Сломанная печать - Иванна Осипова

— Потерплю, — она отрицательно помотала головой. — Друзья важнее. Мы почти собрались. Я привезла для Ма́ри оставшиеся вещи из общежития, — Келена торопливо судорожно втянула воздух, осторожно пошевелила пальцами. — Нас же было пятеро магов, не считая Греты, и та схватилась за скалку! Но этот человек… Высокий, светлые волосы, ярко-голубые глаза. Сразу ясно — Фолэнт. Он привёл с собой крепких стихийников с закрытыми лицами. Они все, как один, копии Лироя.

— Советник собрал дом Фолэнтов на защиту младшего брата.

Северин испытал недовольство собой. О такой возможности он и не подумал. Грэмис, пусть и оставался главой рода, но всегда держался особняком от остальных. Родичи не слишком жаловали толкователя. Возможно, Фолэнты знали о грязных секретах Грэмиса и Лироя. Собирать сведения о том, кто участвовал в похищении Марисы, придётся очень быстро.

— Магистр и страж оказали сопротивление, — вздрогнув от воспоминаний, прошептала стихийница.

— И ты? — он с благодарностью посмотрел в испуганные глаза Келены.

— Немножечко, — попытавшись улыбнуться, она опустила голову. — Попалась, как дурочка. Брат Лироя держал меня, угрожал. Руку, вот…

— И Ма́ри с Виктором ушли с ними, — предположил Северин.

— Так и было. Магистерс осталась с раненым агентом. Фолэнт называл имена, обращаясь к Марисе.

— Какие имена? — Рин хмурился и кусал губы, раздумывая над следующими шагами.

Поднявшаяся в душе волна гнева и тревоги гнала мага вперёд, требуя действий.

— Слышала только Винсент. Человек сказал, что Мариса совершила преступление и должна быть арестована, но он даёт ей возможность уйти с ним добровольно. И какая-то женщина сошла с ума и умерла, кажется, из-за смерти этого Винса. Мариса очень расстроилась.

Стремительной молнией в памяти Брума пронёсся рассказ любимой о Дозорной Башне и погибшем сыне хозяев имения.

— А Виктор? Зачем им лекарь? — он сделал несколько нетерпеливых шагов в сторону замковой стены.

— Магистр и сам бы пошёл с Ма́ри. Но кажется он им нужен не меньше. Это же хорошо, что он с Марисой? Да?

Проведя рукой по лицу, Рин не выдержал и ринулся к входу в здание Академии. Северин злился, но понимал, что советник забрал бы Марису любым доступным способом — из-за брата и по желанию верховного толкователя. Мысли ментала выстроились в стройную схему. Им не хватило нескольких часов, чтобы покинуть столицу. Северин обругал себя снова — непростительная ошибка для ментала. Он не учёл, что Лирой выложит брату полную версию событий, а не придержит язык, как делал это всегда. Рассказать о прошлом мог только Лирой. Немного поисков на острове — и свидетели, несомненно, вспомнили о девочке, найденной в ночь разлома печати. Иметь в руках предполагаемую Талес лучше, чем никакой. Ясно, что Виктор Дэй необходим, как молчаливое доказательство родственной связи девушки с исчезнувшим советником Талесом. Делвин не имеет возможности убить племянника — преодолеть силу Союза Даров не просто, но теперь способен диктовать свои условия.

— Он говорил о тебе, Брум! Спросил Ма́ри, знаешь ли ты, кто она такая?! Я ничего не поняла, но она точно догадалась о чём шла речь. Затряслась вся. Потом быстро собралась и так посмотрела на Фолэнта, что его перекосило.

— Всё-таки раскопали, — холодный ментал буквально рычал.

Мысль, что Мариса в руках такого человека, как Грэмис, мешала сосредоточиться. Мариса и ребёнок. Не добежав до внутренней двери, Рин привалился плечом к заледенелой стене маленького туннеля. Развернувшись, упёрся разгорячённым лбом в каменную кладку. Келена замерла рядом, баюкая искалеченную руку. Он глубоко дышал до тех пор, пока не успокоилось бухающее в висках сердце. Северин запер чувства в той части сознания, где всегда хранил воспоминания о родных. Когда маг обернулся, то Келена увидел прежнего Брума. Презрительно отстранённого мага в ледяном панцире, защищавшем его от ненависти Делвина.

— Тебе лучше отправиться в лазарет.

Он решительно развернулся в сторону входа в библиотеку. В зале ничего не изменилось. Несколько студентов работали на местах. Симпатичная библиотекарь расставляла книги. Размеренными движениями маг убрал свитки и кубы со своего стола, оставив его пустым.

— Это всё из-за Лироя? Его брат же не посмеет… Не сделает Ма́ри плохо? — тихо выдохнула Келена.

Северин не ответил, с силой сжал губы. Они покинули библиотеку. Стихийница нехотя свернула в крыло эмпатов, где практиковали лекари. Келена долго провожала взглядом невысокую подтянутую фигуру в чёрном. Строгий ментал уходил быстрым шагом. Встречный человеческий поток огибал Северина словно вода омывала незыблемую скалу.

Спустя очень короткий срок Брум стучал в дверь дома магистра Дэя. Дверь распахнулась резко и широко, решительная и гневная Грета пропустила гостя, продолжая сжимать в грубых руках скалку. Не задерживаясь, Рин сразу свернул в гостиную. Задёрнутые портьеры не позволяли яркому свету проникать в комнату. Там, серой тенью в темноте, сидела Астрид. На диване рядом лежал охранник из службы безопасности с плотно перевязанной грудью и плечом. Обломки местами обугленной мебели устилали пол вместе с осколками посуды. Остатки еды размазали возле перевёрнутого стола. На стенах затухали охранные чары. Комната несла следы борьбы между стихийными магами и целителями.

Магистерс подслеповато сощурилась, стараясь опознать фигуру молодого мужчины в дверном проёме. Глаза женщины покраснели и влажно блестели.

— Люди Фолэнта. Кое-кто побоялся использовать официальную стражу, — неестественно спокойно произнесла она.

— Вы не пострадали?

— Я вела себя разумно, — она горько улыбнулась Рину. — Мерзавец прикрылся девочкой и сломал ей руку. Храбрая Келена. Я наложила чары, и она ринулась в Академию.

— Она нашла меня, — на мгновенье он снова потерял отстранённую холодность. — Они не сказали в чём обвиняют магистра? Какую назвали причину? — маг искал подтверждение своим мыслям. — Впрочем, не важно. Я должен действовать. Со службой безопасности свяжусь сам. Ма́ри… Как она себя чувствовала, когда Фолэнт увёл их?

— Сильная девочка. Держалась с достоинством. Виктор позаботится о ней. Не тревожьтесь, Северин. Если есть способ бороться, идите до конца, — Астрид устало прикрыла глаза.

Попрощавшись, Рин отправился в обратный путь. В своей комнате он извлёк папки из тайника и покинул территорию Академии. Ему предстоял долгий и тяжёлый день, который мог стать поворотной точкой в судьбах многих людей и всего королевства.