Кэрол Гудмэн - Демон-любовник

К счастью, мне удалось не сбиться с дороги и даже отыскать заросли, однако мне только сейчас пришло в голову, что в моем хитроумном плане имеются кое-какие прорехи. Покуда эта тварь меньше меня, мне не удастся завлечь ее в такое место, где она сможет запутаться в ветвях и оказаться в ловушке. Вместо того чтобы изловить ее, я сама запутаюсь тут как глупая муха в паутине и окажусь во власти вороны. Не видя другого выхода, я продолжала слепо лезть вперед, едва ли не ползком продираясь туда, где меня ждала мучительная смерть. Эта чаща уже стала могилой для множества живых существ — крохотных птичек и мышей, которых я видела здесь раньше, — но сейчас, забираясь все глубже в заросли, я на каждом шагу натыкалась на более крупных и странных животных. Мне попалось существо, которое я приняла бы за кролика, если бы не желтые клыки, делавшие его похожим на миниатюрного саблезубого тигра. Потом стали встречаться скелетики летучих мышей с черепами, до ужаса похожими на человечьи. Но окончательно доконал меня длинный, изогнутый под каким-то немыслимым углом рыбий хвост, который (к моему ужасу) заканчивался человеческим торсом. Содержимое моего желудка рванулось наружу. Русалка?! Как русалка могла оказаться в лесной чаще?! Может, по ту сторону двери есть какой-то водоем, река или озеро? Но тогда, выходит, я совсем рядом с дверью. Если заманить Мару ближе к двери, возможно, мне удастся как-то заставить ее перешагнуть порог. Но как? Сегодня равноденствие. Если дверь открывалась в день солнцестояния, может, она приоткроется и в день равноденствия? А я как-никак привратница, да еще с «ведьминым камнем» в кармане. А что, стоит попробовать! Возможно, это мой единственный шанс уцелеть — а заодно и избавиться от Мары. Но сначала нужно отыскать дверь.

Остановившись, я стала прислушиваться, и тут до меня вдруг дошло, что я уже какое-то время не слышу вороны за спиной. Неужели мне удалось оторваться? Или она бесшумно прокралась вперед, чтобы отрезать меня от двери? Я затаила дыхание. Чаща была полна самых разных звуков: чуть слышным шелестом веток, звоном капели и глухим рокотом прибоя — шумом океана, непонятно откуда взявшимся в этом глухом лесу, запутавшимся в лесной чаще, словно в морской раковине. Откуда он здесь? Заинтригованная этой тайной, я поползла на звук. Может, не все еще потеряно и мне удастся спастись?

Продвигаясь вперед, я обратила внимание на то, что с каждым шагом снег становится все тоньше, а земля — мягче. Вдруг мои руки погрузились в песок. Я огляделась. Повсюду в паутине зарослей, нанизанные на виноградные плети, виднелись морские ракушки и рыбьи скелеты — качаясь на ветру, они мелодично позвякивали, словно китайские колокольчики. Продравшись сквозь заросли, я выбралась на поляну.

Поднявшись на ноги, я покрутила головой, пытаясь сообразить, куда попала. Похоже, передо мной была та самая поляна, куда Лайам привел меня в канун Рождества. Прямо перед собой я увидела нечто вроде арки, только теперь вместо лунного света внутри клубился молочно-белый, отливающий зеленью туман. Я шагнула к ней… и услышала, как у меня за спиной под чьей-то ногой негромко хрустнула ветка.

Отпрыгнув в сторону, я резко обернулась — и оказалась лицом к лицу с чудовищем, словно явившимся из ночных кошмаров. Похожая на птицу тварь, видимо, попыталась вернуть себе человеческий облик, но что-то пошло не так и она застряла где-то на полпути. Она стояла на двух ногах… только эти ноги заканчивались острыми когтями. В лице этой твари смутно проглядывали черты девушки, которую я знала под именем Мара, и на этом уже почти человеческом лице особенно жутко выглядел уродливый желтый клюв, из которого рвался злобный крик.

— Мара, — окликнула я, изо всех сил стараясь не выдать предательскую дрожь в голосе. — Этот мир не самое лучшее место для тебя. Может, лучше вернешься домой?

Издав пронзительный крик, она забила крыльями.

— Что ты знаешь об этом? — прокаркала она. — Мы голодаем. Там, в нашем мире, нам нечего есть. Зато здесь… В вашем мире царит изобилие, вы даже не замечаете еды, и она пропадает зря. Ваша молодежь убивает себя наркотиками, которые истощают их жизненную силу. Пьяные, они садятся за руль и гоняют на сумасшедшей скорости, убивая себя и других. Занимаются сексом с кем попало, не спят по ночам, делая вид, что зубрят. А такие, как мы, умирают с голоду. Так почему я не могу напиться их энергией, когда они ни в грош не ставят собственную жизнь?!

— Ну они же не все такие, — пробормотала я, незаметно отступая к двери. — Я-то уж точно не такая.

— Ха! Да ты хуже любого из них! Ты ведь уже готова была позволить инкубу высосать тебя досуха! Скажешь, нет? Ты даже хотела уйти вместе с ним! Я почувствовала это по запаху!

Мара молнией метнулась ко мне, как я и рассчитывала. Поспешно сунув руку в карман, я вытащила «ведьмин камень» и просунула палец дырку, а потом взмахнула рукой и увидела, как завеса молочно-зеленого тумана раздвинулась точно театральный занавес. Я стояла на вершине покрытого травой утеса, а подо мной шумело море. От этой красоты у меня захватило дух. На мгновение я даже забыла, что собиралась сделать, и тут вдруг услышала за спиной яростное хлопанье крыльев. Опомнившись, я метнулась в сторону — как раз вовремя: крыло Мары задело меня по лицу. По моим расчетам, она должна была проскочить в дверь, но вместо этого рухнула к моим ногам, судорожно задергалась и превратилась в комок смятых перьев.

Растерянно моргая, я подняла голову и увидела Фрэнка — сжимая в руках бейсбольную биту, он с интересом разглядывал корчившуюся на земле Мару.

— Господи, Фрэнк, ты-то что тут делаешь? — ошеломленно выдохнула я.

— Пытаюсь спасти тебе жизнь, Макфэй. Рад был помочь.

Перешагнув через валявшуюся у моих ног Мару, Фрэнк протянул ко мне руки.

Но мы недооценили Мару: с яростным криком она взмахнула крылом. Удар пришелся Фрэнку в грудь — он отлетел в сторону и врезался спиной в скалу.

В то же мгновение Мара снова набросилась на меня.

Содрогнувшись от ужаса, я зажмурилась и стала молча молиться.

Вдруг тяжесть ее тела куда-то исчезла. Все произошло так быстро, что я успела только вздохнуть. Никогда не думала, что смерть может быть такой легкой. Я осторожно приоткрыла глаза… и едва сдержала крик. Мара висела в воздухе прямо надо мной. Ее окутывало плотное облако черного дыма: казалось, она горит, — а в следующую минуту она, закрутившись в воздухе, уже летела к двери. Опомнившись, я успела откатиться в сторону как раз в тот момент, когда она с криком пронеслась сквозь нее и исчезла. Только расползавшаяся над землей тонкая струйка черного дыма доказывала, что все это мне не привиделось.