Без меня меня женили (СИ) - Яблочкова Наталья

— Как давно? — до меня, сквозь шум в ушах, дошло, что рядом разговаривают.

Окинула растерянным взглядом окружение и вздрогнула. Служанки смотрели на меня в ужасе, лекари готовы были попадать в обморок, а мой супруг рычал на всех и сверкал зелёным светом нечеловеческих глаз.

— А что случилось? — спросила народ с удивлением.

Картина "Не ждали!" впечатляла. Все присутствующие вылупились на меня с таким похожими выражениями лиц, будто я мумия, которая возвращается, сколько её в окно и дверь ни выпихивай, да ещё и разговаривает. А мой супруг, погипнотизировав горящими светом гляделками, добил меня окончательно:

— Надо было сразу сказать, что вам так дети нужны… Приходите сегодня вечером в мою спальню. Будем выполнять ваше желание. Раз уж это так на вас действует…

Всё. Теперь можно было выносить меня. Прямо на кладбище и закапывать живьём. Я таращилась на мужа, открывала и закрывала рот, не в силах вымолвить ни звука. А этот фрукт развернулся и ушёл. Ошарашенная я, даже остановить его не успела. И? Что теперь делать? Сказать что передумала? Разыграть из себя умирающую лебедь? И почему Найда не могла немного подождать с родами? Сегодня они пришлись бы очень кстати.

Оттолкнула руку лекаря, протягивавшего мне чашку с лекарством. Вскочила с места, только сейчас обнаружив, что вообще-то лежала, а до погружения в прошлое, стояла. То-то все такие перепуганные. Я вот не помню, когда успела сменить место дислокации. Но всё равно не отказалась бы ещё хоть что-нибудь вспомнить. Так хочется знать, кто я, что я. Как здесь очутилась. Как замуж вышла… Но точно не по большой любви. Иначе бы отношение супруга было иным, и сердце бы моё хоть какую-то тень чувств, уверена, запомнило бы.

Тяжко вздохнула, глянула с тоской на Леди, потом на Найду. Чувствовали они себя на зависть прекрасно, по довольным мордахам видно. И Найда больше от моего супруга не прячется под столом. Предпочитает сторожить корзину с щенятами. Грамотных отмазок от супружеского долга в голову не приходило и я печалилась всё сильнее. Даже знакомая синичка, которая появлялась в моей беседке с завидной регулярностью, казалось, смотрела на меня с насмешкой. Так опростоволоситься ещё надо было суметь.

Интересно, а я ещё девственница или как? Очередной скачок мыслей в прошлое, но воспоминаний по этом поводу не обнаружилось. Про кошкину личную жизнь помнила, про свою — нет. И как узнать, что там с этим деликатным вопросом? И надо ли оно мне? Как же много я про себя не помню и не знаю. Любопытно, а супругу пофиг, если у меня кто-то раньше был? И о чём я думаю в преддверии брачной ночи? И как бы её избежать, не потеряв лица? Не, я знаю, что мой супруг тоже не очень рад возможному воссоединения наших тел. Почему, кстати? Я, что? Совсем уж уродина? Вроде, отражение в зеркале было очень даже ничего. И фигурку я уже отъела себе неплохую. Благо грудь обозначилась лучше и бёдра, по сравнению с тем, какой была сразу после того, как очнулась. Или у моего мужа с ориентацией проблема? Или вообще не работает там ничего, а? Импотенция там, на почве несовместимости Света и Тьмы. А что… очень подходящий мне вариант, на данный момент.

До вечера я так ничего и не придумала. Как саботировать собственную брачную ночь? Снотворное не прокатит. Его у меня нет, и муж не простой остолоп с улицы. Связать активизировавшегося супруга нечем. Жаль, что мужнины родственники в гости больше не заглядывают. Внеплановый и неожиданный визит сейчас бы очень пригодился. Остаётся одно — сделать вид, что задыхаюсь в темноте комнат супруга. В беседку не перенесёт процесс, так как сам признавался, что снять плащ в моём райском саду, для него не самое приятное событие. Вот на непереносимости тьмы и сыграем. Вариантов нет. А, может, просто не пойти и сослаться на плохое самочувствие?

Всё оставшееся до вечера время проходила как во сне, нервничая с каждым прошедшим часом сильнее и сильнее. К вечеру меня уже трясло от волнения и на кису с собачкой я смотрела совсем несчастными глазами. Улеглась в кроватку, тоскливый взгляд изображать не пришлось — он сам собой проявлялся. Но несмотря на моё кислое выражение лица, служанка неумолимо вытащила меня из-под одеяла, не реагируя на жалобное лепетание, что мне плохо:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Господин сказал, что вы себя чувствуете неплохо. Велел привести, — заявила она мне.

Сглотнула, услышав это. Если я чувствую, когда моему мужу плохо, может, и он тоже чувствует, когда плохо мне? Ой, если это так… Не поверит, когда начну изображать, что мне нечем дышать в его комнатах. Как же быть? Смелая не так давно, трусила безумно. Но меня безжалостно, в четыре руки вытащили из постели и повели в жилище Повелителя умерших. И только тогда, когда меня втолкнули в тёмную комнату, чуток пришла в себя и первой начала разговор, чувствуя супруга, прячущегося где-то недалеко во тьме.

— Что же вы врали, что Свет и Тьма не совместимы? — задала вопрос язвительным тоном. — Как оказалось, очень даже совместимы, раз есть вероятность рождения детей у нас с вами.

— А что это вы вопросом совместимости задались только сейчас? — спросил холодно и спокойно, подошёл ко мне и положил руки на мои плечи. А с рук перчатки-то сняты, его кожа обжигает мою даже сквозь ткань платья. — Утром вас это не волновало. Почему?

И вот как ответить на этот вопрос и не спалиться?

— Мне тяжело дышать, — попыталась ввернуть заготовленную отмазку.

— Странно, а мне кажется, что вы чувствуете себя вполне терпимо, — ровным тоном разбил её в пух и прах.

А ладони опустил ниже, с плеч, на грудь. Мамочки, что делается! Может, в обморок упасть?

— Как и вы, в моём присутствии, — хоть какой-то отвлекающий манёвр. — Зачем вы мне солгали, что мой свет вас обжигает? — сердито спросила, повысив голос.

— Я не солгал, — голос всё так же звучит спокойно, но очень уж близко от моего уха, дыхание мужчины чувствую кожей. — Ваш свет обжигает. Но я готов потерпеть… ради детей.

— Я н-н-не могу, — выдавила из себя, дышать, действительно, стало трудней.

То ли от того, что мужчина поцеловал меня в шею, то ли от тьмы, заполняющей комнату. Кажется, и притворяться не придётся, голова закружилась и очень захотелось потерять сознание.

— Почему? — задал вполне закономерный вопрос и принялся расстегивать моё платье.

— Я… — и вот как сказать в такой момент, что пошутила? — У меня… критические дни, — благословенная отмазка женщин всех времён и народов вовремя пришла в голову.

— У меня очень острый нюх, — блин, и в кого он такой непробиваемо спокойный?

— И? — подтолкнула его продолжить, дрогнувшим голосом.

— Вы не пахнете кровью, — мне кажется, или кто-то в темноте улыбается?

— У вас на всё есть ответ? — возмутилась не только из-за сказанного, но и из-за произвола, мужчина уже расстегнул часть мелких пуговичек спереди. — Пожалуйста, — не выдержала, наконец, попробовав прикрыться руками — вспомнила, что кое-кто очень хорошо видит в темноте. — Не надо.

— Я только исполняю ваше желание, — непроницаемо и равнодушно констатировал мужчина. — Вы же хотели детей… А сделать их только так можно.

— Хватит, — взмолилась, вцепляясь в его руки, останавливая, не давая дальше расстегивать пуговицы.

— Почему? — снова тот же вопрос и слёзы сами на глаза просятся, от ощущения себя полной дурой.

— Я… не хочу… — всё, что удалось произнести, задыхаясь.

Дальше фраза упорно не хотела выговариваться.

— От прокажённого детей не хотите, — он не задавал вопрос, утверждал. — К чему тогда была эта шутка?

— Я обиделась на то, что вы мне солгали про Свет и Тьму, — правда давалась трудом, но лучше всё сразу сказать, чем продолжать эту пытку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Отомстить решили… Ясно. Надеюсь, вы поняли, что эта шутка не была смешной, — супруг выпустил меня из объятий и отошёл — не ощущался он теперь так близко. — Вы свободны, Госпожа.

— Я не хотела вас обидеть… — слезы сами собой полились из глаз.

Ведь правда не хотела, только очень глупо пошутила из-за того, что рассердилась. А он догадался, кажется. И решил меня наказать… Обидно. Не хочет на самом деле меня. Не нужна я ему как супруга. И детей от меня не хочет тоже… А я хочу? Всё-таки мы — женщины, существа нелогичные. Только недавно умирала от страха, что заставят супружеский долг исполнять, а тут расстраиваюсь из-за того, что супруг и сам не хочет. Или тут что-то другое?