Наречённая. Книга 1 (СИ) - Богатова Властелина

Замелькали факелы, забегали прислужники, и хозяева двора снова встречали свору мужчин в доспехах хоть и гостеприимно, но с мрачными минами. На этот раз то были муж и жена. От моего внимания не ушло, какие совершенно другие были лица у людей — строгие, суровые. Как я поняла из разговоров, эти земли до самого Излома и даже за его пределами принадлежат королю Ирмусу Нолду Фервейку.

Я оказалась в комнате, напоминающей больше лачужку с оконцем, закупоренным наглухо ставнями, освещенную каким-то подобием керосиновой лампы, правда, что именно используют в качестве горючего, по запаху так и не поняла. Здесь стояла застеленная мягко кровать и одно кресло.

Я устало скинула верхнюю одежду. Когда раздевалась, в комнату мне принесли теплой воды для умывания и полотенце. Я отослала прислужницу, отказавшись от помощи — хватило мне уже одной. Распустив волосы, я облегченно выдохнула, дав легкость голове. Слыша, как недра высокого дома громыхают мужскими голосами да мебелью, я сняла все верхние платья и, оставшись в сорочке, умылась, намочив полотенце, осторожно протерла внутреннюю сторону бедер, где щипало нестерпимо. Прохладная вода принесла облегчение. Потом достала из складок одежды сверток, да охнула, порезав палец, и едва не вскрикнула, когда тут же послышались за дверью тяжелые шаги. Оставив тайник, я кинулась к двери, хотя точно помнила, что защелкивала задвижку, но было уже поздно — в комнату вошел Маар.

Его горящий тягучий взгляд упал мне на плечи густой смолой. От него пахло спиртным. Я попятилась. Страж по-хозяйски прошел к креслу, опустился в него, вальяжно вытянув длинные ноги. Комната сразу стала неимоверно тесной. Мое дыхание сбилось, а мысли бешено заметались, когда его узкие хищные крылья носа вздрогнули.

— Подойди, — велел он.

Я не стала испытывать его терпение, приблизилась на подгибающихся ногах. Он взял мою руку, глянул на кровоточащий большой палец и поднес его к губам, горячий, влажный язык прошелся по пальцу, слизал кровь. Я прикрыла ресницы, судорожно втянув в себя воздух. Не то чтобы мне это было неприятно, мне стало страшно, что он поймет, откуда у меня этот порез. Но Маар на том не остановился, сунул палец в рот, чуть втянув в себя. Вся кровь прихлынула к низу живота от этого простого, но слишком интимного жеста.

— Тебе нравится? — прошептал глухо он.

— Нет.

— Лжешь, маленькая ассáру. Я чувствую твое желание.

Он снова втянул мой палец, чуть посасывая, вытолкнул его языком, когда я качнулась. Проклятый демон!

— Иди ко мне, — он притянул меня ближе, поставив на колени рядом, и вопреки моим ожиданиям расправил штаны.

Я дернулась, распознавая его замысел, но он не позволил.

— Прикоснись ко мне, — потребовал он чуть севшим голосом, полным едва сдерживаемого желания.

— Нет.

Он схватил мою руку и положил на свое пах. Твердый, огромный, дико напряженный, горячий член был в тесном плену кожаных штанов.

1_13 Истана

Он качнул тазом, ударяясь набухшим членом о мою ладонь.

— Высвободи.

Я посмотрела на него, испытывая страх, мой мозг не воспринимал его команды. Из- под каймы темных с выгоревшими от солнца кончиками ресниц смотрели ядовито- черные глаза — глаза аспида с узким зрачками. Его брови хмуро сведены, челюсти плотно сжаты. Без доспехов исгар выглядел молодым волком, двадцати восьми лет, не больше, сильный самец с идеально сложенным телом, созданным для войны. Убийца хочет, чтобы я его трогала. Протест обжег изнутри ядом, только выбора у меня не было никакого, я могла в любой миг оказаться мишенью для его ножа.

— Не вынуждай меня наказывать тебя, ассáру, расправь штаны, — спокойно потребовал, но в этом спокойствии таилась угроза. — Ты меня возбуждаешь весь день, и я хочу тебя. Ты такая горячая, такая мягкая, податливая.

Я сглотнула, опуская ресницы на его пояс.

— Ну же.

Я придвинулась и принялась расстегивать кожаный ремень, стараясь думать холодно и рационально. Если бы он хотел меня насиловать, он бы непременно это сделал раньше, я для чего-то нужна ему — это было понятно отчетливо. Так пусть получит свое и проваливает. Наконец я справилась с одеждой. В ореоле темных жестких завитков волос плоть выпросталась наружу, и мне стоило больших усилий, чтобы сохранять спокойствие, хоть к лицу, казалось, вся кровь прильнула. Вид его меня напугал: упругий, твердый, гладкий, с налившейся кровью головкой. Мне и раньше доводилось лицезреть подобное, но размеры его были впечатляющими.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Сожми, — озвучил Маар следующий приказ.

Я сглотнула и подчинилась, обхватив, но пальцы мои так и не сомкнулись. Орган в моей руке вздрогнул, будто живое, отдельное от тела исгара существо.

— Оближи.

— Что?

— Ты слышала, ассáру, оближи, как это сделал я с твоим пальцем. Не доводи меня до крайности, тебе лучше поторопиться, иначе я причиню тебе боль.

Воздух в груди стал таким горячим, что я задыхалась. Под замутненным вожделением взглядом Стража я прикрыла ресницы и, задерживая дыхание, сделала так, как он велел — провела языком по стволу к головке. Мое лицо воспламенилось от жгучего стыда.

— Умница. Твой язычок такой нежный, сладкий. Я хочу еще, оближи и захвати его губами.

«Ну уж нет!»

Я отпрянула, и вдруг в глазах резко потемнело, гортань мгновенно ссохлась и будто слиплась, как жабры выброшенной на берег рыбы. Сжавшись, я хватала ртом воздух, понимая, как разрастается и ширится боль в груди, осыпаясь пеплом.

— Тебе лучше подчиняться мне, ассáру, — равнодушно, видя, как я краснею от нехватки воздуха, проговорил Маар.

Хватка ослабла, и я судорожно глотнула воздух и закашлялась, подавившись.

— Выполняй то, что я тебе велел, иначе я продолжу мучить тебя.

Отдышавшись, я взяла его член в кольцо пальцев, провела языком к самому навершию и обхватила губами сочащуюся смазкой головку, ощущая на языке солено-горький вкус. В этот миг он приподнял бедра, проталкивая член глубже мне в рот. Я среагировала моментально, вытолкнув его изо рта языком, и сжалась в ожидании его кары.

— Хорошо… — лишь протянул он, понижая голос до хрипоты. — Теперь еще раз. Ротик ассáру еще девственен, — мерзкая ухмылка искривила его сухие красивые губы, с которых срывалось горячее дыхание.

Темные пряди волос упали на его лицо, делая черные провалы глаз еще глубже, а на дне их тлел демонический огонь. Теперь я не сомневалась в том, что передо мной сидел, расставив широко ноги, демон во плоти. Свет от лампы выхватывал его ствол, оплетенный венами, с красной крупной головкой. Он взял мою руку, принудив обхватить его плотно, заскользил сначала медленно и размеренно, потом резче, дергая мою руку вверх-вниз, подбрасывая узкие бедра, врываясь кольцо пальцев бурно, неистово и порывисто. Старое кресло ходило ходуном от тяжести тела исгара. Он вцепился подлокотник, напрягаясь до предела, качая бедрами, продолжая скользить членом в моей руке, сминая мою грудь, больно щипая и потирая соски через ткань до тех пор, пока его лицо не исказила гримаса боли. Такую пронзительную муку видеть на лице сильного властного мужчины было мне удивительно, и в тоже время волнение залило всю меня, отяжеляя. Я чувствовала его напряжение, оно отдавалось в его член. И то, как мужчина содрогался под моими касаниями, вызывало во мне неведомые доселе ощущения, они щекотали изнутри и скручивали узлами.

В горле Маара раздался тяжелый надрывный стон, Страж не дал ему выхода, зажав в своей глотке с сухо ходящим под кожей кадыком, сжал с силой зубы. Моего гонителя накрыл ярчайший оргазм, доказательством тому послужило то, как из влажной кроваво-красной головки выплеснулась сперма, обжигая мне руки горячим густым желе, а я в этот миг вошла в какое-то оцепенение, что раскатилось по моим плечам жаром, это не дало мне тут же одернуть руку. По телу Маара пробежала дрожь, он продолжал двигаться по инерции, надсадно и резко, выплескивая до конца семя мне на кисть, а потом застыл, дыша туго и часто. Я не видела его лица

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})