в то же время она полыхала, словно пламя, прильнув к нему, словно стремясь слиться воедино.

Желание взорвалось бомбой в его воспаленном сознании, и Френсис забыл обо всем кроме Саманты, заключенной в объятия. Ладони бережно коснулись ее лица. Ни он, ни она уже не обращали внимания на струи воды, что стекали с волос и одежды. Безумие захватило обоих. Губы потянулись друг к другу в голодном, жадном поцелуе.

Он не был похож на трепет крыльев бабочки или на остальные описания поцелуев в дешевых бульварных романах, что прежде продавались в каждом киоске. Стало не до деликатности. Каждый хотел захватить другого, покорить, подчинить своей власти, разжечь внутри иной пожар.

Френсис почти грубо, ненасытно смял губы Саманты. Его пальцы запутались в ее волосах. А она, словно дикая кошка, ответила так неистово, что случайно укусив его за губу, ощутила во рту металлический привкус крови.

Они целовались, забыв обо всем на свете: о тропическом ливне, об опасности, о болезни… Наверное, сошли с ума, потому что даже не услышали шума шин, пропустили и призывный гудок клаксона, поглощенные друг другом.

И только когда Саманта тихо вздохнув, обмякла на руках Френсиса, он почувствовал неладное. Ее голова бессильно откинулась. Дыхание стало прерывистым и редким.

Страх, покинувший его на краткие мгновения поцелуя, вновь вернулся, чтобы с удвоенной силой стиснуть виски.

«Дурак, она умирает на твоих руках, а ты!..» — заорала совесть.

Френсис нервно оглянулся, прижимая к груди Саманту. Он с облегчением увидел внедорожник, из которого уже выбирались, бежали к ним люди. Спотыкались, оскальзываясь на лужах, но бежали снова… А Френсис не мог сдвинуться с места, обнимая самое драгоценное сокровище в мире.

«Сэм… — мысленно простонал Френсис. — Ты стала мне дороже собственной жизни, принципов, взлелеянных с годами. Ты ближе мне, чем родители, чем невеста… Ты — волшебная принцесса из сказки, чьи страницы растерзала война. Ты ранимая, нежная, хрупкая… Ради тебя я пойду на все. Я спасу тебя и отдам свое сердце, забрав взамен твое. Я ничего больше не попрошу у неба. Только живи, пожалуйста, живи! Молю, заклинаю».

Глава 15

Зараженных перенесли в замок. Старые, кое-где обрушившиеся стены на скорую руку укрепили магией. Теперь, если не подходить близко, казалось, что здесь сплошные джунгли. Замок могли видеть только Волки из этой стаи.

— Пустите! Ей плохо! — раздался пронзительный голосок Кэт.

Френсис, расхаживающий у постели Саманты, резко вскинул голову. Послышалась возня. Похоже, ее попытались удержать.

— Да куда ты, мелкая? Вдруг заразишься! — донесся голос одного из оборотней. — Ай! Она меня укусила! Вот волчонок!

Кэт ворвалась в комнату, растрепанная и с горящими глазами. И едва не сбила Френсиса с ног, подбегая к Саманте.

— Сэм! Сэм! Меня к тебе не пускали, — пожалилась Кэт, тормоша ее за рукав.

— Она… тебя не слышит, — сглотнул Френсис. — Саманта очень сильно заболела.

На негнущихся ногах он шагнул ближе. Его ладонь, большая и теплая, легла на хрупкое плечико Кэт. Она подняла взгляд огромных ясных глаз. В них заблестели слезы.

— Она же не умрет, правда? Не умрет, как мама? — Кэт прикусила губу, потому что подбородок мелко задрожал.

Френсис зажмурился, как от боли. Температура у Саманты росла. Любые таблетки, уколы — это просто растягивало мучения. Без антидота она сгорит от жара. Это вопрос времени.

Саманта то и дело начинала метаться головой по подушке, в бреду зовя Френсиса, а потом затихая. Засыпала вязким болезненным сном. На щеках горел нездоровый румянец. А кожа становилась все бледнее и бледнее.

— Нет. Ни за что. Саманта поправится, — прорычал Френсис, убеждая самого себя. — А теперь беги. Тебе нельзя здесь долго находиться, иначе тоже заболеешь.

Он легонько толкнул Кэт в сторону двери. Ответом послужила насупленная мордашка и капризное:

— Но я не хочу-у-у…

Вздохнув, Френсис присел перед Кэт. Он легонько взъерошил ей волосы, через силу улыбаясь.

— Внизу переносят всякие интересные кухонные штуки. Поможешь там? Им без тебя не справиться! А когда Саманта очнется, я ей расскажу, какая ты умница!

Кэт с минуту посопела, раздумывая.

— Ну, ладно, — буркнула она. — Но ты меня сразу-сразу позови, когда Сэм проснется!

— Обязательно, — выдавил Френсис.

Кэт убежала, а он застыл на минуту, глядя на побелевшее лицо Саманты, на приоткрытые пересохшие губы.

«Когда проснется… скорее, если проснется», — мелькнуло в голове.

Маленький лиловый кристалл согрелся в ладони. Френсис намотал на запястье замшевый коричневый шнурок, с которого и свисал этот кулон. Последняя надежда Саманты.

Ее медленно сжигала лихорадка. А даже, если Волки добудут антидот, его будет мало, слишком мало. На всех больных не хватит. Саманта точно станет рычать из-за того, что Френсис предпочел вылечить ее, а не других, не менее достойных людей.

«Есть же и другой выход… не ждать антидот», — думал Френсис, меряя широкими шагами импровизированную палату размером два на три метра. Тесная клетка, хоть на стены лезь от отчаяния. Ведь этот выход — воспользоваться кристаллом, который достался от «Миротворцев».

«Если ты окажешься без связи, а нужно будет сообщить важную информацию, тогда воспользуйся этим, — вспоминались слова, которые сказали Френсису незадолго до отъезда. — Кристалл подключен к каналам телепортации. Но помни, что это только на крайний случай! Проклятые Волки не должны заподозрить, что ты — предатель».

Глава 16

Саманта бредила, но слов невозможно было разобрать. С висков скатывались бисеринки пота, а глаза не открывались, только болезненно жмурились веки. Ее вид разрывал сердце Френсису. Он опустился на колени у постели и прижал к губам пылающие тонкие пальчики.

— Я тебя вытащу, сердце мое. Тебя и твоих друзей, всех наших… Пусть ради этого мне придется пожертвовать жизнью. Да, я считал глупым лезть в логово врага за антидотом… но теперь придется провернуть кое-что даже более рискованное. Ты приучила меня жертвовать собой, милая. Поэтому обещаю, что ты выживешь, чтобы я потом смог поквитаться с тобой, — Френсис слабо улыбнулся. — Ты слышишь меня?

В ответ — лишь ломкое, как льдинки, молчание. И слабый стон.

Френсис поднялся с колен и отошел к окну, чтобы, как следует, обдумать свой план. Здоровых осталось всего ничего. Нужно полагаться только на себя. Френсис резко дернул за шнурок, снимая с руки кристалл, который раньше носил на шее. Все считали его амулетом или обыкновенным украшением.

На самом деле кристалл являлся особым порталом для связи с «Миротворцами». Стоило его активировать, как он переносил Френсиса и второго участника переговоров в безопасное место. Куда именно забросит, не знал ни один человек. Наверняка кристалл выбирал место произвольно, но оно всегда получалось тихим и уединенным. Таким, чтобы никто ничего не подслушал.

Злая усмешка исказила тонкие черты лица Френсиса. Когда-то «Миротворцы» шантажом заставили его бросить семью, родных и близких. Закинули как подсадную утку в тыл врага. А теперь роли поменяются. Он заставит главу «Миротворцев» выдать противоядие в нужном количестве. Шантажом, конечно. Когда рядом с лощеным Кайлом Джерри окажется смерть, он сделает все, что Френсис ему прикажет.

Пусть это будет первый и последний раз. Пусть он покажет, что больше не на стороне «Миротворцев», что выбрал Волков по-настоящему. Пусть на него откроется охота, как и на остальных. Главное, Саманта и другие несчастные будут спасены. Ничего, что таким путем.