Проблемы с проклятым (ЛП) - Харрисон Ким

Ходин в «Пискари»? Но, учитывая, что Финнису нужно какое-то безопасное место на день, это был логичный выбор за пределами конспиративной квартиры ОВ.

— Мне бы очень пригодились амулеты из моей сумки, — прошептала я, и приоткрыла губы, когда поняла, что кожаных штанов, которые так здорово обтягивали мои ягодицы, больше нет. Ал одел меня в ту же зелено-черную шелковыую мантию и шлепанцы на шнуровке, которыми я пыталась произвести впечатление на своих студентов. «Я должна научиться это делать», подумала я, затягивая пояс, и крошечные колокольчики зазвенели тихим красивым перезвоном. Это защитит меня от чар Ходина лучше, чем кожа. «Хорошо. Я все сделала правильно», подумала я, приподнимая подол, чтобы увидеть узор крест-накрест на леггинсах.

Но от удивления у меня перехватило дыхание, когда я собралась поблагодарить Ала. Он тоже изменился, его викторианский наряд сменился кроваво-красным одеянием в тон, в котором я видела его, когда он выгонял Ходина из моей церкви. Но, в отличие от моей безупречно чистой мантии, его явно была ношеной, чистой, но по краям казалась изодранной в черные лохмотья. К его ботинкам были те же шнурованные гетры, но, опять же, они были в пятнах и изношены от использования. Пояс был не более чем изношенной веревкой.

— В это ты хочешь быть одет? — спросила я вместо «спасибо», и он нахмурился.

— Это очень эффективно, — сухо произнес он. — Даже в нынешнем виде.

Прямо впереди, в тусклом свете, виднелась лестница, ведущая в просторное помещение на верхнем этаже, где раньше было все: от открытой квартиры до бильярдной, от приватного ужина до дискотеки, где живые вампиры танцевали, пытаясь забыть о том, какой несчастной была их жизнь. Но Ал смотрел не туда, и я проследила за его прищуренным взглядом, направленным на вращающиеся двойные двери, ведущие на кухню.

— Он здесь, — сказал Ал, даже не пытаясь понизить голос. — Ходин? Выходи, ты, маленькое драконье дерьмо. Моя ученица хочет посадить тебя в бутылку.

— Ал! — прошипела я, а затем вздрогнула, втягивая в себя лей-линию, когда двери на кухню распахнулись. Это был Ходин. Стиснув зубы, я швырнула в него сгусток несфокусированной энергии.

Ходин с тихим ругательством выбросил вперед руку, посылая силу, чтобы перехватить мою поспешно брошенную энергию и отбросить ее в угол, где обе энергии закружились и превратились в ничто.

— Стой! — крикнул Ходин, и мое следующее заклинание замерло на губах, когда я увидела Стеф в его объятиях, с широко раскрытыми испуганными глазами. Ходин держал ее за шею и вытащил ее вперед, используя как живой щит.

— Стеф, — прошептала я, и сомнения почти захлестнули меня. Если бы это был Финнис… Что ж, это был не Финнис, и моя светящаяся рука опустилась.

— Затолкать меня в бутылку? — Внимание Ходина переключилось на Ала, и он крепче сжал Стеф, которая продолжала сопротивляться. С распущенными длинными волосами и в тяжелых кожаных штанах он выглядел как полуголодный байкер. — Вряд ли, — добавил Ходин, когда кухонная дверь за ними захлопнулась. — Но, тем не менее, я рад тебя видеть. — Он заколебался. — Во всем великолепии. Какой у тебя пароль для входа в Коллектив?

Сжав губы, Ал жестом предложил мне заняться этим, и я вздохнула, потягивая линию еще сильнее, пока у меня не заболел живот, и волосы не встали дыбом. Мои мысли вернулись к Айви, Дженксу, Тренту и Пайку. Я должна была заставить его прыгнуть с парашютом, иначе я никогда его не поймаю.

— Где Финнис?

— Внизу. — Ходин притянул Стефа к себе, и я напряглась. — Там, где место мертвым.

— Ты допустил ошибку, — сказала я. — Ты все еще можешь отказаться от этого. — Но он не стал слушать. Никто из них никогда не слушал.

— Рейчел, конча-а-ай монолог и в бутылку мерзавца, — беспечно сказал Ал. — Это твой день рождения, и кто-то сказал, что будет мороженое.

Все еще держа Стеф перед собой, Ходин осторожно двинулся вглубь помещения.

— Моей единственной ошибкой было то, что я оставил тебя в живых, — сказал он. — Как ты выжила? Больше никто не выжил. Это был твой эльф?

Я вздернула подбородок. Я никогда не думала, что отсутствие Биса спасет мне жизнь, но именно это и случилось.

— Может, я лучше тебя, — сказала я, и у Ходина дернулись губы.

— Сомневаюсь. — Ходин отпустил Стеф на достаточное время, чтобы заставить ее с визгом подчиниться. — Мне нужен твой пароль. Дай его мне, и я отпущу ее.

Стеф напряглась, и у меня защемило сердце, когда ее глаза расширились от надежды.

— Какой он? — закричал Ходин, Стеф вскрикнула, когда аура Ходина внезапно накрыла ее, обжигая заклинанием, которое она несла.

— Эй! — закричала я, колокольчики на поясе зазвенели, и светящаяся дымка исчезла. Стеф обмякла в его объятиях, ее дыхание стало прерывистым.

Самодовольно Ходин взглянул на Ала, неподвижно стоявшего у меня за спиной.

— Ну и что? — подсказал он, и Стеф посмотрела мне в глаза. Они были влажными от слез, но я видела, что стержень ее силы был непоколебим… пока что.

— Рейчел? — осторожно спросил Ал, видя мою нерешительность.

Я не собиралась давать Ходину доступ, но у него была Стеф, и я начала нервничать. Все было бы проще, если бы у меня была моя сумка.

— Призывающее имя. — Голос Ходина звучал мягко, но его унизанные кольцами пальцы, сжимавшие руку Стеф, были такими сильными, что в них не осталось ни кровинки. — Или она умрет, и я начну искать кого-то другого, — сказал он, и у меня по спине пробежал холодок. — Все очень просто.

Мои губы приоткрылись, пульс участился. Стеф была в агонии, но я знала, что она не станет умолять о свободе, убежденная, что за одно неверное решение ей придется заплатить жизнью.

— Тебе лучше уйти, — сказала я, натягивая линию, пока волосы не взъерошились и не начали развеваться. — Ты потерпел неудачу. Ты уже потерял Цинциннати. Ты просто еще этого не знаешь.

— Заставь его перейти в другую линию, Рейчел… — прошептал Ал, и я отодвинула стол, чтобы освободить себе место для работы. — Не сообщай ему свой пароль, — сказал он громче. — Ему нельзя давать доступ, чего бы это ни стоило.

— Тогда забери у него Стеф, — сказала я. Собрав в ладонь все, что у меня было, я бросила это в Ходина.

Усмехнувшись, Ходин выбросил руку вперед. Наши энергии встретились во вспышке быстро погасших искр. Стеф подавила испуганный вскрик. Я была там. Я понимала ее страх. И когда я увидела самодовольное выражение лица Ходин и почувствовала, как Ал смирился с неизбежной смертью от руки Ходина, что-то во мне оборвалось. Я собиралась заманить его в ловушку и сделать это с помощью проклятой Богиней лей-линии. И для этого мне требовалось чертовски много копоти, чтобы оградить себя.

У Ходина был код доступа. У меня был пароль, который заставил бы код сработать. Передать ему его, и у него будут все козыри, а у меня — ни одного. Но хранилище было единственным местом, где можно было быстро раздобыть достаточно информации, чтобы принести мне хоть какую-то пользу.

Мне не нужны были проклятия в хранилище. Мне нужна была только копоть. Я сообщу ему свой пароль. Ходин попытается убить меня. И мы с Алом используем самые темные заклинания, какие только были в хранилище, но не для того, чтобы захватить Ходина, а чтобы накопить огромный слой копоти, который нам понадобится, чтобы выжить, оставаясь в лей-линии.

— Пароль! — крикнул Ходин, и я дернулась, подняв голову, а из моих рук потекла необузданная сила.

«Прости меня, Трент. Хотел бы я быть в этом лучше».

— Ты хочешь занять мое место субросы? — сказала я с холодным от гнева лицом. — Мой пароль? Мое место в коллективе? Мою жизнь! — закричала я. — Хорошо. — Я твердо встала своими ботинками на шнуровке на старый черный пол, пока Ал откашлялся, не понимая, что я делаю. — Не думаю, что ты сможешь справиться с моей жизнью. Отпусти ее, и я отдам ее тебе, промокашка.

— Что ты делаешь? — закричал Ал, и губы Ходина растянулись в уродливой ухмылке, когда он подумал, что победил.

— Возьми ее, — сказал он, и Стеф вскрикнула от страха, когда он толкнул ее ко мне.