Во власти зверя - Людмила Александровна Королева

Мэл уничтожила многих людей и волков, а ее лишили возможности стать матерью. Все справедливо, – шмыгнула носом, отвела взгляд в сторону.

– Мне жаль, что именно тебе досталось второе эго. Ты добрая девушка и не заслужила подобной участи. Маркус отведет тебя к матери. Тут недалеко, – проговорил он.

Я не выдержала, бросилась на шею к Одди. Нашла его губы своими губами, целовала с отчаянием, будто пыталась выплеснуть всю боль и горечь, которые накопились в моей душе. Любимый ответил на поцелуй. Коленом развел мне ноги в стороны. Одной рукой удерживал меня за затылок, а второй прикоснулся к чувствительной точке между ног. Я распахнула глаза от неожиданности. Задержала дыхание. Лавина эмоций обрушилась на меня. Одди разорвал на мне платье, оголяя грудь.

– Я не смогу себя сдерживать, – зарычал мне на ухо тихим злым голосом, впечатав меня в шкуры весом своего тела.

– Ты мне нужен, – призналась я и всхлипнула, когда давление между ног перешло в резкий толчок.

Болезненный поцелуй в шею, острые клыки прошлись по нежной коже. Никакой боли не возникло. Одди был похож на одичавшего зверя. Его толчки были сильными, поцелуи страстными и ненасытными, а руки сжимали мое тело так, что порой слышала треск костей. Я настолько растворилась в этом мужчине, что ничего кроме наслаждения не чувствовала. Я тонула в омуте черных глаз, которые постоянно вспыхивали янтарным цветом. В какой-то момент я сорвалась и полетела вниз. Падала, чувствуя длительные тягучие вспышки. Мой крик слился с грозным рычанием. В черных глазах Одди клубилось что-то пугающее, звериное, хищное. Вожак получил разрядку, сжав до боли мои бедра. Мы, тяжело дыша, смотрели друг на друга. Чувствовала, что Одди безумно по мне скучал, как и я по нему. Любимый прокусил себе запястье, а потом немного грубо прислонил руку к моему рту.

– Пей! – приказал он. – Живо!

Я захлопала ресницами, ощутив, как на смену удовольствию, пришла волна дикой боли. Ребра болели так, что вдох не могла сделать. Прижалась губами к запястью вожака и с трудом выпила его кровь. Меня мутило от этого вкуса. И как я раньше пила эту гадость? Неужели действительно стала человеком?

– Моя кровь ускорит твою регенерацию, синяки и укусы сойдут быстро. Если повредил тебе ребра, они тоже восстановятся за пару часов.

– Я не хочу тебя потерять, – призналась, вцепившись в плечи любимого мужчины.

– Я всегда буду принадлежать только тебе, – заявил он без тени сомнения. – Но людям нет места в стае, и ты об этом прекрасно знаешь.

– Знаю, – прошептала, глотая колючий ком.

– Надеюсь, ты найдешь свое счастье, Мелисса, – натянуто улыбнулся Одди, поднявшись с места. – Жизнь оборотней тебе была не по душе. Теперь есть возможность прожить жизнь среди людей.

Мой вожак ушел, не оглядываясь. Я не сдержала рыданий. Он прав. Я не хотела быть оборотнем. Теперь, став человеком, должна радоваться, что моя мечта сбылась, но почему тогда так тошно? Почему на душе стало так пусто? Я больше не ощущала связь с Одди. Она разрушилась. Значит, мой внутренний зверь погиб? Стало тоскливо.

– Возьми, вожак велел принести тебе, – проговорил Маркус, протянув мне новое платье.

Мой родственник не стал заходить в шатер, чтобы не смущать меня.

– Одевайся. Сейчас принесу тебе суп и хрустящий хлеб. А потом мы отправимся домой к твоей матери. Пора мне познакомиться со своей дочерью, – заявил он.

Я переоделась. Поела, не чувствуя вкуса еды. Когда вышла из шатра, никого уже не было. Стая ушла. Остались лишь мы с Маркусом. С тоской смотрела вдаль, но ничего не видела и не слышала. Мое зрение стало вновь слабым, как у обычного человека. В темноте ничего разглядеть не смогла.

– Забирайся ко мне на спину. Я отвезу тебя к матери. Держись крепко, бегаю я очень быстро, – заявил Маркус и обернулся в волка.

Я уселась верхом на оборотня. Где-то вдали услышала протяжный вой Одди. Сердце сжалось от тоски. Прижалась к волку, чтобы не упасть. Очень хотелось увидеть маму. Вот только как меня встретят родные, после всего, что натворило мое второе эго? Увижу ли я еще хоть раз Одди? Или он больше не появится в моей жизни?

ГЛАВА 22

В пути мы провели всю ночь, а на рассвете Маркус сделал привал. Я слезла с волка и размяла руками затекшую спину. Старый вояка сменил ипостась, осматривался по сторонам. Тишину нарушало пение птиц. Солнечные лучи приятно ласкали кожу, но еще не согревали. Догадалась, что на Агарте началась весна.

– Что-то есть хочется, – призналась я, посмотрев на своего родственника.

Вот чего не ожидала, так это того, что полукровка склонит передо мной колено. Опустив покорно голову, виновато промолвил:

– Прости. Сейчас отправлюсь на охоту и раздобуду для тебя кролика.

Я смотрела на своего родственника и губы задрожали, по щекам покатились слезы. Маркус все еще считал меня чудовищем, забыл о том, что перед ним не Мэл, а Лисса. Я опустилась на колени рядом с ним и крепко обняла полукровку, зажмурилась, глотая слезы. Понимала, что в прошлом этот волк принес много бед, из-за него шла многолетняя война, гибли оборотни и люди. Он казался непобедимым и сильным. Его имя вселяло страх. Но это было раньше. Теперь все приходили в ужас от упоминания Мэл. Она сеяла зло на Агарте. С этим волком у меня было очень много общего. И мне хотелось верить в то, что пройдут годы и все наладится. Оборотни когда-нибудь перестанут бояться меня. Возможно, со временем примут в стаю, как и Маркуса.

– Ты больше не раб, – выдохнула я, нежно поглаживая его по спине. – Мне так жаль, что из всех родных у тебя осталась лишь я… Неправильная волчица, которая принесла тебе лишь боль и разочарование. Я не могу иметь детей, а это значит, что ты так и не обретешь силу, о которой мечтал. Прости меня за все. Ты такой смелый воин, а внучка у тебя никчемная и слабая. Мне не хватило сил побороть Мэл. Если бы не ты, моя душа погибла бы.

Маркус прижал меня к себе так крепко, что ребра заныли. Гладил по голове, как маленького ребенка.

– Не говори так. Лишь благодаря тебе, я не чувствую себя одиноким. От меня отвернулся весь мир. Если бы не ты, мне