Магия сдвигается - Илона Эндрюс

бы сделать это раньше, но не хотела рисковать ее мощью. Мы прошли между колоссальными колоннами в затененный зал, наши шаги громко стучали по полированному камню. В конце зала стоял трон, массивное резное кресло из камня, раскрашенное с кричащей развязностью. На троне восседала женщина невероятной красоты. Ее темные волосы, уложенные искусными спиральными волнами, ниспадали на прозрачное платье бледно-золотистого и голубого оттенка. В ее волосы были вплетены золотые цепочки, на шее висело ожерелье из кроваво-красных рубинов, а левое ухо украшала единственная крупная серьга, которая своей простотой выделялась и казалась неуместной. У трона сидела черная пантера, и женщина гладила голову большой кошки своими длинными ногтями. О боже. Я попала в старый фильм о Синдбаде. Жаль, что монстры не были пластилиновыми.

За троном, размахивая мечами, стояли мужчины. Некоторые были темнокожими, некоторые белее, некоторые одетые, другие почти обнаженные, но каждый был совершенным, красивым экземпляром мужского пола. Я быстро пересчитала головы. По меньшей мере, сорок. У нее была своя личная армия мужчин-моделей.

Я потянулась магией вперед и встретила знакомое сопротивление. Было чертовски много магии, и она была обернута вокруг нее, как щит. Об использовании слов силы непосредственно против нее не могло быть и речи. О нападении на нее прямо сейчас тоже не могло быть и речи.

— Она защищена, — сказал Лютер у меня за спиной.

— Верно говоришь, — подтвердила я. — Джинн вкладывает каждую каплю своей силы в ее защиту. У нас недостаточно огневой мощи, чтобы прорваться сквозь нее. Мы должны заставить ее трансформироваться, чтобы она перестала прикрываться и начала атаковать.

— Это означает, что она должна загадать желание, — указал Лютер. — Если она пожелает, чтобы потолок раздавил нас, мы мало что сможем с этим поделать.

— Ифрит — это древняя сила, — сказала я. — Они не сложны и хорошо реагируют на драму. Ифрит захочет сам разобраться с нами и посмотреть, как мы страдаем. Нам нужно подтолкнуть ее к драке.

Бахир натянул капюшон на лицо.

— Две трети ее тела принадлежат джинну. Предоставьте это мне.

— Нет, пока я не поговорю с ней, — сказал Ник. — Она рыцарь Ордена.

Я взглянула на Кэррана. Он пожал плечами. Мы могли бы подождать пару лишних минут в нашем стремлении умереть, чтобы убедиться, что совесть Ника чиста.

— Помни, он закует ее в металл, — сказал Кэрран. — Чем быстрее мы нанесем удар, тем лучше.

— Может ли ваш меч рассекать металл? — спросила меня женщина-рыцарь.

— Узнаем, — сказала я ей. С меня было уже достаточно гигантов. У меня был сюрприз для джинна, и мне не терпелось им похвастаться.

Мы добрались до трона. Женщина пристально смотрела на нас. Пламя промелькнуло в ее глазах и погасло.

— Тебе следует уволить своего дизайнера по интерьеру, — сказала я ей. Я ничего не могла с собой поделать.

Женщина никак не показала, что услышала меня. Вот в чем беда древних сил — в отсутствии чувства юмора.

— Мило, — сказал Ник, делая шаг вперед. — Ты повеселилась, Сэм. Пора возвращаться домой.

— Я дома, — сказала женщина, и ее голос прокатился по похожему на пещеру залу.

— Это не ты. Это не то, чем мы занимаемся, — сказал Ник. — У тебя есть работа и долг перед Орденом. Ты давала клятву.

— Это я, — сказала она. — Я провела годы, исследуя объекты силы и сопротивляясь их зову. Теперь моя очередь. Я заслужила это. Я достойна.

Ее голос звучал отстраненно, эмоции в нем были приглушены, словно она приняла успокоительное. Ну, еще бы. Саманты тут не было.

— Что происходит, когда магия закончится? — спросила я, снимая рюкзак с плеча. Я захватила последний запас крови нежити. Надеюсь, этого будет достаточно.

— Магия здесь никогда не закончится, — сказала она. — Все удовольствия в этом месте принадлежат мне. Навсегда. Но тебе здесь не место. Это место предназначено только для меня. Уходи, и я пощажу тебя.

— Эй, сучка, — Джордж шагнула вперед, ее голос был резким. — Где Эдуардо?

Саманта уставилась на нее немигающими глазами.

Кожа на руках Ника лопнула. Два зеленых хлыста вылетели из его рук и отскочили от магического щита Саманты. Бывший рыцарь Ордена открыла рот. Ее зубам было не место в человеческой челюсти. Она откинула голову назад и рассмеялась.

— Смейся сколько хочешь. — Бахир откинул капюшон.

— Ты! — прошипела Саманта. Джинн, должно быть, почувствовал его присутствие, но, увидев его, ифрит, похоже, перешел грань.

— Я живу, создание. Я здесь. Я пришел вернуть своего сына.

Магия вокруг Саманты усилилась, закручиваясь в невидимый торнадо. Ее лицо потемнело, глаза загорелись, как два уголька.

— У тебя нет силы победить меня! — закричал Бахир.

Саманта взвизгнула, ее голос резанул меня по ушам.

— Я желаю силы, способной уничтожить моих врагов!

Ветер налетел на меня, отбросив назад. Я полетела, упала, заскользила по полу и перекатилась на ноги. Слева от меня Дерек поймал Бахира в воздухе и поставил его на пол.

Тело Саманты на троне, попавшей в воронку магического торнадо, росло. Ее ноги утолщались, позвоночник вытягивался вверх, руки становились массивными, как стволы деревьев. Ее губы растянулись, обнажив лес зубов, уши удлинились, глаза закатились в череп, превратившись в лужицы оранжевого огня. Потолок над ней раздвинулся, обнажив клетку, подвешенную на толстой цепи. В клетке Эдуардо схватился за прутья и отшатнулся. Он был похож на привидение.

Саманта подняла свои огромные руки с черными ногтями, которые светились на кончиках, к небу и взревела.

Толпа мужчин позади нее задрожала, трансформировалась, и стая львиноподобных существ зарычала в унисон, расправляя массивные кожистые крылья. Мантикоры. Черт.

— Клан тяжеловесных, — взревел Кэрран. — Унижить мантикор.

Медведи-оборотни покрылись шерстью. Мантикоры бросились в атаку, крича и скользя по полу.

— Займите свои места. — Голос Кэррана прорвался сквозь рычание. — Помните о плане.

План. Правильно.

Я бросилась к великанше. Мантикора атаковала меня сверху. Я увернулась в сторону. Когти царапнули по голове, а затем тысячефунтовый белый медведь перепрыгнул через меня, врезавшись в мантикору. Они покатились по полу, рыча. Я продолжила бежать.

Огромные ноги Саманты замаячили передо мной. Мантикора врезалась в меня. Ее когти пригвоздили мою правую руку к полу, пронзив бицепс. Огромная уродливая пасть разверзлась надо мной, пытаясь проглотить мою голову. Я вонзила метательный нож в ее шею сбоку, высвободила лезвие и вонзила его снова. Горячая кровь хлынула на меня.

Внезапно мантикора исчезла, дернувшись в сторону. Я перекатилась и увидела, как Адиб прокусил челюстями шею зверя. Огонь пробежал по его гриве. Его когти засверкали, и яркие искры посыпались с его пушистых боков.

Я побежала за великаншей. С другой стороны три рыцаря двигались в унисон, пытаясь занять позицию.

На бегу