Екатерина Голинченко - Мелодия Бесконечности. Симфония чувств

— Поплачь, детка, — Марго присела рядом, забрав у девушки туфли, подав вместо них носовой платок, — станет легче.

— Почему я всё это вам сказала? — непонимающе прошептала девушка.

— Потому, что тебе необходимо выговориться, — смуглый мужчина присел рядом и взял её за руку, — Несколько месяцев назад мой отец умер на моих руках — я хорошо понимаю, что ты сейчас чувствуешь.

— Если бы ты их не послушала, то ты бы погибла вместе с ними, но ты выжила — ты невероятно мужественная девочка, — в прихожую спустился доктор.

— Но я ничего не сделала… не смогла помочь, — она поднялась с пола с его помощью, — я должна была… Только голоса, и всё… И мне не забыть их до самой смерти…

— Daijoubu desu (Всё хорошо (яп.)), — сочувственно похлопал её по плечу Джек.

— Это вы ради меня говорите по-японски? — улыбнулась азиатка.

— И смею надеяться, вполне сносно, — подмигнул её соотечественник.

— Arigatou! (Спасибо! яп.) Сенсей, я… — она продолжала дрожать, — Ваши шрамы… — пару раз Мей видела этого мужчину с Ондзи и тем смуглым симпатягой, который привел её в этот странный дом, где принято любить и заботиться друг о друге, совсем как в её доме когда-то — и воспоминания пришли теплые и обволакивающие, будто закутываешься в знакомый теплый плед, к нему иногда обращались «док», из чего она заключила, что он — врач.

— Тебя ещё не было на свете, а я не знал, для чего жить дальше после смерти родителей, но надо продолжать жить, — пережив смерть своих близких, Джек знал, о чем говорил, и что может чувствовать сейчас девочка, — Твои родители хотели бы именно этого. Жизненные испытания могут либо сломать нас, либо сделать сильнее — какой вариант предпочтешь ты? А если захочешь поговорить, то просто знай, что мы рядом.

— И тогда вы решили стать врачом — чтобы спасать, — в ответ японец утвердительно кивнул.

— Ты всё сделала правильно, ты умница, — успокаивала её Марго.

— Но я ни чем, не помогла, — девушка замотала головой, — А теперь мне страшно и за себя. Если они знают, что я жива… Я сбежала, и оказалась здесь… во Франции, так далеко от дома. Ондзи-сан согласился взять меня с собой, выдав себя за моего дядю.

— И тебя не ищут? — поинтересовался Джон.

— Не знаю, — Мей пожала плечами, — я сменила номер телефона и перестала вести свои аккаунты в социальных сетях.

— Господин Ондзи тебе не родственник, кто из близких у тебя остался? — Джон с интересом и беспокойством посмотрел на неё.

— Только настоящий дядя, родной брат отца, — буркнула девушка.

— Он знает, где ты? — продолжил спрашивать мужчина.

— Я не знаю… — снова замялась японка.

— Тогда сделаем так — пока поживешь у нас, с Ондзи мы, я думаю, договоримся, — мужчина кивнул, — И о переводе в другую школу тоже можем договориться. Это очень хорошая школа, поверь мне.

— И что? Собираетесь сделать из меня пай-девочку? — вызывающе насупилась маленькая японка, — Уже слишком поздно.

— Ну, уж это вряд ли — у меня хватает, кого воспитывать, — подмигнул Джон, вспомнив сына, Адельку и смерив взглядом живот жены, — А тебе стоило бы позвонить дяде — он твой родной человек и наверняка волнуется за тебя, глупышка.

— Даже, не знаю, — азиатка поморщилась, — после всего… своим поведением я опозорила свою семью, не думаю, что он будет рад меня видеть.

— Не настолько же, чтобы выгнать? — усмехнулся мужчина, улыбаясь своими удивительными глазами.

— С вами мне спокойнее, — Мей осмотрелась и заискивающе закусила губу, — Пожалуйста…

— Завтрак готов — мы с Джасси как раз закончили, — раздался веселый голос Даниэллы, приглашающей в столовую, — Прошу всех к столу. Сэндвичи, круассаны и кофе с молоком, а детям — молочные хлопья.

— Совсем как в моём детстве, — Мей потянула носом завлекающие ароматы, доносившиеся из кухни, — А вы забавные, правда.

— Ребята, познакомьтесь, это Мей, — Марк представил девушку, проводив её на кухню.

— Ну, что, останешься? — примирительно улыбнулся Джон.

— А я смогу навещать красавчика? — хитро сощурилась японка.

— Что скажешь, парень? — Джон повернулся к Марку.

— Если девочка не испугается, что на неё ополчатся мои поклонницы, — Марк потрепал ей челку.

— Вот ещё чего, — фыркнула Мей, задрав нос и ущипнула юношу за щеку, — С чего бы мне бояться этих куриц?

Сказать по чести, некоторых стоило бы бояться — иногда привязанность и поклонение бывают весьма болезненными, поклонницы — неуравновешенными, а их одержимость — навязчивой и неудовлетворенной, и тогда может грянуть взрыв, сильный и оглушительный, и кого-то может задеть не просто по касательной, а напрямую…

От распространяющегося аромата и тепла от протянутой ей керамической чашки кофе с молоком и корицей, защемило в груди, и внутренний лед на сердце начал медленно плавиться, стекая по щекам солеными дорожками, а на душе стало так печально и сладко одновременно.

— Марк, на два слова, можно? — Джон остановил юношу, пока остальные располагались за завтраком на кухне, глядя на него своими проницательными глазами, — Слушай, а ты, похоже, очень понравился ей, парень. Ты уверен, Марк? Если ты не сможешь её вытащить, то это добьет девочку. Будь осторожен.

— Именно поэтому — это должен быть я, — уверенно тряхнул головой парень, — Только я сумею…

— Даст Бог, это поможет и тебе самому, — кивнул Джон.

— Эй, ты что? — удивленно воскликнула японка, отобрав у Маргариты чашку с её любимым напитком, — Поставь назад кофе. Давай я лучше сделаю тебе зеленый чай с жасмином и мятой — моя мама такой любила, когда ждала моего брата, когда была ещё жива… — девушка крикнула в прихожую, — Слушай, дядя, ты следил бы за тем, что твоя женщина употребляет. Что бы вы без меня делали? Смотрите и учитесь, — она принялась хозяйничать, перебирая пакеты с чаем в кухонном шкафчике, — О, а вот и он — я отлично готовлю такой чай.

— Спасибо, Мей, — Марго благодарно улыбнулась, — Я, правда, очень тронута.

— Да не за что, — та сперва усмехнулась, потом чашка вдруг выскользнула из её дрожащих пальцев, — Я, я… — нахлынула волна удушливых воспоминаний, и девушка слишком сильно вцепилась в плечи Маргариты.

«В одиночку мы можем так мало, но вместе — мы можем так много».

Ту же ночь, что Мей провела на диване в гостиной на коленях Марка, светловолосая Аманда провела в своей квартире, наедине с мыслями о другом конкретном мужчине — в окно клуба она видела, как этот смуглый красавец отбил девушку у насильников — её знакомую Лали-Мей, и увез с собой. В тот момент она даже позавидовала этой японке — как бы ей хотелось оказаться на её месте.