Тэмми Блэквелл - Связанные судьбой (ЛП)

Час спустя мы просмотрели все книги, которые нашел Алекс, и несколько статей в интернете. От всей новой информации у меня болела голова.

— Боже, как скучно.

У меня уже глаза слезились от компьютера.

— Я не понимаю, почему это проблема. Зачем позволять какому-то государству решать, какие медицинские услуги ему нужны?

— Думаешь, это лучше оставить страховым компаниям?

— Нет, я думаю, это должны решать доктор и пациент.

— Можно подумать, это так работает. — Судя по его виду, Алекс собрался толкнуть речь, поэтому я сразу начала рыться в сумке.

— Погоди секунду. — Я нашла то, что искала и положила на стол. — Ладно, продолжай.

Алекс с недоумением смотрел на прибор.

— Что это?

— Диктофон.

Это было очевидно.

— Зачем он тебе?

— Мама купила мне его, когда я начала заниматься школьной газетой. Она говорит, что всем журналистам нужен диктофон.

— А сейчас он нам нужен, потому что...?

— Потому что, если мы сейчас будем спорить, я позже все напечатаю, и завтра ты превратишь это в шедевральную статью. Сойдет план?

Алекс ответил, сразу нажав кнопку записи, и начал усиленно обсуждать медицинскую систему. Мы успели обсудить многое, прежде чем нас прервал рев моей младшей сестры.

Я нажала на паузу и потянулась к ней.

— Что такое, Энджел, ты поранилась?

Энджел обхватила меня руками и начала хныкать. Я посадила ее на колени и обняла. Она, конечно, вредная, но она все-таки моя маленькая сестренка, и вид ее заплаканного лица причинял мне чуть ли не физическую боль.

— Эмма сказала, что я маленькая. — Она начала рыдать у меня на плече. — Она больше не хочет со мной играть.

Никогда мне эта Эмма не нравилась.

— Кто-то подумал, что ты маленькая? — Алекс наклонился вперед к Энджел — Сколько тебе, восемь или девять?

Энджел посмотрела на него сквозь ширму моих волос.

— Мне шесть с половиной.

Алекс продемонстрировал актерский талант. По крайней мере, он выглядел по-настоящему удивленным.

— Шесть с половиной?! Надо же, мне ты показалась гораздо старше.

Энджел встала, убирая прилипшие волосы с лица.

— Я очень зрелая для своего возраста.

Я прикусила губу, чтобы не засмеяться. Алекс даже не моргнул.

— Это правда. Зачем тебе играть с всякими детьми. Ты должна проводить время здесь, с нами.

Энджел вытаращила глаза на меня. Обычно она не оставалась с взрослыми ребятами, только если Талли была в особо щедром настроении. Я никогда не видела у нее взгляда, настолько полного надежды.

— Да, нам нужна твоя помощь, — сказала я, вытирая последние слезы. — Сможешь подержать диктофон, пока мы с Алексом спорим?

Энджел кивнула, прежде чем оглянуться на Алекса:

— Ты знаешь, Скаут очень хорошо спорит. Она всегда выигрывает у меня и Джэйса.

— А есть что-нибудь, чего твоя сестра не умеет делать? — Я удивилась, что Энджел задумалась над этим вопросом.

— Когда она поет, ее голос звучит как у кошки, которую тянут за хвост. А когда она готовит, всегда срабатывает пожарная сигнализация, — наконец выпалила она.

Алекс пытался выглядеть серьезно, но ямочки на щеках его выдали.

— Ну, значит, мне не стоит просить ее выступить с концертом или приготовить обед.

К тому времени как мы закончили, Алекс полностью очаровал мою сестренку. Она была беззащитна перед его обаянием и заразительным смехом. К своему ужасу, я начала осознавать, что тоже не настолько невосприимчива, как надеялась.

ГЛАВА 5

— У меня новый друг! — объявила Энджел за обедом. Я усиленно пыталась вынуть перец из соуса к спагетти, так что не очень внимательно слушала разговор. — Он очень милый и хороший и смешной.

Папа потянулся, чтобы убрать макаронину с лица Энджел.

— Он в твоем классе?

— Нет. Это друг Скаут. Он попросил меня помочь им делать домашнее задание, потому что я такая взрослая.

Черт. У меня пока что не было возможности рассказать Джэйсу о статье. Под этим я имею в виду, что надеялась, что он никогда об этом не узнает. Мне нужно было отвлечь Бурундука, пока она не разболтала всего.

— Эй, Энджел, передай мне сыр!

Само собой, как и любая хорошая сестра, она никогда не делала того, о чем я просила.

— А Алекс завтра придет в библиотеку?

В комнате раздался звон, когда Джэйс уронил вилку на стол.

— Ты была в библиотеке с Алексом Коулом?

— Да ничего страшного не произошло...

— Не отмазывайся! Я предупреждал тебя, держись от него подальше!

— Джэйс Стюарт Донован! — сказал отец таким тоном, какой может быть только у преподавателя. Обычно, услышав свои полные имена, мы втроем прятались под ближайший предмет мебели. Джэйс даже не шелохнулся.

— Я просил тебя об одном! Об одном, Скаут. Тебе совсем жизнь не дорога?

— Солнышко... — начала мама, но отец прервал ее:

— Не кричи на свою сестру!

Джэйс стал говорить тише, но не менее эмоционально:

— Он не тот, за кого ты его принимаешь.

— Это было школьное задание, — сказала я таким тоном, чтобы Джэйс осознал каждое слово.

— Да, конечно.

Я так крепко вцепилась в вилку, что края впились мне в кожу.

— Если Лиам так себя повел, это не значит...

— Лиам?!! — Лицо Джэйса стало ярко-пурпурным. — Ты уже и с этим на «ты» перешла?!

Отец ударил рукой по столу так, что вода выплеснулась из моего стакана.

— Хватит! Я немедленно хочу знать, что происходит!

— Не твое дело! — сорвался Джэйс.

Все за столом замерли. На секунду мне показалось, что я не дышу.

— Что ты сейчас сказал?

Джэйс промолчал. Он просто стоял там, пытаясь взорвать мне голову одним взглядом. У него это почти получилось.

— Думаю, тебе нужно пойти в свою комнату и остыть, сын.

Джэйс встал и задвинул свой стул.

— Я пойду, — сказал он, выходя из комнаты. — Но я не твой сын.

Я буквально открыла рот от удивления. Джэйс часто ругался с отцом, но никогда не говорил таких жестоких слов. Нет, мой папа не был Джэйсу родным, но с тех пор как Джэйсон Хэйган погиб на охоте еще до рождения своего сына, у Джэйса не было другого отца.

— Прости, я не хотела... — Энджел говорила тихо и робко. У меня второй раз за день сжалось сердце от печального вида сестры.

— Ты не сделала ничего плохого.

— А ты?

А что я? Я знала, что Лиам опасен, и, само собой, собиралась держаться от него как можно дальше. Но Алекс-то в чем виноват?

— Никто не сделал ничего плохого.