Жена из забытого прошлого - Татьяна Андреевна Зинина
Я благодарно кивнула, он снова ответил улыбкой, и мы пошли дальше.
Правда, по мере приближения к тому домику, где мы с мамой заняли комнату, Кай всё больше хмурился, а когда я остановилась у входа без двери, на его лице отразилась гримаса растерянности и негодования.
– Ничего не говори, – опередила я его. – Других вариантов у нас не было. И мы тут живём не вдвоём, а несколькими семьями. От тьмы укрываемся защитным куполом, едим вскладчину. И за жильё платить не надо. Но скоро эпопея с поступающими закончится, и в городе освободятся комнаты. Тогда и переедем.
– Ты будешь жить в общежитии. А твоя мама… уедет? – спросил Кай.
– Нет, останется в Карсте. Хочет поискать работу здесь.
– Я могу спросить у знакомого целителя, не нужна ли ему ассистентка, – вздохнув, сказал Кай и растерянно посмотрел на двухэтажное здание без двери и стёкол в окнах, где всё равно горел свет.
– Спасибо. Ты чудо, – я приподнялась на носочки и коснулась губами его щеки. И сразу поспешила отодвинуться, потому как на талию тут же легла мужская рука.
Кай вздохнул, но даже не попытался меня удержать. Он снова перевёл взгляд на дом и выглядел при этом по-настоящему растерянным.
– Не могу я тебя тут оставить, – признался он, будто бы действительно за меня переживая. – Здесь вообще находиться вредно, не то, что жить. Влияние тёмной магии колоссальное.
– И всё же я останусь, – рука сама потянулась к его пальцам, но он, словно почувствовав, поймал мои первым и переплёл со своими.
– Я мог бы позвать тебя к себе, но ты же снова начнёшь сомневаться и поймёшь всё неправильно, – проговорил удручённо.
– Давай сейчас просто разойдёмся. Я пойду к маме, а ты – к себе. Со мной ничего не случится.
Кай с шумом выдохнул, посмотрел на усыпанное звёздами тёмное небо и снова обратил взор на меня.
– Глупость какая-то, – сказал он тихо. – Я тебя второй раз вижу, а отпустить не могу.
Не знаю, как, но я чувствовала, что он не врёт.
– Кажется, мне начинает нравиться твоя обнажённая честность, – проговорила я с улыбкой.
– А мне нет, – ответил он с показным раздражением и всё-таки отпустил мою руку, правда, при этом не сдвинулся ни на шаг.
– Иди, Кай.
– Поцелуй ещё раз, и пойду, – произнёс он решительно, а мне стало смешно.
И всё же я выполнила его просьбу, правда, в этот раз коснулась губами другой его щеки, а на лице Кая расцвела довольная улыбка.
– Спокойной ночи, Карин, – проговорил он, отходя назад, но не отворачиваясь. – Пусть тебя не коснётся тёмная магия, и снятся только хорошие сны.
– Спокойной ночи, Кай…
– Моё имя Кайтер, – представился он, продолжая отступать. – Можешь звать меня, как нравится.
– А ты можешь звать меня Ри. Сладких снов, Кайтер.
Он улыбнулся на прощанье, махнул мне рукой… но ушёл, лишь когда я скрылась в дверном проёме. И даже после его ухода я не могла перестать улыбаться, а чувствовала себя так, будто у меня появилось несколько тысяч маленьких крылышек, и они сделали меня лёгкой и воздушной.
Не знаю, причина в Кае или в поступлении, но перед мамой я предстала совершенно счастливой, а в душе появилась уверенность, что всё в моей жизни теперь обязательно наладится.
ГЛАВА 4. Студентка
Теоретический экзамен я сдала легко и просто. Уже после обеда мне выдали документ о зачислении, а вместе с ним – ключ от комнаты в общежитии и даже комплект формы. И, казалось бы, я должна была радоваться… Да только до сих пор не могла поверить, что всё происходящее – реально. Мне казалось, что в любой момент, вот прямо сейчас, ко мне подойдёт охранник или кто-нибудь из преподавателей и скажет, чтобы я выметалась из академии, не занимала место того, кто куда больше достоин здесь учиться.
Я, как могла, старалась гнать от себя эти мысли и первым делом решила всё-таки посмотреть на выделенную мне комнату.
Она находилась на втором этаже и была рассчитана на двоих. Здесь стояли две узкие кровати, на которых громоздились скрученные старые матрасы. Единственное окно закрывала короткая цветастая штора, у высокого шкафа отсутствовала дверца, но зато рядом с длинным письменным столом обнаружились два совершенно целых стула. А ещё тут имелась маленькая уборная с унитазом и умывальником, что искренне меня обрадовало. Правда, в душ всё равно придётся ходить вместе с другими обитателями этажа, но это мелочи.
– Красота, – улыбнулась я, уже представляя, как всё тут отмою, отремонтирую, повешу на стены свои рисунки. Будет хорошо и уютно.
Хотелось сразу же приступить к делу, но с этим пришлось пока повременить. Сначала следовало сообщить маме о поступлении, ведь она совершенно точно переживает. Я даже решила остаться с ней, пока мы не найдём для неё более подходящую комнату.
Но в ответ на моё заявление мама сказала, что мне нужно осваиваться в академии, и настояла на моём немедленном переезде в общежитие. Мы даже поспорили, но сошлись на том, что сегодня же найдём ей жильё.
И ведь действительно нашли, хоть этому и пришлось посвятить почти весь остаток дня. Зато поселилась моя родительница всего в двух кварталах от академии. Да, квартирка оказалась маленькой, но зато со своей кухонькой и личной ванной.
– Мне хватит, – улыбнулась мама. – А как найду хорошую работу, может, и перееду в более удобное место. Не беспокойся обо мне. Справлюсь.
Эту ночь я провела в своей новой комнате в академии. Весь следующий день посвятила наведению порядка. Всё вымыла, вычистила: что-то магией, что-то пришлось оттирать руками. Но зато к вечеру спальня стала куда уютнее, у меня даже осталось время, чтобы немного порисовать. И я честно собиралась изобразить пейзаж, но так сильно ушла в себя, что не сразу поняла, что именно рисую. А увидев получившуюся картину, не смогла не улыбнуться. На ней был изображён вечерний Карст, точнее, аллея, ведущая к воротам академии. По бокам высились величественные сосны и раскидистые пальмы, горели фонари. А на дорожке, держась за руки, стояли темноволосый парень в тёмно-сером костюме и девушка-шатенка в широких брюках и серой потрёпанной рубашке. Лица были изображены расплывчато, я не стала вдаваться в детали. Но всё равно узнала в персонажах рисунка себя и Кая. Кайтера.
Интересно, где он сейчас? Что делает? Вспоминает ли обо мне, или уже забыл и нашу встречу, и свои обещания? А может, сидит дома, пьёт
