Анастасия Вернер - Артефаки. Часть 1

Мы вместе вышли на семнадцатом этаже и пока шли к кабинету Хуана Хи-хи, Эван тихо сказал:

-- Думаю, скоро Ник пойдёт к Берлингеру с просьбой провести соревнование. Тогда всё будет развиваться очень стремительно, чтобы ни у кого из вас официально не было времени на подготовку.

-- Не переживай, мне очень хочется надрать Нику задницу, -- сказала абсолютно искренне.

-- Готовься. Сегодня я буду смотреть, чему ты научилась.

-- Тебя ждёт много сюрпризов, -- хмыкнула я и свернула за угол, почти приблизившись к кабинету Хауна Хи-хи. Но в последний момент внезапно остановилась и недоумённо посмотрела на Эвана. -- Ты боишься, что я не справлюсь?

Он выгнул бровь.

-- А я должен бояться?

-- Не надо отвечать вопросом на вопрос. Ты говоришь со мной таким тоном, будто не веришь в меня.

Эван тяжело вздохнул. Ещё секунда -- и точно закатил бы глаза. Вместо этого он снисходительно посмотрел на моё лицо.

-- Вот о чём я и предупреждал. Опять забиваешь голову всякой ерундой.

Он повернул ручку двери и зашёл в офис к своему другу.

-- Да ты курсы, что ли, какие-то посещал, чтобы уклоняться от вопросов? -- злобно прошипела я, и, глубоким вздохом призвав себя к спокойствию, тоже зашла следом.

Близились тяжёлые дни.

ЭТАП 7. РЕШАЮЩАЯ БИТВА

Глава 1

Наступил второй месяц лета.

Я периодически видела своего руководителя вместе с руководителем Юргеса. Они общались вовсе не как друзья, даже коллег сдержанная беседа в них выдавала с трудом, просто стояли рядом и перебрасывались парой фраз. Возле чьего-то офиса, в лифте, на входе, на встрече с Берлингером, на посадочной полосе возле лайнера...

Меня не посвящали во все приёмчики, которые Эван обрушил на руководителя Юргеса.

Однако уже через несколько дней Ник подошёл к Руперту Берлингеру с предложением провести битву стажёров между ним и мной. Думаю, отец не отказал себе в удовольствии помурыжить парня, отыгрываясь за тот концерт, что он устроил на мастер-классе. Нет, я вовсе не так хорошо знаю Руперта, чтобы предугадывать его поступки, но я хорошо знаю себя. А мы с ним, к сожалению, очень похожи.

В тот день, когда Юргес решился "раздавить дочурку Берлингера на глазах у всех, возвести себя на пьедестал почёта, заставить самого гендиректора молить о прощении" (именно так я представляю себе его мысли), я убедилась, что размер компании не имеет значения -- слухи в ней будут разноситься со скоростью света.

В столовой ко мне шустро подсел Шэйн и заговорщицки уточнил:

-- Это правда?!

-- Фто прафда? -- прикинулась дурочкой я, не переставая поедать салат.

-- Будет битва?! Между тобой и Юргесом?

-- Какая ещё битва? -- похлопала глазами. Официально меня об этом ещё не известили.

Шэйн недоверчиво пригляделся к моему лицу, но, похоже, я с виду не сильно напоминала хитрого, коварного, мстительного кукловода. Просто девочка, которая напихала салата за обе щеки. Ещё и чаем запила. Чуть не подавилась.

-- Я тебе ничего не говорил, -- опасливо прошептал он и скрылся за дверями столовой, тоже придумав какой-то план действий. У него как раз лицо отражало все мысли.

Спустя два часа меня вызвали в кабинет отца. Там уже собрались все действующие лица предстоящего спектакля: мой руководитель, Юргес и его руководитель.

-- Эрин, ты слышала когда-нибудь о битве стажёров? -- низким голосом уточнил отец.

-- Нет. -- Я изобразила настороженность и покосилась в сторону Ника. Из него, бедного, так и струилось злорадство через все щели.

Пока меня вводили в курс дела, я мысленно представляла себе, что Юргес -- это Древний Бог, в белой тунике он стоял на вершине горы, поставив одну ногу на камень, а руку возведя вверх. Его блондинистые волосы развевались на ветру, на голове был золотистый венок. Низким голосом он кричал людям у подножия, как он их ненавидит, и каждого посылал на три нехороших буквы.

-- Эрин?

-- А? -- Я моргнула, возвращаясь в реальность.

-- Ник хочет, чтобы ты приняла участие в этой битве.

Я повернула голову и в упор посмотрела на Юргеса.

-- Почему? -- обратилась к нему.

Он насмешливо выгнул бровь. Взгляда не отвёл.

-- Считаешь, что лучше меня? -- подсказала ему.

-- Я лучше, -- так, словно это общеизвестный факт, выдал он, -- а вот тебе стоит показать, что умеешь.

-- Отлично, -- хмыкнула я, -- могу показать хоть сейчас. Идём. Я много чего умею, -- сказала очень намекающим тоном.

-- Эрин Берлингер испугалась? -- прищурился он. -- Боишься что-то делать при всех? Почему? Потому что ничего не умеешь?

Я не стала исправлять фамилию -- сейчас не это было важно.

Покосилась в сторону Эвана, увидела в его глазах удовлетворение. Я всё сделала правильно. Если бы согласилась с первой секунды, было бы слишком подозрительно.

-- Дорогой Ник, -- проговорила леденящим тоном, подходя к нему ближе, -- лучше откажись от этой битвы. Ведь тебе придётся опозориться при всех.

-- Дорогая Эрин, -- прошипел он, склоняясь ко мне, -- я втопчу тебя в грязь, и все узнают, что тебя протащили по блату.

-- Посмотрим, -- ядовито выплюнула я.

-- Вы закончили? -- надменно уточнил Руперт.

Мы с Ником повернули головы и "вспомнили", что в кабинете вовсе не одни.

-- Я согласна, -- сказала сухо, глядя на отца. -- Говорите где и когда.

***

Битву стажёров назначили на выходные. Неофициальное внерабочее мероприятие. Я даже немножко расстроилась. В субботу вряд ли кого-то можно вытащить из дома, от заслуженного отдыха ради каких-то понтонутых стажёров никто не откажется.

В связи с этим я ждала дня П (будь не ладен Шэйн и его попадец) не в самом хорошем расположении духа.

-- Что-то случилось? -- спросил Картер, с которым я продолжала работать всё это время.

-- Нет. С чего ты взял?

-- Ты как-то вяло магию расплетаешь, -- сказал он, красноречиво глядя на мои ленивые руки.

-- А ты знаешь про битву стажёров? -- осторожно уточнила я.

-- Шутишь? Кто про неё не знает?

-- Ну, не вообще, а про конкретную бит...

Мне не дал договорить внезапно возникший Шэйн. Он быстро подошёл к нам, поздоровался и стукнулся кулаками с Картером.

Мажорчик хотел идти дальше, но внезапно маг воскликнул:

-- Ой, стой! Я тоже хочу ставку сделать!

Шэйн мгновенно замер, затравленно оглянулся, наклонился к другу и заговорщицки уточнил:

-- На кого?

Картер вытащил карточку и намекающе кивнул в мою сторону.

-- На Берлингер.