Иные города (СИ) - Линдт Нина

Противник издал какое-то мерзкое то ли хихиканье, то ли скрип, но тут на них налетел кто-то третий, Настя ударилась головой о стену, ее захватчик ослабил хватку, она вывернулась из-под него и откатилась в сторону. Скрежет, визг и рычание были теперь совсем рядом с ней, девушка пыталась нащупать в темноте оружие, послышался хруст, мерзкий, словно ломались кости, и тут ее пальцы попали в горячую жижу на полу, она отодвигалась дальше, голова звенела от удара, Внезапно все стихло, и в темноте и звенящей тишине она увидела два горящих кошачьих глаза, смотревших на нее. Огромных глаза. Они никак не могли принадлежать коту. Настя отодвигалась, не сводя глаз с этих двух зеленых плошек, плывущих в темноте навстречу ей. Было жутко тихо, она даже скорее услышала, чем почувствовала, как волосы встают на голове дыбом.

— Настя! — кто-то дотронулся до нее, но она закричала, отпихивая от себя чьи-то руки, от крика в голове взорвалась яркая боль. Борясь с тошнотой, она из последних сил приподнялась на колени, проползла по стене, нащупала выключатель и щелкнула им. Зажегся неяркий тусклый свет люстры наверху.

— Настя! — кто-то настойчиво пытался развернуть ее к себе. Она же увидела свою испачканную кровью руку на выключателе и красный след пальцев на зеленых обоях. Тошнота стала всеобъемлющей и настойчивой, но Настя смогла развернуться. Диего сидел перед ней на корточках и слегка тряс за плечо.

— Ты в порядке? — его зеленые глаза смотрели на нее с беспокойством.

Она бросила взгляд на то место, где сражалась с невидимым противником, и ей померещилось, что она видит, как тьма отступает, словно маленькие черные щупальца залезают обратно под мебель. На полу растеклась лужа крови, а рядом Настя увидела красный отпечаток своей ладони и шпагу. Снова встретившись глазами с Диего, она внезапно вспомнила зеленые глазища в темноте и поняла, что с нее хватит.

— Не трогай меня! — она сбросила с себя его руку, отползла чуть дальше. Нужно было успокоить этот безумный взрыв в голове, болезненно отдающийся в черепе при каждом движении. И потом встать.

— Настя, послушай меня, — Диего встал и протянул ей руку. Но она встала самостоятельно.

— Что это было? Что это за хрень была? И что случилось с… — она посмотрела на старика, сидевшего за столом. Он смотрел на нее, не мигая, застыв навсегда. В его туловище зияла глубокая дыра, пугающе пустая, словно его выпотрошили, словно куклу. Настю вырвало бы, но головная боль, звеневшая не переставая, была сильнее.

— Настя, ты должна меня выслушать.

— Ты его убил, да?

— Нет, клянусь тебе, нет. Думаю, тебе пора кое-что узнать, но сначала я принесу тебе лед. У тебя кровь в волосах.

Он вышел из комнаты. Настя схватила шпагу и, шатаясь, пошла к выходу. Плевать на все, она должна выйти на воздух, иначе сойдет с ума. Что-то бросилось ей под ноги в темной лавке и зашипело. Девушка нервно вскрикнула, но это был всего лишь кот. Пальцы плохо слушались, когда она пыталась открыть задвижку. Диего уже вернулся в комнату, увидел что ее нет.

— Настя!

Быстрее, быстрее! Она распахнула дверь, звякнул колокольчик, и девушка чуть не разрыдалась от этого мирного звука, выскочила на холодный воздух, вдохнула глубоко, пытаясь утихомирить тошноту. Диего выбежал вслед за ней.

— Не подходи ко мне, — она выставила вперед оружие.

— Настя, послушай, нам нужно спокойно поговорить, — он показывал, что безоружен, но она боялась его до ужаса.

— Оставь меня в покое! — шпага прыгала у нее в руке от нервной тряски, Настя понимала, что бессильна перед ним.

Она отступала из переулка, молясь, чтобы найти дорогу до какого-нибудь людного места. Услышав голоса, она бросилась бежать им навстречу.

— Помогите! — и остановилась, увидев, кто вышел из-за угла.

В высокой девушке в корсете и причудливом платье, странной шляпе с брошкой из часовых шестеренок и красивыми историческими пистолетами на поясе она узнала Итсаску. Рядом с ней шел Серж, он был одет просто, но на руках и ногах у него были намотаны кожаные чехлы с многочисленными ножами. Позади шел Цезарь в своем коричневом пальто. Настя оглянулась: в переулке ее ждал Диего.

Серж вдруг подбежал к ней, крепко обнял, воспользовавшись ее замешательством.

— Послушай меня, — тихо сказал он ей, — ты в безопасности, клянусь. Всем чем хочешь клянусь, доверься нам.

— Меня сейчас стошнит.

Серж поддержал ее и придержал косу, пока ее выворачивало на тротуар. Диего передал ему лед, стараясь не приближаться к Насте.

— Как тебя приложили, — Серж бережно приложил лед к ране. Силы покинули Настю, по рукам и ногам пошла дрожь, и она расплакалась.

— У нее шок, — Цезарь похлопал ее по руке, посмотрел зрачки. — Серж, Итсаску, везите ее к Лике, мы с Диего уладим здесь дела и приедем. Если станет хуже, вызывайте врача. Все, убирайтесь.

Машина стояла неподалеку. Настю положили на заднее сидение. Серж был за рулем. Они доехали как-то необыкновенно быстро, Серж поднял ее по лестнице в агентство, положил на диван. Лика поменяла ей лед, промыла рану, дала успокоительного, накрыла одеялами.

— Что это было, Лика? — дрожала Настя. — Что это было такое?

Лика легла рядом, лицом к ней. Заплаканной Насте казалось, что лицо девушки светится, хотя это от слез расплывался контур ее лица и волос. Лика положила ей руку на голову, головная боль стала стихать, Настя проваливалась в мягкий и уютный сон без сновидений.

— Спи, Настя, спи. Я буду рядом. Ничего не бойся. Мы с тобой.

И странно, ей она верила. Боль ушла.

Проснулась она рывком, словно кто-то вытащил ее за шкирку из теплого и уютного забвения.

Ребята сидели напротив нее, словно ждали, когда она проснется.

Из дневника Насти: «Я села, растерянно рассматривая каждого из них. Лика сидела ближе всех, как только я поднялась, она перепорхнула ко мне на диван, села совсем близко, так что наши плечи соприкасались.

— Как ты? — ее синие васильковые глаза обеспокоенно всматривались в мое лицо. — Голова болит?

Голова не болела, только саднило кожу на голове. Я провела рукой по этому месту и почувствовала корочку на ране.

— Она заживет, — успокоила меня Лика. — Хочешь чего-нибудь? Воды? Чаю?

Судя по лицам остальных, разговор предстоял долгий. Дневной свет за окном ясно говорил о том, что спала я долго.

— Воды, пожалуйста.

Лика вернулась так быстро, что казалось, стакан с водой был припасен заранее. Я жадно выпила его. Стало получше. Мысли обретали ясность, а вместе с ними и воспоминания о вчерашнем вечере.

Серж сидел рядом с Итсаску, одетой в длинную юбку, викторианскую блузку с брошью на шее, черный строгий корсет. Сам парень был в джинсах и майке, серые глаза за очками сочувственно на меня смотрели.

— Вид у тебя неважный, — честно сказал он.

Не знаю, почему, но я улыбнулась.

Итсаску тихо сказала:

— Надеюсь, обойдется без вчерашнего шоу.

Диего стоял у окна в глубине комнаты. Он был, как всегда, одет безупречно: отглаженные серые брюки, белая рубашка и бордовый свитер. Все такое безумно дорогое и стильное на вид. Цезарь сидел рядом с Итсаску, и он заговорил первым в наступившей тишине.

— Анастасия, когда я тебя взял на работу, я не захотел вываливать на тебя сразу все подробности этого агентства, потому что надеялся подготовить к ним постепенно. К сожалению, обстоятельства складываются так, что ты не можешь больше пребывать в состоянии новичка. Тебе придется за короткие сроки усвоить много новой информации. В том числе, информацию о коллегах. Прежде всего, Диего не нападал на тебя и не убивал владельца лавки. Иначе его бы с нами не было. Мы не убиваем, не грабим, не совершаем преступлений. Вчера ты была напугана случившимся, но сегодня ты понимаешь, что ты с нами в безопасности?

Я прислушалась к себе. Несмотря на вчерашнее, Цезарю я доверяла: он много времени уделял моему обучению истории и культуре, был очень хорошим преподавателем и казался надежным человеком. Я кивнула.