Лики миров (СИ) - Елена Владимировна Добрынина

одной из зверюг и темно-синие, похожие на звездчатые сапфиры — у другой.

Сердце, и так колотящееся намного быстрее положенного, совершило совсем уж непозволительный кульбит и застряло где-то в горле.

Тем временем синеглазый ящер, собрав силы, как заправский борец исполнил бросок, откинувший соперника к самому краю обрыва. Тот лежал, не шевелясь. Или испустил дух, или находился без сознания. Победитель повернул в сторону побежденного шипастую голову и оскалился глумливо и недобро.

Я решила, что пора. И, раскрыв крылья, взлетела так, чтобы находиться на уровне его глаз.

«Лик! Я нашла тебя! Это я, Дея! — я кричала так громко, как только могла, — Вернись, вспомни меня, пожалуйста!

Ящер пару мгновений озадаченно меня разглядывал, а затем резким, сильным ударом когтистой лапы, швырнул меня на камни. Похожие на ножи когти в клочья изодрали крыло и зацепили тело.

От боли и я взвизгнула и, прижимая к себе искалеченную конечность принялась отползать подальше от медленно приближающегося ко мне зверя. Он же пригнул голову и втягивал ноздрями явно будоражащий его запах крови.

— Нет, пожалуйста! — плакала я в голос, хотя прекрасно осознавала бесполезность этих попыток.

Единственное, что пришло мне в голову— кое-как сесть и сменить ипостась. Стало холодно и снова больно — одна рука то ли вивихнута, то ли сломана — разбираться было некогда — по животу от глубоких царапин текли кровавые струйки..

— Лик, это же я, Дея! Ну!

Черная морда ящера замерла в нескольких сантиметрах от меня. Он чуть повернул голову, буравя меня своими звериными глазами цвета сумрачного неба. Я замерла, не дыша. Мне казалось, что в глубине из промелькнуло что-то… и сейчас… вот-вот от меня узнает. Не смотря на адскую боль и страх я попыталась улыбнуться.

Ящер издал весьма странный, мычаще-курлыкающий звук, а потом сгреб меня лапой в кулак. Так сильно, что я едва не заорала от боли. Он смотрел на меня, как смотрят малыши на новую игрушку: не знаешь, что они сделают в следующий момент — прижмут к сердцу или сломают. А потом развернулся и совсем несолидно подпрыгивая на одной лапе, расправил крылья, поднимаясь в воздух.

— Лик! Куда ты меня несешь? Мне больно! — пищала я, зажатая в черных звериных пальцах.

О поверженном сопернике мы совершенно забыли. А не стоило. Тот уже пришел в себя и, заметив взлетающего обидчика, нанес коварный удар — напрыгнул сзади, обрушив всю мощь когтей и челюстей на одно крыло соперника — и тут же, довольный, недосягаемый, взмыл ввысь.

Лик, взревев от боли, попытался выровняться в воздухе, но без толку — мы камнем падали вниз в пропасть. Последним усилием я смогла поднести к глазам перемазанную кровью руку с зажатым в ней Ключом, кое-как перевести стрелку на серый сектор и за пару мгновений до того, как наши кости раскрошатся о камни, выкрикнуть «Credo in unim Deum!

Боль ушла, тело стало легким. Удара я не почувствовала… только видела сверху распластанный черный силуэт и свой, лежащий рядом. Пальцы он так и не разжал. Но даже не успела испугаться, как меня подхватил уже знакомый поток, унося сознание прочь из этой страшной реальности.

Глава 28

Я открыла глаза и долго, должно быть, целую вечность, пялилась в ночное небо, усыпанное крупным звездным горохом, и глубоко дышала, чтобы унять рвущееся из груди сердце. Взгляд цеплялся за знакомые с детства созвездия, механически отмечая одно за другим. В голове было пусто и звонко, и мне хотелось, чтобы это состоянии длилось как можно дольше.

Когда пульс успокоился, я попыталась сесть. Пальцы вцепились в мокрую от росы траву, слегка проскользнув по ней. Помогая себе руками, я приподнялась и огляделась: поле, то самое поле, с которого и началось мое путешествие.

Голова немного кружилась, слегка мутило, а еще болел затылок, будто я приложилась им о землю. Или так оно и было?

Может, я просто подскользнулась, ударилась головой и отключилась на время? Что, если все эти скачки по реальностям мне просто приснились?

Меня бросило в холодный пот, и я принялась ощупывать свое лицо, волосы, тело, разглядывать руки, пытаясь найти хоть какое-то свидетельство того, что все пережитое мною действительно было. Но это была все та же я, Медея Колесникова, ничего нового.

«Волчок!» — пронеслось в моей голове. И я принялась шарить руками в траве, пытаясь не обращать внимание на пульсирующую боль в затылке. Искала я долго, много раз проходя по одному и тому же месту, чуть ли не по травинке разбирая каждый подозрительный участок. Но Ключ как сквозь землю провалился. К ни го ед. нет

«Это ничего не доказывает, — убеждала я себя, чтобы не сорваться в истерику. — Совершенно ничего. Зачем мне Ключ, если я уже прошла по всем реальностям нашего Узла?».

Это звучало логично, но успокоения совершенно не приносило. Мне нужно было хоть какое-то вещественное подтверждение того, что все это правда, а не мои сны и галлюцинации. Хоть что-то. Но ничего, ясно свидетельствующего в мою пользу, я не нашла.

В конце концов я перестала метаться и села прямо в траву на колени, обхватив руками голову.

«Бедный Лик, — думала я, чуть не плача, — бедный мой капитан». Жить, не доверяя своим собственным воспоминаниям, оказалось намного труднее, чем я себе представляла.

Лик… от этого имени по сердцу разлилось тепло, и это придало решимости.

— И пусть! — тряхнула я головой, — пусть даже все это неправда. Я все равно буду в это верить, пока не получу железных доказательств обратного. Раз эти воспоминания так волнуют мое сердце, значит, они реальны. Хотя бы для меня.

Тревожная мелодия зазвучала в моей голове. Звуки ее нарастали так плавно, вкрадчиво, что я не сразу поняла, что мурлыкаю ее себе под нос. А поняв, встала по весь рост и несколько неуклюже, разминая затекшие ноги, исполнила несколько па орданго.

«Ой-ла, девочка… танцуй!» — слышался мне далекий приглушенный голос Чии.

И я танцевала, все смелее и смелее, смеясь и восклицая «Ой-ла!». Одна, ночью, в чистом поле под изумительно ясным звездым небом. Может, я сошла с ума? Пусть так… Сейчас это было мне совершенно безразлично.

— Ну уж нет! — сказала я вслух, когда будоражащий ритм стих и позволил перевести дыхание, — Было, все это было! Или же я, стукнувшись головой, обрела внезапную способность танцевать.

Дельная мысль пришла неожиданно.

«Конечно, я могу хоть сейчас убедиться в реальности всего произошедшего. Для этого мне надо позвать Эн-Джи-Эль!»

Я так разволновалась, что чуть было осуществила