Служба Смерти - Натали Лавру

три часа, чтобы сосредоточиться на решении поставленной задачи.

От безделья я занялась сборами: достала чемоданы и скидала в них нашу с Диланом любимую одежду, которую жаль было бы оставить здесь.

«И отсюда нам скоро предстоит уезжать. Надо отправить вещи в Москву», — рассуждала я.

«Ты становишься такой забавной, когда скучаешь», — улыбнулся мне Дилан, который в это время пил чай в кабинете Альберта Линнемана.

«Ты бы от такого вообще напился», — правдиво и с грустью в голосе заметила я.

«Я уже скоро», — пообещал он.

Визит Дилана к профессору оправдал ожидания. Разговор вышел занятным:

— Как продвигается ваша работа? — осведомился Джон Амаро.

— Сейчас тестируется новый образец. Ожидаем результатов эксперимента. Это очень трудоёмкий процесс. Десятки специалистов следят за реакцией тканей на препарат.

— Странно, почему я снова не вижу здесь вашего сына?

— Он сильно расстроен и избегает меня. Считает, что я скрываю от него правду.

— Но это действительно так! Однако у меня отличная новость для вас: девчонка забрала свои документы из университета и улетела к себе на родину. Сама. Мне даже не пришлось проводить с ней разъяснительных бесед. Так что мы спасли Алекса от большой ошибки. Теперь вы можете раскрыть ему всю правду и перестать мучиться угрызениями совести.

— Увы, тогда он меня никогда не простит…

— О, перестаньте! Он ещё совсем зелёный. Сегодня он думает одно, завтра другое… Главное, что он поверил вам. А мне нужно, чтобы вы работали в команде, чтобы в вашем прорыве была и его капля пота. Я хочу видеть высокий результат!

— Девочка точно не пострадала? — всё ещё маялся сомнениями старик.

— Уверяю вас, нет! Она перебрала алкоголя в тот вечер. Я оставил её ночевать в моём доме, а в воскресенье после завтрака она ушла. Я даже стал свидетелем сцены, как она запустила стаканом в вашего сына.

Профессор почесал лоб, кивая при этом головой, как болванчик.

Дилан продолжил:

— Вам больше нечего опасаться. Их отношения окончательно разорваны. И будьте строже с Алексом: заставьте его работать, иначе превратитесь в прислугу.

— Вы очень проницательны, господин Амаро, — в очередной раз признался Альберт Линнеман.

— У меня богатый жизненный опыт, — довольно улыбнулся инвестор.

— Вы говорили, что у вас нет детей?

— Зато я очень много работал с чужими и научился не сюсюкать с ними. Иначе — провал. Вы меня понимаете?

— Да. И полностью разделяю ваше мнение. После смерти жены я запустил воспитание сына.

— Тогда, думаю, мы договорились. Алекс немедленно должен вернуться к своим обязанностям. Дайте ему понять, что детство закончено. Завтра в шесть вечера я буду здесь и поговорю с ним. А мне есть, что сказать, — на этом Дилан закончил, попрощался со стариком и уехал домой, по дороге завернув в магазин за продуктами.

«Наредкость простой человек», — сказал он про старика.

«Гении обычно чудаки, не от мира сего», — согласилась я.

«Взрыв откладывается на завтра, обрадуй Макса», — сообщил Дилан.

«Он запретил беспокоить его».

«Надо раз и навсегда отучить его от чрезмерной важности, иначе придётся исключить его из команды».

«Только не задирай его!»

«Я закаляю его нервную систему», — посмеялся Дилан.

«Ладно, скажу более доходчиво, если ты не понял: отстань от Максима!!!» — мысленный способ общения не помешал мне чётко отчеканить каждое слово.

«Женщина, ты избаловала сына. Ты видела, что случается с избалованными детьми?»

«Вот только не надо сравнивать его с Алексом!»

«Тогда не повторяй ошибок старика. Если твой сын полез во взрослую жизнь, то пусть она его и учит».

«С тобой сегодня бессмысленно спорить…» — тяжко вздохнула я.

«Потому что я прав», — довольный собой, ответил Дилан.

На ужин мы заказали пиццу, пожарили во дворе шашлыки, чего не делали ни разу за последние как минимум десять лет.

Максима с трудом удалось вытащить на улицу. Его ум был занят поиском сложного решения. От виски он отказался, поэтому весёлой компании не получилось. Даже наши специфические шуточки не забавляли его, хотя именно из-за него мы с Диланом старались говорить вслух.

— Максим, — обратилась к нему я, — ты чем-то недоволен?

— Просто утомление, мама. Всё в порядке.

— Попробуй забыть о делах до утра.

— Зайдёшь ко мне перед сном? — оторвал он от компьютера усталые глаза.

— Да, конечно. Правда, я уже слегка пьяная…

— Врушка, — сказал Дилан, наливая себе очередной бокал.

— Я уже знаю, кто сегодня первым ляжет спать! — ответила я.

— Имею право насладиться спокойным вечером и дорогим алкоголем. Я умею ценить то, на что заработал собственным трудом. Надо будет пожарить шашлык, когда вернёмся на родину.

— На родину — это в Краснодар? — уточнил Максим.

— Сначала в Москву, — ответил Дилан, — потом, если из нас самих не сделают шашлык, — да.

— Я сам поговорю с этим вашим японским дядькой.

Мы с Диланом переглянулись.

— Они знают обо мне, — добавил Максим.

— Но откуда о них знаешь