Бунтарка для властелина (СИ) - Витор Анна

— Им ведь не нужен такой король, как я? — Генри недовольно высвободил руки. — Вот и нечего спасаться в моем доме.

Развернувшись, он невозмутимо направился прочь. Ирен посмотрела вслед, и пальцы зло стиснулись в кулаки.

— Значит, и мне здесь не место, — рыкнула она.

Занятые засовом стражники и не заметили магической атаки. А Ирен безрассудно направила в одного шар света, следом атакуя и второго.

Когда они опомнились, она уже бросилась к дверям. В голове замельтешили мысли, как помочь своим, но внезапно тело прошила резкая боль. Ирен упала на холодный каменный пол, сжимаясь в комок, и с губ сорвался глухой стон.

— Родерик! — зло одернул Генри. — Что ты, твою мать…

Он осекся. Ирен, еще приходящая в себя, чуть нахмурилась от того, что в его голосе проскочило волнение.

— Девчонка посмела Вам перечить, — сказал Родерик холодно, но уважительно. — Ее нужно проучить.

— Этим я займусь сам, — отрезал Генри.

Он направился к Ирен. Его шаги прозвучали отчетливо и гулко, и она поняла, что крики за стенами замка стихли.

— Скорее, нужно уходить!.. — приглушенно донеслись слова знакомого повстанца.

Обрывками послышалось еще несколько голосов, но потом исчезли и они. Ирен представила всех друзей растерзанными, и внутри похолодело.

В холл вбежал маг — один из тех, кто отправился наверх, в башни. Еще на ходу он начал откладывать:

— Они исчезли! Темнодуши просто растворились. Бунтари отступают.

Глава 14

Все то время, пока Генри вел Ирен наверх, он ждал подвоха. Она притихла: прямая спина, взгляд в пустоту, никаких эмоций. Наконец впереди показалась дверь нужных покоев. Войдя внутрь, Генри не выдержал. Закрыв дверь, он недовольно прошелся по комнате.

— И что ты планировала делать, можно узнать?

Ирен отошла к окну. Пальцы тронули бархатную штору, а взгляд устремился вниз. На стенах засуетились стражники, проверяя территорию.

— Сражаться, — ровно ответила Ирен. — Со своими людьми.

— Тебя просто убили бы вместе с ними! — Генри дернул ее за плечо, разворачивая к себе.

Она подчинилась, как послушная марионетка. Покачав головой, Ирен посмотрела с разочарованием в карих глазах.

— Тебе этого точно не понять. Сегодня ты доказал, что мы правы. Никто из наших больше не пошел бы против того, кто спас ему жизнь… а тебе оказалось плевать, — губы дрогнули в слабой болезненной улыбке. — Ну, что? Отправишь меня теперь на казнь за дерзость?

Несколько секунд прошли в поединке взглядов. А потом, резко отвернувшись, Генри вышел из комнаты. Он громко захлопнул за собой дверь. Двое магов подошли ближе, ожидая указаний.

— Когда служанка будет приносить ей еду, смотрите в оба, чтобы не сбежала, — приказал Генри.

После этого он спустился к Родерику и остальным. Они вышли во двор замка, осматриваясь.

Солнце уже поднялось повыше, обагрив небо зарей. Утренние лучи подчеркнули бледность убитых. Стражники и повстанцы, кое-как вооруженные горожане и умелые маги — все раскинулись на земле с ужасом, застывшим в остекленевших глазах.

— Многие сбежали, — отчитался Родерик. — Мы нашли раненного, но он сдох за минуту. Там вся грудь в клочья.

Генри присел на корточки перед одним из убитых повстанцев. Ни крови, ни ран. Похоже, темнодуша убила взглядом.

— Теперь видишь, что темнодуш натравили не повстанцы? — Генри поднял голову.

Он слегка прищурился от солнца. В рассветных лучах Родерик, одетый в черное, показался просто темным силуэтом.

— Да, господин, — в голосе послышалась опаска.

В воздухе зависло невысказанное: «А кто?»

— Возьми несколько своих парней, — встав, Генри отряхнул плащ. — Проедемся по окрестностям, посмотрим, что к чему.

Это затянулось надолго. Солнце подобралось к зениту, а в лесу нашли только тело одного из бунтарей. Видно, он попробовал сбежать, но раны от клыков оказались слишком серьезными. Тяжело вздохнув, Генри развернул коня.

— Возвращаемся. Родерик, поедешь в Нирфор. Разведаешь, не подбирались ли эти твари к городу. Только аккуратно, лишнюю панику не сеять.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

По возвращении в замок выяснилось, что неприятности не закончились. Стоило Генри войти внутрь, как подбежал Эдгар. На нервах он одернул кружевные манжеты рубашки. В акустике пустого холла полушепот прозвучал особенно взволнованно:

— Что так долго? Все уже думали, вас там сожрали.

— Если решил поиграть в няньку, мне не до этого, — Генри устало провел рукой по волосам.

— У нас гости, Генрих, — еще сильнее понизил голос Эдгар. — Урхо Четвертый собственной персоной. Нокта его знает, что ему нужно, но ждет он тебя.

Они вдвоем пошли к лестнице, понимая, что короля Талвии лучше не заставлять ждать. С его-то армией бородатых хмурых дикарей, явно выросших в одной берлоге с северными медведями.

— Но он же не предупреждал, что заявится, — негромко удивился Генри.

Он снял с плаща несколько хвойных колючек, прицепившихся к черной ткани. Хорошо, хоть костюм остался в нормальном виде.

— А вот так вот, — Эдгар развел руками. — Приехал час назад. Хорошо, хоть трупы во дворе уже убрали.

Талвийский король ждал в роскошной гостиной, сидя в кресле у камина. В нем, несмотря на теплый день, горел огонь. Северный правитель слишком привык к живому теплу пламени, и сейчас взгляд из-под кустистых бровей был прикован к пляске оранжевых языков.

Когда Генри и Эдгар вошли, Урхо поднялся с кресла. Он одернул дорожную одежду, плотно сидящую на крупном теле. Темно-серая, она почти слилась по цвету с седеющей окладистой бородой, в которой виднелось несколько тонких косичек.

— Рад приветствовать Вас в Рении, — приветствуя, Генри чуть склонил голову.

Глава 15

— Ох, Генрих, кажется, я не видел Вас уже сотню зим! — Урхо по-свойски стиснул его ладонь в медвежьем рукопожатии. — Вы даже не писали… с того случая, когда на бедняжку Линду напали те головорезы.

— Кажется, я дал понять, что ни при чем, — ледяным тоном произнес Генри.

Он посмотрел спокойно, даже немного оскорбленно, хотя тогда лично договорился с лучшими наемными убийцами. Получив кругленькую сумму, они тотчас отправились в Талвию, чтобы разобраться со скрывающейся там принцессой Линдой — единственной законной наследницей престола. Увы, девчонка оказалась удачливой: уже второе покушение — и ни царапины.

— Да ясное дело. Хотя я тогда чуть не послал войска к ренийской границе, так разозлился! Ишь, как обнаглели, напасть на гостью в моем же замке! — гулко хохотнул Урхо, а потом с улыбкой хлопнул Генри по плечу. — Ну, да ладно, Нокта с этим! Лучше пробуйте вино. Уверен, Вашему другу-вампиру придется по вкусу.

В холодах Талвии виноградники плодоносили скупо. Веря, что землю нужно задобрить, весной там приносили в жертву преступников, чтобы кровь напитала лозы силой.

Эдгар разлил по бокалам почти черное вино, и все расположились у камина. Задумчиво посмотрев в огонь, Генри спросил:

— Как сейчас поживает Линда? Кажется, ей уже должно было исполниться восемнадцать?

— Да, хотя уже боялись, что не доживет, совсем плохая была. Наша погода не для таких хрупких цветочков, — Урхо невесело усмехнулся в усы. — Пришлось отослать ее к лечебным источникам. А жаль. Она и моя Хельми так сдружились.

Генри кивнул с легким деланным сожалением. Он отпил немного вина, а потом задумчиво поиграл бокалом в руке.

После небольшой паузы Урхо продолжил:

— Дети растут так быстро. Хельми совсем невеста стала, все рвется из дома куда-то. Спит и видит, как бы снова побывать в вашем Нирфоре. Из вас, кстати, получилась бы отличная пара.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Он тепло улыбнулся. Генри так и замер с бокалом в руках, а потом попробовал отшутиться:

— Вам просто хочется укрепить отношения королевств.

— А почему бы и нет? Если Талвия и Рения будут заодно, никто и близко не сунется к нашим границам, — пожал плечами Урхо. — Или Вы имеете что-то против моей дочери?