Ловушка для химеры (СИ) - Матуш Татьяна

- А она и живет. Замуж вышла, занимается виноградниками в свое удовольствие. С внучкой возится.

- Внучкой? Но ведь Первый Герцог...

- Не женат. И не собирается. Во всяком случае, он ни за кем не ухаживает. Но у него есть дочь.

- Бастард? - брезгливо скривился военный в синем, гвардейском мундире.

- Дочь Змея.

- Какая разница? По сути-то все равно бастард.

- Только при хозяйке этого не скажи. Она ведь тоже дочь Змея. Откажет от дома - и к гадалке не ходи!

Гвардеец повел подбородком. То ли воротник мундира ему жал, то ли разговор был неприятен. Неожиданно он подобрался и "сделал стойку".

- Кто это?

- Где?

- Рядом с Арнелией. Брюнетка в зеленом. Я ее раньше здесь не видел...

- Лучше тебе в ее сторону и дальше не смотреть, - его собеседник, обесценивая собственный совет, кинул довольно долгий и, откровенно, одобрительный взгляд на молодую брюнетку в строгом, но невероятно элегантном изумрудном платье. Оно ей просто головокружительно шло, как и невысокая, пышная прическа, диадема из горного хрусталя и легкая отстраненная улыбка, с которой незнакомка слушала хозяйку бала.

- Так кто она? Ты знаешь?

- Маркиза Тарьен.

- У красотки есть муж? - дернул бровью гвардеец.

- Муж - внеуровневый маг стихийник, сын - герцог, правда, по малолетству пока не правящий, но пара гвардейских полков у него найдется. А сама она, кстати, жрица Змея.

- Серьезно? - кадык гвардейца дернулся.

- Шучу. Если хочешь - попробуй, я тебя представлю. Но хоронить не буду, и не проси. Сам вляпаешься - сам и выкручивайся. Яму копай, камень заказывай, службу оплачивай. Пролеветировать труп, скинуть на место и присыпать землей, так и быть, могу. Это не трудно. А на остальное не рассчитывай, самоубийцы богам не угодны.

Небольшой, но слаженный оркестр играл что-то очень лиричное. По широкой лестнице, загнутой полукругом, текла неторопливая разноцветная река гостей. Рука Кел лежала на сгибе локтя графа Ласси.

Может и не лучшая компания для появления в свете, но не ей привередничать. Если разобраться, у самой с родственниками тоже... хм... не все радужно. Так что они с Лефом были вполне себе гармоничной парой: племянник и дочь целой плеяды сидящих в крепости и повешенных на закате. Явились потанцевать в дом к тем, кто сажал и вешал. По их же любезному приглашению.

Жизнь иногда бывает такой странной...

Следом за ними, отстав на приличное расстояние, поднимались Орв и Наарита. Как выкрутился Янг, Келли не знала, но верила - он что-то придумал. Школу курировал сам герцог, так что приглашение на Весенний бал в Монтрез, традиционно, получил весь выпуск.

- О, Святые Древние, кого я вижу? Рыжая умеет носить платье? Неожиданно... Но что за цвет, дорогая? Ты сшила его из двух простыней? Про фасон я вообще молчу, такой могла бы одеть какая-нибудь молочница, да и то - только разносить молоко. На свидание она бы выбрала что-нибудь более... выразительное.

Кел поприветствовала соперницу едва заметным взмахом ресниц, большего та не заслуживала. Ни как стихийница, довольно слабая, ни как хамка. Тоже, кстати, посредственная.

Изысканные оскорбления - это, между прочим, тоже наука. Жаль, что нельзя вытереть туфли носовым платком, а потом затолкать этот платок меж чьих-то зубов... но ожидания и реальность вообще редко совпадают.

- Добрый вечер, Верна. Барон Жакри, - кавалер стихийницы удостоился слабого наклона головы, - А вам, я смотрю, не занимать храбрости.

- Простите? - удивился тот.

- Ваша спутница только что подвела вас под закон об оскорблении Величества, двадцать лет в Логнери... а вы даже в лице не изменились. Позвольте выразить свое уважение.

- Что ты несешь, рыжая, какой закон? Головой ударилась? - громко удивилась Верна.

Келли послала барону еще одну извиняющую улыбку.

- Ваша дама изволила рискованно пошутить по поводу моего платья, которое в точности повторяет платье Ее Императорского Величества на последнем зимнем балу...

Барон немедленно изменился в лице. Келли никогда не видела, чтобы живые люди так стремительно бледнели.

- Шутка, действительно, не лучшая, - произнес он, наклоняясь к Лефу, - но... это ведь только шутка.

- Действительно, - кивнула Кел, - она может и не дойти до ушей Ее Величества.

Барон соображал быстро.

- И что для этого должно произойти?

- Жрецы учат нас, что мир справедлив и им правит закон воздаяния, - с благостного лица ведьмы можно было писать фреску, - положим, этот закон сработает. И вы... совершенно случайно проиграете последнее испытание. Это удовлетворит вселенную - а кто мы такие, чтобы с ней спорить?

- Что? - опешила Верна, - Ан, ты ведь не спустишь им эту наглость?

- У вас есть выбор, - Леф пожал широкими плечами, обтянутыми камзолом цвета темного шоколада, - уверен, ваши дипломы скрасят вам молодость, проведенную в камере. Мое почтение, барон и примите соболезнования по поводу выбора спутницы на этом балу.

Они поднимались вверх, а сзади разыгрывалась драма.

- Коварно, хоть и не слишком тонко, - профессионально оценил интригу граф Ласси.

- В самый раз для этой парочки. Где тонко - там и рвется.

- Но платье императрицы было совсем другим.

- А как они об этом узнают? - улыбнулась Кел.

Этот бал начинал ей нравится. Кажется, будет весело...

Если б девушка только знала, какое веселье ее ждет!

Глава 5

- За успех? - герцог Монтрез покрутил в тонких пальцах ножку хрустального бокала, до половины наполненного любимым бледно-желтым вином. Друзья именовали его только кислятиной и больше никак.

- Чтобы было интересно, - подмигнул Маркиз. Он тоже плеснул себе желтого, хоть и поморщился... для вида. И по привычке. Первое время, в юности, он и правда пил сухое, подражая своему сеньору и кумиру. Кривился - но глотал, как те мышки, которые плакали, кололись, но ели кактус. А потом вдруг распробовал. Отличная штука оказалась, освежающая и с тонким вкусом.

Третий пил фиольское сладкое и очень умеренно. Неожиданно, при такой-то комплекции. Из него можно было скроить двух Маркизов и трех Эшери: широкоплечий, плотный... даже, можно сказать - полный. Если не присматриваться. Более внимательный взгляд мог бы отметить, как легко он носит свое большое и с виду грузное тело, как точны и даже грациозны его движения. Как у танцора. Или опытного фехтовальщика.

- Чтобы победил достойный. И пусть мы обойдемся без несчастных случаев, - серьезно сказал он.

- Обжора в своем репертуаре! - подколол Маркиз. - Если эти детки покалечатся на игре, то на реальной боевой операции им делать нечего. Пусть собирают свои носовые платки и бантики и едут по домам, под теплое крылышко.

Обжора вскинулся, было, возразить...

- Он прав, - мягко заметил Эшери, - игра будет жесткой. Но ее главная цель - выявить тех, кто способен к нашему делу, а кому, действительно, лучше под крылышко. Пока себя не угробили и других не подставили. Не мы такие - дело у нас такое. Безжалостное. Опасное. Иногда - грязное. Но, бездна нас прибери - необходимое.

- Тогда, за успех нашего дела. И пусть оно прирастает достойными, - улыбнулся Обжора.

- За это - хоть бочку твоей кислятины, - поддержал Маркиз.

- Конечно. Кислятина-то моя...

До отдаленного кабинета не доносились звуки ни из зала, ни с улицы.

- Нам не пора?

- Если опоздаем, мама с генералом Райкером откроют бал.

- Когда уже открывать его будешь ты? С хозяйкой?

- Вот когда будет хозяйка, тогда сразу и начну.

- А вы еще не назначили дату свадьбы? - удивился Шаари.

- А ты уже свечку купил? - беззлобно подколол маршал. - Держать будешь?

- Захочешь - справишься, - отшутился Обжора, - а нет, так и пять подсвечников не помогут. Просто я думал, что дело решено. Прости, Эшери, может я и впрямь зря влез, но в том походе, в Шатерзи, между вами двумя так искрило, что я думал - льды растают.