Элинор Одна Из Трёх - Мечта всей жизни!

Допрыгав до места событий, я узрела подругу, восседающую на живом трофее. С самым триумфальным выражением лица.

«Тащим, Мор, давай! Время не терпит!»

Подруга тут же подорвалась и за ноги поволокла врагиню к потайному ходу. Я сначала было попыталась помочь, перехватив несчастную жертву Морриных кулаков под плечи, но быстро поняла, что мелкой помощь не требуется — конечно, какая уж тут помощь, я едва успевала передвигать ногами чтобы хоть как-то не отстать от подруги и ее жертвы.

Наконец я впрыгнула в потайной лаз, заклинив его дверь за своей спиной, и побежала за исчезающей вдали мелкой — ну и скорость у нее в экстремальных ситуациях!

Мы собрались в комнате, где на кровати тяжело дышал так и не пришедший в сознание Нил. Привязанная к стулу пленница зыркала на нас злобно и настороженно. То и дело взгляд ее обращался к бессознательному темному.

— Ну что, милочка? Будем говорить? — я скрестила руки на груди и уперлась в противницу взглядом.

Дамочке на вид было немного за сорок. Явно выкрашенные местным аналогом пергидроля волосы едва достигали длиной плеч, болотно-зеленые глаза зло щурились. Одежда, когда-то наверняка изысканного кроя, хоть и мужского силуэта, после нашей с Миркой деятельности по похищению данной особы пребывала в жутком беспорядке, местами была порвана и пестрела пятнами от травы.

— Что, захотелось на старости лет поразвлечься, заиметь себе молодого любовника? Не стыдно?

— Кто вы такие? Что себе позволяете? Высшие силы, вас всех казнят самой страшной казнью за то, что посмели поднять руку на сестру высокопоставленного дворянина!

— Ой! Так страшно. Мы уже разом побледнели. Видно? — я с интересом всмотрелась в лицо новообретенной соперницы.

— Развяжи меня, глупая девица, пока не стало слишком поздно!

— Тем, она нас запугивает, — я обменялась взглядами с магичкой и негромко рассмеялась. — Тебе, родная, в пору просить — даже молить о пощаде, а не угрожать. Совсем на старости лет мозги отшибло? Зачем ты Нила похитила? Неужели охочие до дармовых деньжат мужики перевелись? Бедная, тяжело наверное приходится — покупать внимание кавалера это совсем уж грустно.

— Что вы понимаете! — Пленница неожиданно остро глянула на меня. Голос ее был немного хриплым и довольно низким. — Что вы все понимаете? Я люблю его, слышите?! — она дернулась всем телом, стул угрожающе заскрипел, намекая, что долго с собой подобного обращения не выдержит.

— Куда уж нам понять капризы зажравшихся аристократок, — я передернула плечами.

— Он — не каприз, — взгляд пленницы неожиданно стал задумчивым. Она говорила, говорила и будто не могла остановиться — видимо скопившееся на душе требовало выхода. — Мы встретились пять вескон назад, в столице. Он был такой… Я влюбилась как девчонка. Просто потеряла голову. Не находила себе места, чувство терзало, требовало выхода. Я и раньше встречала темных эльфов, но этот был какой-то особенный. Я все время искала встреч с ним. Буквально через октаду он уехал. Я будто с ума сошла — заваливала Нила письмами. Он отвечал редко, тон посланий был холоден и официален. Наконец вескон назад, встретив его там же, в стольном граде, я не выдержала и во всем ему призналась. Рассказала о своих чувствах, кои за столько вескон не угасли, а стали сильнее, — на лице ее отразились воспоминания о былой боли.

Пленница тяжело вздохнула, дернув подбородком.

— Он явно не догадывался о моей любви. В тот вечер он говорил со мной весьма холодно. Сказал, что не смеет обманывать уважаемую нуови. Что испытывает ко мне лишь дружескую симпатию и чувства его не изменятся. Да какую там симпатию — отношения наши были едва приятельскими.

Женщина как-то разом поникла, плечи ее опустились.

— Сначала я пребывала на грани отчаяния. Душа разрывалась от противоречивых чувств. Мне хотелось отомстить ему за отказ. И в то же время я мечтала быть с ним, всегда! Тогда я и узнала о запретных заклинаниях, — она вскинула голову. Взгляд горел лихорадочным огнем. — Нашла колдуна, который за баснословные деньги взялся все устроить… Когда Нил оказался в моих руках, беспомощный, потерявший память, я ликовала. И жалела его. Тогда единственной, с кем он общался, была я. Я стала для него всем — другом, помощником, собеседником. Мы часами разговаривали, все время проводили вместе. Но он по-прежнему был ко мне равнодушен — приятель, учтивое общение и все. Помня о предыдущем опыте, я решила не торопиться. Верила, что рано или поздно он полюбит. Начала заваливать Нила подарками, сладостями, старалась всячески ублажить. Все было прекрасно… Пока не появились вы! — она кинула на меня злобный испепеляющий взгляд. — Вы снова отняли его у меня!

Она замолкла.

Я вслушивалась в тишину, переваривая полученную информацию. В глубине души я сочувствовала ей, этой молодящейся аристократке. Самое обидное — она наверняка все еще нравилась мужчинам. Пользовалась успехом. Да и выглядела моложе своих лет, кои читались в ее глазах. Как же зла порою бывает любовь.

— Но знайте, — нарушила тишину пленница. Голос ее был полон пафоса. — Я не отдам вам его. Если не мой — то ничей, — она захохотала. — Слышите, ничей!!

Ненормальная. К тому же явно склонна к театральным эффектам.

Краем глаза я заметила движение на кровати. Обернулась и вздрогнула — тело Нила мелко тряслось в конвульсиях, изо рта вырывались громкие хрипы.

— Что происходит? Нарсаша, что это?!

— Это связь, деточка. Она что-то делает, и боюсь, если сия особа закончит начатое, вашему другу не выжить.

— Что?! — я вновь обернулась к Нилу. Он трясся все сильнее, изо рта пошла пена.

— Нарсаша, сделай что-нибудь! Ты можешь это остановить?

— Возможно. Но последствия могут быть непредсказуемыми, видишь ли…

— Наршас, ни слова, просто делай! Плевать на последствия! Умоляю тебя!

— Хорошо. Держите его!

Я ухватила темного за плечи, Кеан взялся за ноги.

Магичка подошла к Нилу, положила обе ладони ему на голову и что-то зашептала.

Постепенно голос волшебницы становился все громче, фразы отрывистей и резче. Нил уже не просто трясся — его тело несмотря на наши с вампиром усилия просто-таки подскакивало на кровати.

Я обернулась, привлеченная грохотом за спиной. Пленница рухнула на пол вместе со стулом. Глаза ее буквально вылезли из орбит, рот застыл в жутком оскале. Извиваясь всем телом, она сантиметр за сантиметром подползала к нам. Ничего себе! Вот она, сила любви.

Тут голос Нарсаши сорвался на крик, слившийся с оглушительным стоном Нила и высоким взвизгом пленницы.

Мгновением позже наступила тишина. Растерянная, оглушенная, я вдруг почувствовала, что плечи под моими руками больше не вздрагивают, не трясутся. Опустив взгляд вниз, увидела, что Нил тихо посапывает. Тело его расслабленно лежало на постели.