Екатерина Голинченко - Мелодия бесконечности. Книга первая (СИ)

 Самое известное масштабное кровопролитие, с которым связывают имя королевы-матери - убийство французских протестантов в Париже в августовскую ночь в праздник Дня Святого Варфоломея.

 Дабы попытаться примирить католиков и протестантов, заодно и держать ближе к себе того, кто стал для неё живым напоминанием самого ужасного пророчества в её жизни, подчинить его своему влиянию в надежде отвести кошмарное предсказание от её семьи. Это объединило бы старшую и младшую ветви королевской семьи и стало бы настоящим маяком надежды на будущий мир в королевстве. Разве в былые времена брак Елизаветы Йоркской и Генриха Тюдора не положил конец английским войнам Алой и Белой Розы? Быть может, то же самое произойдет и во Франции? Кроме того, у этого союза было еще и другое привлекательное качество: если Генрих Бурбон и унаследует трон Франции, кровь династии Валуа и Медичи сохрaнится в потомстве Марго и останется у власти.

 Массовая резня не могла положить конец жгучим религиозным проблемам, a вот убийство избранных личностей лишило бы еретиков их вождей, кроме того, таким образом, Екатерина могла одним ударом избавиться от большинства своих врагов, под благовидным предлогом бракосочетания своего вождя, собравшихся в Париже со всех концов королевства, стравив две могущественные враждующие группировки: гугенотских лидеров и ревностных католиков под предводительством знатного семейства Гизов, не раз намекавших о своих притязаниях на престол её детей.

 Бойня разрасталась, превращаясь в настоящий кошмар - в крови, в дыму было так удобно сводить старые счеты. Впоследствии выяснилось, что многих парижан - честных католиков - постигла та же участь, что и протестантов. Этой ночью могли быть смыты кровью денежные долги, ибо и кредиторы, и должники гибли, как скот под ножом мясника. Стало возможным ограбить соседа, убить давнего неприятеля, a то и избавиться от надоевшей жены, не рискуя быть изобличенным, посреди всеобщего безумия и кровавой вакханалии.

 Прошел слух, будто сам Всемогущий послал парижанам специальный знак одобрения: якобы зацвел высохший куст боярышника возле статуи Пресвятой Девы на кладбище Невинно убиенных. Даже прозорливая Екатерина не смогла предвидеть какие масштабы примет её затея, но, вышедшая из-под контроля ситуация её не на шутку испугала, а её имя на века связала с вероломством и смертоубийством.

 И третье из грандиозных преступлений, приписываемых ей - хладнокровное убийство одного из собственных сыновей. Вряд ли у неё имелась острая необходимость ускорить ужасную кончину, и без того, умирающего Карла. С другой стороны, если это, по её мнению, было необходимо ради блага государства, а Карл начинал выходить из - под её влияния, и для того, чтобы ускорить начало царствования своего обожаемого сына Генриха, она, действительно, в определенных вопросах умела хранить твердость, не останавливаясь ни перед чем. Третий вариант трактовки истории предполагает роковую случайность - предназначавшуюся Наваррскому королю - который многие годы, подобно Дамоклову мечу, угрожал престолу её сыновей, пропитанную мышьяком, книгу о соколиной охоте, первым прочел Карл - страницы книги были слипшимися, чтобы разделять их, приходилось каждый раз слюнявить палец, тем самым каждый раз всё увеличивая попадаемую в организм дозу отравляющего вещества. Что же произошло на самом деле, мы, вероятно, так и не узнаем, но, фактом остается имевшие место быть у Карла болезнь легких (вероятно, туберкулез) и врожденный сифилис, унаследованный от деда по материнской линии.

 Её дети, выстраданные после долгих десяти лет практически бесплодия... Внезапное чудодейственное излечение от бесплодия связывают со знаменитым врачом, алхимиком, астрологом и предсказателем Мишелем Нострадамусом - одним из немногих, входившим в тесный круг доверенных лиц Екатерины. Генрих часто играл с детьми и даже присутствовал при их рождении.

 Карл, с возрастом, так и не смог достичь величия своих отца и деда, несмотря на все старания своей матери - он был умерен в еде, мало интересовался балами и развлечениями с женщинами, как и все Валуа, он любил охоту до самозабвения, его постоянно мучили приступы удушья, которые доводили его порой до неконтролируемого бешенства, что придворные всерьез опасались за свои жизни. В дальнейшем, хвори и недуги, постоянно преследующие короля, доведут его до настоящего умопомешательства, но, и в юном возрасте, еще оставаясь добрым и великодушным мальчиком, он страдал порой от неудержимых гневных вспышек. Карл обожал преследовать зверя, но также выказывал не совсем нормальный интерес к убийству дичи, которое возбуждало его и притягивало. Порой он своими руками свежевал окровавленную добычу. Эти жутковатые склонности сочетались в юном короле с поэтическим даром - под настроение он писал действительно прекрасные стихи. А еще, Карл любил музыку и отлично играл на рожке. Екатерина, желая привить детям любовь к искусству, присущую их деду Фрaнциску I и предкам по линии Медичи, учила их живописи, рисунку, стихосложению и резьбе по дереву. Юный король выказывал неоспоримый талант в этих областях.

 Марго, темноволосая, хорошенькая, была прилежным и милым ребенком. Она радовала всех цветущим здоровьем и недюжинным, пытливым умом. Любила учиться и получила прекрасное образование, включая знание латыни. Марго обожала верховую езду и еще в детстве поражала всех мастерским исполнением танцев на балах, которые были непременным, почти ритуальным, компонентом придворной жизни. Она всегда держалась царственно, превосходно танцевала и преподносила себя с превеликим достоинством, и даже беглого взгляда на ее портреты достаточно, чтобы понять: перед нами - соблазнительная и игривая молодая женщина, выделяющаяся не только красотой, но и врожденным чувством стиля. Она отлично знала, как следует держаться, чтобы преподнести себя в наилучшем свете, ее природная красота и блеск ее драгоценностей соперничают с бриллиантами звезд на ночном небе, если можно так выразиться - истинная жемчужина во Французской короне шестнадцатого века.Один из современников, служивший послом при дворе королевы Екатерины, утверждал, что быть в Париже во Франции и не увидеть Маргариту Валуа - не увидеть ни Франции, ни Парижа.

 Её самый любимый сын Генрих - много читал, любил литературу и слыл одним из лучших комментаторов древних авторов. На его счету так же были и военные победы - при Жарнаке и Монконтуре, он руководил осадой крепости Ла-Рошель. Однако, ратного дела он не жаловал, чем заслужил репутацию труса, предпочитавшего жизнь изнеженную, праздную и расточительную. Весь его образ жизни, все его увлечения чтением, живописью и другими видами искусства осмеивались, рисовались в карикатурном виде, полностью искажая его личность, высмеивая его набожность, изысканную манеру одеваться, щедрость по отношению к верным ему слугам (или тем, кого он считал таковыми). Даже в отношении своих приближенных миньонов - целой свиты франтоватых и миловидных молодых дворян, в которых он, прежде всего, видел верных друзей, чья поддержка была ему необходима, особенно когда против него ополчились и протестантский юг, и католический север страны - первые считали его уступки и попытки найти примирение в религиозном вопросе недостаточными, вторые - чрезмерными. Король предпринимал попытки управлять разваливающимся государством, и эти попытки нередко приносили свои плоды. Были проведены реформы центрального управления, в результате которых были созданы министерства, была реформирована финансовая система и система налогообложения, введена единая система пошлин, Генрих стал инициатором кодификации законодательства, он, фактически создал придворный этикет, в годы его правления во Франции был введен Григорианский календарь, по преданию - именно он стал первым пользоваться вилкой.