Вита Май - В полёте за счастьем

- Ну, - нервно улыбнулся Дей, - наверняка не всё.

- Нет? – вопросительно подняла бровь Тина. – Тот, кого я любила, оказался совсем другим человеком. Он лгал мне с самого начала, заставляя думать, что он – это ты… И ты… ты тоже лгал!

- Неправда, - вырвалось у Дея. – Я никогда тебя не обманывал!

- Никогда? – горько спросила Тина. – Ты говорил мне, что любил!

- Но я и в самом…

- Ты врал! – чуть не плача выкрикнула она ему в лицо. – Ты врал… Когда любят, то доверяют друг другу. Верят безоговорочно! Как ты мог поверить какой-то дурацкой записке?! Почему не бросился за мной? Не искал? Как ты мог поверить, что я бросила тебя ради другого?

Глаза Тины наполнились слезами, и она резко замолчала, пытаясь не заплакать. Дей больше не мог этого выносить, он шагнул к девушке и крепко её обнял, успокаивающе погладив по спине.

А ведь она говорила правду! Теперь, когда он встретил Тори, он это понимал. Но тогда Летина казалась ему самой милой, самой доброй, самой лучшей девушкой. Она влюбилась в Дея с первого взгляда, и это его сразу зацепило. Его безумно привлекла её «домашность» и трогательность. Больше всего тогда, да и теперь, он хотел нормальной семьи, а семья Тины была именно такой: обычной и любящей. Они очень быстро приняли его как жениха своей дочери, и он ценил эти отношения. Дей искренне считал, что тоже любил Тину, но теперь понимал, что это было не так. С его стороны была симпатия, влюблённость, но только не любовь…

- Тинка, - он прикоснулся губами к её лбу и зашептал, - прости меня дурака.

Дей хотел сказать, что был зверски зол и очень сильно расстроен, когда прочитал ту дурацкую записку. Хотел объяснить, что после того, как его бросили в детстве, он подсознательно был настроен на такой же сценарий, а потому с трудом, но поверил прощальной записке. Но всё это были оправдания, причём жалкие. Тина была права в самом главном, он не любил её, хотя и думал обратное.

Успокаивающе поглаживая её по спине, Дей тихо шептал девушке, про то, что он и в самом деле был дураком, что в самом деле виноват и что у неё обязательно всё будет хорошо. Наконец Тина, успокоилась и подняла голову.

- Я так запуталась, после того, как Руэрт снял блоки с памяти… Кого я люблю тебя или его?

- Кхм, - кашлянул Дей, - я думаю, точно не меня. Мы с тобой вместе были всего полгода пять лет назад. И все эти пять лет ты жила с Руэртом и любила именно его. Ты у нас девочка умная, так что такой дурак, как я, тебя точно не достоин.

- Ха, а такой лжец, как Руэрт достоин?

- Он обижал тебя? Хочешь я ему морду набью? За всё!

- Нет.

- Что нет? Не обижал или не хочешь, чтобы я ему врезал?

- Нет, не обижал. И нет, не хочу, - улыбнулась Тина. – Пойдём лучше отсюда. Меня в музыкальной гостиной подруги ждут.

- Пойдём, - согласился Дей, - только дорогу показывай, а то я понятия не имею, где твоя гостиная.

Согласно кивнув, Летина взяла его под руку, и они направились к выходу из хрустального зала. Дей шёл рядом с девушкой, постоянно оглядываясь, он давно потерял из виду свою прелесть и уже соскучился по ней. Хотелось снова увидеть её рядом, почувствовать любимый аромат волос и заглянуть в таинственные серые глаза.

Проклятье! О чём можно так долго разговаривать с Синнолой?

- Кого-то потерял?

- Да, - невесело ответил Дей, вглядываясь в толпу, - свою невесту.

- Невесту… Руэрт говорил мне, что ты прилетел не один. И какая она?

- Тори она… - Дей скосил глаза на Тину, - она такая же малявка, как и ты.

- Что? – возмутилась девушка и с улыбкой пихнула его в бок, - Я не малявка, просто кто-то вырос слишком огромным. Верзила!

- Малявка!

- Дылда!

- Мелкая!

- Нахал долговязый!

Весело смеясь, они вышли из переполненного зала и оказались в просторном коридоре с высоким сводчатым потолком.

- Ну и куда теперь? – спросил Дей, повернувшись к Тине.

- Никуда, - раздался прямо его за спиной ледяной голос. – Немедленно отпусти мою жену.

На мгновение Дей застыл и закрыл глаза, но Тина так сильно вцепилась ему в руку, что это быстро заставило его очнуться. Он посмотрел на девушку, которая с упрямым выражением на лице смотрела ему за спину, а потом медленно обернулся.

Светло-карие глаза, чуть изогнутая линия бровей, крупный нос, плотно сжатый рот, твердый подбородок, смуглая кожа и тёмные волосы с лёгкой сединой, стянутые в хвост, – Дей оказался лицом к лицу с самим собой. В первые секунды он был абсолютно шокирован своей идентичностью с Руэртом. Чтобы не показать этого, Дей мгновенно одел на лицо невозмутимо-каменную маску, которая так не нравилась Тори, и уже под её прикрытием принялся вглядываться в лицо напротив. Руэрт тоже был в маске. На его лице застыло высокомерно-скучающее выражение, но глаза предательски сверкали, показывая Деймиру, что равнодушных тут не было. Чем больше Дей смотрел на Руэрта, тем больше находил отличий. Несмотря на одинаковый рост, он казался мощнее и внушительнее своего оригинала. Нос Руэрта был цел, в отличие от его поломанного, а лицо не испорчено ни одним шрамом.

Их взгляды снова встретились и сцепились между собой. Время растянулось до бесконечности, а пространство сжалось до небольшого круга, ограничивая мир за их спинами. Сейчас Дей без всякой телепатии читал в глазах Руэрта его мысли.

- Ты - копия! – раздался в его голове пренебрежительный голос. – Жалкая копия! Ты ничтожество, которое никогда и никому не будет нужно. Тебя всегда будут бросать и игнорировать, потому что копияникогда не сможет быть лучше оригинала.

Дей запихнул, как можно глубже, все комплексы, которые проснулись в нем при этих словах.

- Не смогу быть лучше? – иронично спросил он, гордо расправляя плечи. – Да я уже давно лучше тебя! Ты богатый маменькин сынок, который ничего не представляет из себя без своей семьи. У тебя нет друзей, а у меня их полно! Ты заполучил любовь своей жены, запудрив ей голову лживыми выдумками. Ты притворялся мной, потому что ни одна девушка так и не влюбилась в тебя. Это ты жалок! Так и тянет сбить с тебя спесь хорошим ударом в морду. Глядишь, и нос станет, как у меня, и лицо сделается попроще. И знаешь что? Я это запросто сделаю, ты даже моргнуть не успеешь. Слабак!

Кулаки у Дея и в самом деле дико чесались. Невозможно было смотреть на свою родную рожу, на которой красовалась чужая высокомерно-пренебрежительная маска.

- Мне нет нужды махать кулаками, как какому-нибудь дикарю, - Руэрт так и не поменял свой тон «я-тут-самый-самый-а-все-вокруг-твари-недостойные». – Мне даже пальцем шевелить не обязательно, чтобы заставить тебя молить о смерти.

Вокруг Руэрта задрожал воздух, и Дей почувствовал, как в их маленьком пространстве разлилось напряжение. Стало нечем дышать, и он понял, что Руэрт воспользовался своими способностями сенсетива. Каким-то образом воздух вокруг Дея поменял свой состав, в нем стало гораздо больше углекислого газа, чем кислорода, а в голове опять раздался снисходительный шёпот: