Магическая Академия Роганды.Том 1 (СИ) - Финова Ева

— Получается, что так, — к тому же утвердительно качнула головой Гиндриена.

— А сколько еще таких же, видящих истинную суть, работает на короля? — решила уточнить я.

— Ни одного, даже более тебе скажу, ни одного и на все десять соседних королевств за последние сто лет.

— По-па-дос… — не удержался Вирфольц, и я с ним была полностью солидарна. С учетом одного «но». Какого черта они тут уши развесили?

— Ну, это с какой стороны посмотреть, — решила ободрить всю нашу троицу миссис Склигинс. Ладно меня, но эти-то двое тут при чем?

— Простите, а вы тут какими судьбами? — огрызнулась я на них. Они, поняв свою ошибку, умолкли, но уходить не стали.

Наш разговор прервал протяжный звонок, возвестив окончание занятия. Забрав свой рюкзак из рук Устгена, я, не прощаясь ни с кем, молча вышла из лектория, дверь открылась сама и опять не скрипнула. Удивительно. Но еще более удивительно то, что мне нужно многое переварить. Кстати, о еде. Пойду-ка я в столовую. Так и поступила. Но не прошла я и десяти шагов, как меня нагнали все те же блондинисто-серьгастые личности в количестве двух штук.

— Ты это круто с дверью сделала, — сказал Устген, восхищенно на меня уставившись.

— Научишь? — вторил ему Вирфольц, нахально разместив свою ладонь на моем плече.

Но ответить я не успела, и очень жаль, ведь очередная острота уже была готова сорваться с кончика моего языка, когда меня окликнули. Появившийся архимаг быстрыми движениями снял с меня кисть брюнета-однокашника и уверенно отодвинул его на расстояние вытянутой руки.

— Я понимаю, северяне — народ смелый. Но я просил вас приглядывать за Дорвиндаль, а не приставать к ней. — Грозно взглянув на парней, ректор добавил: — Уяснили?

Под таким тяжелым взглядом любой бы, наверное, пал ниц и начал умолять о пощаде. Поэтому послала парням сочувственный взгляд, развернулась и собралась уходить. Но не тут-то было. Меня остановили, в очередной раз взяв под локоть. А-а-а, завтрак мой, завтрак…

Глава 6. Асия Дорвиндаль

Академия Роганды. Замок Водолея

— Студиоза Дорвиндаль, — удерживая мою руку, Глениус попытался смягчить выражение своего лица, но вышло все равно сурово, — у вас гости. Идемте.

— Э-э-э, великий архимаг, благословеннейший ректор Магической академии Роганды, — начала я издалека, но меня перебили. Собственно, он же и прервал, скомандовав:

— Короче.

— Ну, тогда я пошла завтракать, а гости подождут. — Под тяжелым взглядом мага невольно начала сомневаться в своем голоде. Но, вспомнив вечер и то насмешливое выражение его лица, поняла, что грозная личина — это так… для студиозов, ради дисциплины.

Как назло, Глениус решил составить мне компанию:

— Хорошая идея, пойдемте.

За нами хвостиком робко потопали два моих новоиспеченных телохранителя. Вот зачем за мной нужно присматривать? Непонятно. Хотя, если вспомнить недавний разговор с миссис Склигинс, прибавить сюда вечернюю выходку с покосившейся дверью, то все становится более-менее понятным. Пришла к выводу, что охраняют не меня, а от меня.

Пока размышляла, зашла в столовую. Наша новоиспеченная компашка во главе с ужасным черным жнецом Сегдивалем разошлась между столами со съестным. Выбрав себе блюда на поднос, я села за пустой стол вдали ото всех и начала есть, но чуть не поперхнулась. С невозмутимым видом напротив разместился ректор в преобразованном из стула кресле. В столовой стало тихо.

— Чего вы добиваетесь? — тихо прошипела я, но как пить дать меня услышало полстоловой, потому как все повернулись в мою сторону.

— Ничего, просто сажусь есть, — невозмутимо ответил архимаг, на этот раз без устрашающих гримас.

— Приятного аппетита, — промямлил Вирфольц, и они с Устгеном сели через стул от меня. Видимо, намек Сегдиваля поняли. Не знаю, радоваться мне или плакать от этого. Для первого не было повода, а для второго — место неподходящее, но очень уж охота. Поэтому включила агрессию на максимум, чтобы перебить это жуткое чувство жалости к себе.

— Так. Я, короче, поняла. — Положив со звоном вилку на стол, поднялась со стула и для собственной храбрости уперла руки в боки. — Хотите провести расследование? Ваше право, проводите! Но меня в это не вмешивайте! Запретили всем со мной общаться… зачем? Вон вся публика, как немые рыбки, смотрят, сказать хотят, а молчат. Я так не могу больше!

— Студиоза Дорвиндаль, мы в столовой… — с нажимом заметил ректор, играя в мистера невозмутимость.

— Спасибо, я заметила, — чуть менее громко отмахнулась, после продолжив: — И все же, если уж мне придется тут задержаться, то я хочу чувствовать себя полноценной студиозой. А не изгоем или экспонатом, который поставили под стекло, любуются и не трогают.

— Думайте о том, чего вы просите, — тихо и с затаенным гневом произнес Сегдиваль, — тем более прилюдно. Всему есть предел.

— Я хочу компенсации за свои страдания, — продолжала гнуть свою линию.

— Например? — неожиданно спросил он.

Думала — откажет. А тут…

— Комнату марафета, — не задумываясь, выпалила я, внутренне заныв. Боже! Лучше названия не придумала?! Стремно, блин!

— Простите, что? — Личность напротив меня не поняла, поэтому пришлось пояснить более доходчиво:

— Ну это где красоту наводят, прически делают, губы красят.

— Зачем? У вас и так с этим все в порядке, — недоуменно заметил Глениус, перестав гневно сверкать очами.

— Замечательная идея, студиоза Лея, — воскликнула миссис Склигинс, подходя к нашему столу с подносом. И, повернув голову к ректору, затараторила: — Я вам еще не успела доложить об успехах Дорвиндаль? Способная ученица, кстати. Готова за нее поручиться и попросить к себе в ассистентки.

На этих словах она мне подмигнула, а я мысленно поставила себе неуд. Во вляпалась!

— Что-то я уже совсем ничего не понимаю, — заметил тот, который Глениус Сегдиваль.

— Я, кстати, тоже. — Но на мое замечание никто даже и внимания не обратил. Преподавательница ТИЗ говорила не переставая:

— Понимаете, у меня, как у хорошей травницы, есть большой опыт и огромный запас реагентов, сроки хранения которых к тому же не вечны. А если мы со студиозой Дорвиндаль возьмемся за дело… — На этих словах она опять демонстративно моргнула несколько раз, глядя на меня. А я начала догадываться, к чему она клонит, невольно улыбнувшись. Эта смелая тетка тем временем продолжила приседать архимагу на уши: — То мы сможем и наших студиозов украсить, и потратить реагенты с пользой!

— То есть вы планируете ставить опыты на людях? — Великий и ужасный черный жнец превратно понял ставшую нашей идею, отчего нахмурился.

— Нет! — вмешалась я. — Все совсем не так, Глениус!

После моих слов за столом наступила гробовая тишина. Даже Вирфольц и Устген, молча поглощавшие еду до этого, перестали работать вилками. Миссис Склигинс открывала и закрыла рот. И не только она. Кажется, удивились моему фамильярному обращению ко всея академии Роганды, ректору то есть. Тот, который Глениус, и вовсе странно сверкал очами, поджав губы.

— Ох уж этот этикет, — посетовала я, слегка стукнув себя рукой по лбу. — Куда нам, деревенским, до этого!

Открыла глаза после показательного акта самобичевания, оглянулась: вроде прокатило. Мои сотрапезники дружно позакрывали рты, поэтому осмелела и продолжила свою мысль:

— Миссис Гиндриена Склигинс, скорее всего, имела в виду всякие травяные маски для чистоты и гладкости кожи, витаминные масла для послушности волос и тому подобные вещи.

— Если это так, то зачем вам целое помещение для этого? Разве ваших собственных комнат для этого недостаточно? — заметил архимаг, все еще играя в тугодума.

— Как зачем? Проводить процедуры и тут же закреплять результат: накладывать макияж, заплетать волосы. Эх, романтика… — мечтательно заметила травница. Опомнившись, строгим голосом изрекла неожиданную мудрость: — Собственные комнаты — это личное пространство каждого. Для внеклассных занятий они абсолютно не подходят!