Драконий жребий - Мария Голобокова

со мной и показал, как именно стоило сесть, как правильно закрепить и привязать себя, за какие ремни в случае чего хвататься и как двигаться в самом седле. Сложного ничего не было — в случае большой скорости нужно льнуть к дракону, а выпрямляться и смотреть на красоту кругом лучше, когда дракон ловит воздушные потоки и парит. Судя по тому, как вёл себя Рамон, сам он летал не единожды, и это осознание вызвало во мне жгучую зависть.

Когда дракон подобрался к краю плато, сердце ухнуло в живот. Я видела раскинувшуюся под нами горную долину и понимала, что сейчас он прыгнет вниз, расправит крылья… Сейчас всё случится. Вот прямо сейчас, в любой момент. И чтобы не пропустить этот миг, я широко распахнула глаза и боялась сделать хотя бы вдох.

Чем-то происходящее напоминало то, как вагончики американских горок подбирались к вершине и замирали перед резким спуском. Вся разница была в том, что там процесс хоть сколько-нибудь контролировался — рельсами или же пультом управления аттракциона, в конце-то концов. А дракон подо мной — нет. Ничто и никто его не контролировал. У меня и подобия уздечки-то не было, только несколько ремней и верёвки с креплениями, чтобы держаться и не упасть. Вряд ли Ананта чувствовал мой вес или то, что на нём кто-то вообще был.

Не любое же украшение чувствуешь, когда оно висит на шее? Или логичнее сравнивать с одеждой, учитывая странную конструкцию этого седла?..

Ананта словно поджидал момент, когда я устану трястись от неизвестности, и тогда-то можно меня хорошенько напугать. Дракон перевалил за край скалы, и я инстинктивно зажмурилась. Мой визг утонул в звуке ударивших по воздуху крыльев и свисте ветра.

Только когда Шад заворочался под стёганкой, тыкаясь мокрым носом мне в шею, я осмелилась открыть глаза.

Под нами быстро пронеслась, мелькнув, увиденная до этого долина. Цепь горных хребтов, застрявший в низинах туман, вены рек, скопления хвойных деревьев на склонах, скалы, снежные шапки, перевалы, едва проглядывающие тропки, тонкие змейки дыма над небольшим селением, море на горизонте, а потом — раз — и уже под нами. Береговая линия едва показалась, как тут же осталась позади.

Дракон держал путь на север — за горами начиналось море, а уже через него, строго на запад, мы должны прилететь к восточному побережью. Дорогу над морем выбрали не просто так: над землёй пришлось бы держать высоту, да при этом использовать скрывающие чары.

Отчасти стало обидно. Не увижу ничего толком с высоты драконьего полёта. Но, оказалось, отличий от того, что можно увидеть в иллюминатор самолёта, было немного, поэтому особой разницы, море под нами или леса, толком никакой.

Но сами ощущения были иные. Пустота в животе, ставшая осязаемой скорость, щекочущий рёбра страх. Может, и хорошо, что летели над водой — если упаду, больше шансов выжить.

Пока я обвыкалась с тем, каким непонятным всё было, и справлялась со странными мыслями, Ананта летел вертикальными зигзагами — набирал высоту мощными ударами крыльев, а потом планировал к водной глади, проносясь практически над ней. В какой-то момент я поймала что-то вроде такта или волны — когда нужно хвататься за ремни и молиться всем богам, чтобы не слететь вниз, чтобы крепления выдержали, а когда можно садиться прямо и во все глаза глядеть по сторонам.

Море казалось обманчиво однообразным. Солнце пускало блики по тёмно-синей махине, однако постепенно она светлела. В один момент показались, пронеслись мимо и тут же скрылись киты — огромные тела чёрными кляксами висели в воде. Рассмотреть их я не успела, но жалеть об этом не стала. Несколько раз возникали очертания кораблей — угадывались мачты и паруса, но Ананта забирал в сторону от них, делая лихой вираж, от которого сердце из живота падало в ноги.

Из серо-синей водная гладь внизу неожиданно сделалась лазурной — я не успела заметить, когда случился переход. А может, он был слишком плавным. Стали попадаться крохотные острова, окружённые рифами. Кораблей встречалось куда больше, но на сей раз Ананта скрывался от них в облаках. И если бы не тёплая одежда и подаренная Калебом маска, я бы наверняка превратилась в ледышку.

Самой странной за время полёта стала мысль, что, будь это самолёт, а не дракон, я бы могла спокойно подремать.

Вечно на американских горках кататься никто в здравом уме не пожелает.

* * *

Солнце медленно катилось за горизонт — где-то за спиной, за буйной зеленью и пальмами, что тянулись вдоль побережья. Море из лазурного сделалось тёмной громадой, жара улетучилась, а ветер налетал порывами, то и дело меняя направление.

Ничего не делать было скучно, отходить слишком далеко — страшно. Купаться на ночь глядя в море тоже не хотелось, лучше уж с утра. Поэтому я наблюдала.

Наблюдала за природой, за накатывающими на берег волнами, за кричавшими птицами. За Варшей и Шадом, которые, тихо переговариваясь, обустраивали временный лагерь. За тем, как Ананта поначалу сторонился нас всех, а потом скинул рубаху на песок и ушёл плавать. Можно сказать, без лишнего позора сбежал, хотя чёрт разберёт, что в его дурной башке творилось. Я всё ещё не могла простить ему резкого приземления в воду, из-за которого пришлось потратить кучу времени на просушку вещей. Благо, выручила магия, но и без того забот хватало.

И во всех этих заботах я чувствовала себя пятым колесом, не знавшим, куда приткнуться, чтобы принести пользу. Вроде был походный опыт со старшим братом, вроде в Корбенике многому научилась, однако ж Шад отчего-то решил, что не дело меня просить помогать. Наверное, то всё-таки была забота — после долгого перелёта я ходила по земле, подпрыгивая и заплетаясь.

Впрочем, лежать на песке и смотреть в небо мне понравилось. Избавившись от тёплой тяжёлой одежды, расстелив плед, я позволила себе немного подремать.

Не знаю, почему Ананта легко согласился задержаться на побережье. После того, как приземлились, по плану должны были шагать до самого вечера — и либо выйти к какой-нибудь деревушке, либо заночевать под открытым небом. Благо, погода царила отличная, да и жару нельзя было назвать душной или сковывающей. Заминка с искупавшимися в море вещами не сильно нас задержала, и всё же…