Бальмануг. Невеста-2 - Полина Лашина

какой-то своей игре, – честно выдала девушка.

Потом всё равно будет разбор ситуации с ракасами, нужно сразу предупредить о том, что говорили эти краснозадые. Чтобы дознаватели дальше сами решали, что делать...

Но присутствующие мужчины почему-то опять встревоженно переглянулись.

– Ракас сказал? – уточнил эйр Итох. – Вот так взял и сказал? Вам? По-осебрутажски?

– Ну да. То есть не всегда они говорили, открывая рот, первый ракас потом больше шипел, очень противно, но когда заявился второй, вот тот говорил именно по-осебрутажски, и довольно чисто, даже без акцента, – объясняла девушка. – Тот, второй, на меня в каком-то споре поставил, как он сказал. Вернее, кто-то... "мы", он так говорил.

Мужчины опять переглянулись, насупились еще больше.

– Эйра Бальмануг, вам нужно отдохнуть, не напрягаться больше, – тут же зачастил Озегитт. – Отдых очень важен в восстановлении организма...

– Вы мне не верите? – сообразила удивленная девушка.

И немного раздосадованная этим фактом.

– Почему же? Верим! – стал вежливо убеждать ее целитель. – Но отдохнуть вам обязательно нужно. Прошу прощения...

Не успела Хелен спросить за что, как мужчина осторожно коснулся ее лба, говоря тихо что-то вроде "Спи". И свет погас.

Глава 33

Глава 33

Когда Хелен пришла в себя в следующий раз, был опять день. Солнце лилось в большие окна, а она лежала и смотрела почему-то в далекий, то есть высокий потолок.

– Хелен, ты слышала, что я сказал? – раздалось рядом.

– А-а? – вздрогнула девушка, повернула голову. – Нет. – Призналась она со смущением.

Разве с ней разговаривали?

Нахмурившийся Лернавай опять сидел в кресле поблизости и, подавшись вперед, внимательно смотрел на нее.

– Что? – не понимала Хелен такого внимания.

– Я спросил, хочешь ли ты увидеть княжну Алемгульдану? Она давно уже рвется навестить тебя. Но если ты против, мы опять можем ей отказать.

– Что? Опять отказать? Княжне? – удивилась девушка. Нахмурилась. – Давно рвется? А сколько прошло времени всего?

– После визита ракасов? – уточнил Лернавай. – Семь дней.

– О-ого! – озадачилась Хелен. – Так много?! Но в прошлый раз вы говорили, что четыре дня...

– В прошлый? – еще больше нахмурился мужчина. – Хелен, вчера я лично говорил тебе, что шесть дней прошло.

– Вчера? Мне? – напряглась девушка. – Разве? Я не помню этого.

Мужчина быстро встал, подхватил с тумбочки стакан с водой, наверное, с водой и пересел на край постели.

– Хелен, тебе нужно выпить лекарство, давай я помогу тебе... – он потянулся, чтобы помочь ей приподняться.

– Нет! А вы уверены, что это не из-за ваших лекарств я ничего не помню? Меня в прошлый раз усыпили! И опять хотите?!

– Хелен, не нужно волноваться...

– Я не волнуюсь! Я ни капельки не волнуюсь! Да я просто в ужасе, что не помню последние дни, когда со мной о чем-то говорили, а я не помню! – сорвалось слишком громко с уст девушки.

Что за дела происходят?

Поверх ее ладони легла тяжелая и горячая мужская рука. Осторожно сжала ее тонкие пальцы.

– Хелен, такое большое потрясение, как нападение... кхм, вполне могло вызвать нарушение твоей памяти, не нужно волноваться. Так бывает. Потеря памяти, я хотел сказать, кратковременная потеря памяти случается даже из-за гораздо меньших происшествий, но потом зачастую исправляется... – стал негромко, ласково, медленно говорить мужчина. – Целители занимаются тобой, мы вызвали лучших, с которыми смогли связаться. Тебе обязательно помогут восстановиться. Главное, что ты жива! Остальное уже не так страшно...

– А если я опять... – Хелен рвано выдохнула. – Кхм, потеряю память? То есть много чего потеряю из воспоминаний?

Или опять умру, а на мое место придет другая попаданка, билось истерикой внутри, но сказать такое дознавателю она не осмелится. А ведь ракас что-то такое пообещал, что помешает ей... мешать их делам! И что именно он имел в виду, если в итоге не убил, не увез, а оставил на месте? Потерю памяти? Точно, он же трогал ее голову перед уходом! И что она забудет? Всё?! Совсем всё? И свой мир? И своих настоящих родителей?

– Ты помнишь, кто я? – вкрадчиво спросил Лернавай, всё еще держа стакан с водой в руках.

– Пф-ф! Вот это я бы предпочла забыть! – вырвалось у Хелен.

Мужчина неожиданно улыбнулся, но тут же смял свою улыбку.

– Видишь, твоя память на месте. И несдержанность в выражениях, к сожалению, тоже. Так что я опять узнаю ту Бальмануг, которую когда-то встретил в академии.

Хелен тоже непроизвольно улыбнулась, хотя та их первая встреча была совершенно неприятна, по крайней мере, для нее. А потом опять напряглась.

– Что значит, вы опять узнаете? А когда перестали узнавать? – уточнила она.

Мужчина вздохнул, стараясь сделать это незаметно, и поднял стакан.

– Давай вначале ты выпьешь лекарство? Уверяю тебя, это не снотворное, а лишь легкое успокоительное. И ты опять называешь меня на "вы", Хелен, мы же договаривались...

Девушка скривилась с сомнением.

– Хелен, выпей лекарство. И я разрешу Тезеру навестить тебя, он тоже давно рвется.

– А Вакрок не рвется? – вырвалось у Хелен.

Прикусила губу, да было поздно.

У мужчины напряглись желваки на челюсти.

– Вот видишь, Вакрока ты тоже помнишь. Так что твоя память в порядке, – каким-то непонятным тоном протянул Лернавай, настойчиво протягивая ей воду.

Пришлось пить.

А затем мужчина действительно позвал Тезера. Долговязый подросток, уже по-взрослому широкий в плечах, но тощий телом, влетел в комнату спустя пару минут.

– Хелен! Ну наконец-то! Ты как? Как ты напугала всех нас! Столько спать! – зачастил парень с самого порога. Подхватил стул, устроился совсем рядом с ее кроватью. – Выспалась? Перестала путаться в воспоминаниях? Расскажи про ракасов! Всё-всё расскажи! Они жуткие, да?

– Тезер! – одернул его Лернавай, отходя и усаживаясь в свое кресло, что было метрах в двух-трех от кровати.

– Что Тезер? Она выжила, будучи совсем рядом с ракасами! И как они тебя не высушили? А ты видела, что они сделали с другими?...

– Тезер! – резко прервал мужчина. – Ты сейчас уйдешь! Нельзя же так!

Хелен приподнялась, забираясь повыше на подушки, но стараясь тщательнее прикрыться спереди покрывалом после метнувшегося к ней взгляда дознавателя. Она была в нижней рубахе, а для приема гостей стоило, вообще-то,