Тамия. Алая княгиня Призрачной пустоши (СИ) - Никитина Элиана

— Сделаю всё возможное для этого. И хватит уже говорить обо мне! Не моя непутёвая жизнь сейчас стоит на кону!

— Разумеется, — усмехнулась Атрана. — Вот только сразу скажу, что затеяли вы очень сложное дело, которое может оказаться не по плечу. Причём как раз именно вашей жене, князь Керро. Ей предстоит самое сложное, а отнюдь не вам.

— Хватит запугиваний, госпожа знахарка! — сердито буркнула я, устав слушать все эти хождения вокруг да около. — Мы пришли сюда не для того, чтобы повернуть назад! Я и Фабиан хотим узнать, реально ли вернуть к жизни основателя крепости Дарт’Сулай? Ответьте, пожалуйста, можете ли вы с этим помочь. Коротко: да или нет?

— Нет, девонька.

— А эта ваша Великая вещунья? Это по силам сделать ей, так? В противном случае вы бы встретили нас с мужем совсем иными словами и завернули назад ещё с порога.

— Смотри, какая сообразительная! — сидящая за столом старуха вновь рассмеялась своим неприятным царапающим слух смехом. — Снова сумела доказать, что я в тебе не ошиблась.

— Атрана!

— Не гневайся, княгинюшка! — прозвучало в ответ примирительное. — Я вовсе не пытаюсь сейчас тебя обидеть. И не тяну время, как должно быть кажется. Я просто даю тебе возможность передумать.

— Передумать? — переспросила я, совершенно не понимая, что эта женщина имеет ввиду. — Почему я должна сделать это?

— Потому как я догадываюсь, что именно попросит у тебя моя покровительница в ответ на свою помощь. Готова ли ты к этому?

Я нахмурилась. В словах хозяйки дома звучало явное предупреждение, вот только в чём именно то заключалось по-прежнему было не ясно. И вряд ли та скажет прямо, если спросить об этом «в лоб». А потому я произнесла совсем другое:

— Как я могу увидеться с той, о ком вы говорите, Атрана? Сможете мне с этим помочь? Объяснить, что нужно делать?

— Всё, что тебе нужно сделать, княгиня Керро, так это уснуть. Чему я легко могу поспособствовать. А вот объяснять ничего не стану. Бесполезное это дело. Будет ровно так, как решит моя покровительница.

— Хорошо, — кивнула я, обменявшись взглядом с Фабианом, который явно чувствовал себя не в своей тарелке в этом доме. — Я готова рискнуть.

— Иного ответа я от тебя и не ожидала, девонька, — удовлетворённо кивнула старая знахарка. После чего, сунув руку в карман своей шерстяной накидки, что была наброшена поверх домашнего платья, со стуком поставила на деревянную поверхность стола небольшой флакончик из мутного, тёмного стекла.

— Что это? — хмуро осведомился наследник Вейлиана, указав на тот пальцем. — Выглядит не очень.

— А вы не смотрите на внешний вид флакона, князь Керро. Главное — не он, о то, что находится внутри.

— И что же?

— Зелье сна, — спокойно пояснила хозяйка дома. — У меня нет цели навредить вашей супруге. Она просто уснёт, а потом проснётся. Всё.

— Тамия, ты уверена, что хочешь так рисковать? — продолжил выражать своё беспокойство Фабиан. — Я не хочу, чтобы ты пострадала. Да и отец… Что я скажу ему, если ты…

Не договорив, сидящий рядом со мной вампир умолк и посмотрел так, что и без всякого продолжения стало ясно, что он хотел сказать.

— Не волнуйся, — улыбнувшись, я впервые, по собственной воле, протянула руку и накрыла ею нервно сцепленные воедино ладони мужчины. — Всё будет в порядке. Оставлять тебя вдовцом я не планирую. Потреплю ещё какое-то время нервы.

— Шутишь, Тэм? — вздохнул тот, расцепив свой замок из пальцев, и положил ладонь поверх моей. — Ты, главное, вернись, а там можешь дальше издеваться надо мной. Заслужил.

— Ну, значит договорились, — кивнула, улыбнувшись шире.

А потом, высвободив свои руки, взяла стоящий на столе флакон, откупорила, и единым махом выпила.

Моментального эффекта не ожидала. Думала, выпью зелье, прилягу где-нибудь и усну. А вышло всё совсем иначе.

Как только зелье попало в организм, резко заболели глаза. Будто в них песка бросили. Я принялась тереть те руками, стараясь прогнать неприятные ощущения, а когда отняла их от лица увидела перед собой…девочку: хорошенькую, как куколка, с красно-рыжими как у меня самой волосами и не старше семи-восьми лет на вид.

— Э-э… — сорвалось с моих губ растерянное, в то время как глаза продолжили изучать появившегося так внезапно ребенка. Хотя, ребенка ли?

— Догадливая! — звонко рассмеялась огненноволосая девочка. — Я та, с кем ты хотела встретиться, землянка Эмилия. Живущие в этом мире именуют меня Великой вещуньей. А выгляжу я сейчас так, как могла бы выглядеть твоя дочь. Мне показалось забавным предстать перед тобой именно в этом виде.

— Моя… дочь? — переспросила я, ощутив слабость в ногах и немедленное желание сесть, пока не упала.

— Именно! — последовал легкий кивок в ответ, а у меня за спиной появилось кресло. Точь-в-точь как то, каким некогда Верховный князь Эрстейна уничтожил мой туалетный столик.

И в которое я с радостью уронила своё обессилившее тело.

— Ну, вот, — удовлетворённо произнесла моя «маленькая» собеседница и, создав кресло для себя, тоже села. — Ты сидишь, я сижу, а значит мы можем спокойно поговорить. О том, чего хочешь ты, чего хочу я, и сможем ли мы помочь друг другу.

Всё, на что хватило меня, после того как «девочка» закончила свою вступительную речь и посмотрела с вопросом во взгляде в ожидании ответа, так это кивок. Не так я представляла себе встречу с местной богиней, которую именовали Великой вещуньей. Совсем не так…

* * *

— Я знаю, с какой целью ты приехала к жрице Атране, Эмилия, — продолжила свою ранее начатую речь божественная сущность этого мира, посмотрев мне в глаза прямым, тяжёлым взглядом, который совершенно не вязался с образом хрупкой маленькой девочки, выбранный ею для нашей встречи. — И могу предложить два варианта, как её достичь. Хочешь узнать, какие?

— Конечно, — кивнула я, отринув в сторону собственные мысли и сосредотачиваясь на разговоре.

— Отлично. Тогда слушай, какую мы на данный момент имеем ситуацию… Тело известного тебе вампира не истлело за прошедшее время. Оно осталось в том состоянии, в каком было на момент смерти князя Керро. А причиной тому служит «небесный огонь», с которым у этого мужчины имеется нерушимая связь. Это очень старая магия, над которой не властна даже я. Волшебство древних богов, что однажды создали этот мир, оставили его нам, более молодым, и ушли.

— И? — не на шутку заволновалась я от таких новостей. — Как же в таком случае вернуть к жизни вампира, основавшего крепость на границе с Призрачной пустошью?

— Довольно просто. Часть работы ты уже проделала: добровольно отдав свою кровь «небесному огню», что однажды упал на территории Дарт’Сулай. Этим действием ты зажгла внутри магического камня искру, которой в свою очередь оказалось достаточно чтобы пробудить ото сна дух связанного с ним князя Керро. Теперь осталось дело за тем, чтобы вернуть «небесному огню» былую мощь. Разжечь внутри него пламя. А вместе с оным в тело ныне мёртвого вампира вернётся жизнь.

— Разжечь пламя? Посредствам моего собственного огня, как я понимаю?

— Это один из способов, — подтвердила Великая вещунья, чуть склонив голову. — Но прежде, чем мы поговорим о нём, выслушай моё предложение.

— Хорошо. Я вся внимании.

— Да. Так вот я предлагаю тебе не тратить свою Силу, чтобы разжечь «небесный огонь», а воспользоваться моей. Но не просто так, разумеется, а взамен на… служение. Мне нужна новая жрица ордена Пленяющих души. Он не должен исчезнуть вместе с уходом из жизни последней его представительницы. Атране осталось совсем недолго, и как только она умрёт, её место займёшь ты. Что скажешь, Эмилия?

— Скажу, что не смогу ответить вот так сразу, потому как совершенно ничего не знаю об упомянутом сообществе? Зачем оно нужно и чем именно занимаются жрицы этого ордена? Как изменится моя жизнь, если я соглашусь стать одной из них, и смогу ли прекратить ею быть по своему желанию?

— Нет, — покачала головой Великая вещунья. — Прекратить быть жрицей ты не сможешь. Это служение бессрочное. И твоя жизнь изменится довольно сильно. Ты станешь по-настоящему свободной. Мои жрицы не выходят замуж и не могут иметь детей, так что никакой Верховный Князь вампиров не сможет принудить тебя стать парой тому, на кого он укажет. А ещё они обладают немалой властью над живыми и являются ловцами душ тех из них, кто после своей смерти пытается избежать исполнения своих обязательств.