Зимние чары Эллис - Елена Милая

— Да это я, я, — огрызнулась Эллис. — Продолжайте трапезу и не пяльтесь.

— Ты чего так вырядилась? — озадачилась Сабри, изумленно хлопая длиннющими ресницами, которые она наращивала с помощью магии. — Тебя правда Викки покусала, что ли?

— Нет, просто мне на время надо притвориться обычной девушкой, — пояснила Эллис, берясь за кофейник. — Сегодня отправляюсь на дело.

— С тем симпатичным господином? — подозрительно уточнила мать.

— Ты про болтливого мужчину в черном пальто, что был день назад? — опуская глаза, спросила Эллис. — Ну, если считаешь его симпатичным, то дело твое. По мне так он очень раздражающий.

— Да, и поэтому ты так ответственно подошла к своему делу… Не знаю даже, к какому… — протянула Ровена, хищно улыбаясь.

Эллис напряглась. Когда мама так улыбалась, это означало, что она тебе не верит и будет расспрашивать. Или сделает вид, что поверила, а сама начнет пристально следить. Эллис следовало быть осторожной.

— Я всегда ответственно подхожу к своим делам, — отмахнулась она. — Так что занимайтесь своими заказами, а ко мне не лезьте, — отрезала ведьмочка, но, заметив, как строго на нее поглядывает бабушка, мягко закончила: — Дорогие любимые родственники.

— Как скажешь, деточка, — хитро улыбнулась старая ведьма Агнесса, раскрывая газету и больше не участвуя в разговоре.

— Конечно, не сомневаюсь в тебе, дочь моя, — хмыкнула Ровена, тоже увлекаясь своим завтраком.

— Если что-то понадобится, обращайся, сестренка, — доброжелательно улыбнулась Сабри, а затем, немного подумав, все-таки уточнила: — Только вот одна загвоздка. Ты Фирча с собой берешь или нет?

— Как без него, — озадачилась Эллис. С тех пор как фамильяр появился в ее жизни, она никогда не выходила без него на улицу.

— Ну… ты бы задумалась. Обычные девушки с черным вороном на плече не ходят. Вся маскировка полетит по швам.

Эллис вдруг поняла, что Сабри права. И, удивленно моргнув, посмотрела на своего верного друга.

— Только не говори, что я буду мерзнуть за дверью, — ворчливо отозвался ворон, сидевший на подоконнике.

— Мысли читаешь, дружочек… — опечалилась ведьма.

— И не заявляй мне после этого, что он тебе не нравится! Больно стараешься!

Все оставшееся время завтрака Эллис спорила со своим вороном, не замечая, как снисходительно посматривают на нее домашние.

— Вот и еще одна моя дочь ускользает из-под крыла… — грустно прошептала Ровена, помешивая ложечкой давно остывший чай.

***

Возле знакомого крылечка Эллис оказалась ровно в два часа дня, ни минутой позже. Это тоже было для нее в новинку. Обычно ведьма опаздывала хотя бы на пять минут. И дело было вовсе не в том, что она копуша, а просто ей так нравилось эффектно и гордо появляться с небольшим опозданием.

— Кар! Знай, что я обиделся! — Ворон демонстративно сел на перила и отвернулся.

— Не ной, я скоро выйду! — примиряюще бросила ему ведьма и, глубоко вдохнув-выдохнув, сжала кулачок, чтобы постучаться.

Дверь с резной ручкой в форме львиной головы открылась после первого стука. Хозяин, широко улыбаясь, предстал перед ней в черных брюках и белой рубашке. Эллис почувствовала, как по телу разливается странное тепло. Раньше ее сердце от вида симпатичных мужчин не дрогнуло бы, а когда клиентки рассказывали ей про бабочек в животе, она лишь морщилась. А теперь… Что же это? Не к добру…

— Госпожа ведьма! — радостно поприветствовал ее Николас, но затем, окинув Эллис взглядом с ног до головы, добавил: — Хотя сегодня ты похожа на нормальную. Что случилось? Только не говори, что все вещи в стирке и ты одолжила наряд у соседки.

— У младшей сестры, — огрызнулась Эллис, задетая словом «нормальная». Пальцы у нее даже свело от едва сдерживаемого заклинания немоты. — Ты зачем так громко обзываешься? Нас ведь могут услышать.

— А что, у вас в семье не все ведьмы? — удивился мужчина, отступая в сторону и приглашая ее войти.

— Да так, затесалась одна белая магичка, — нехотя призналась Эллис. — Понимаю теперь, почему твои услуги пользуются спросом. У тебя какой-то дар вытягивать из людей все подробности… Только и знаешь, что задаешь вопросы. Так, объясни, почему мы одни дома?

— Как догадалась? — фыркнул Николас.

— Учуяла, — мрачно произнесла ведьма. — Куда этот парень опять подевался?

— Признаться, он и не возвращался, — вздохнул Николас. — Написал, что у них с госпожой Фостер какое-то очередное культурное мероприятие. Не успел тебя предупредить — думал, ты уже в пути.

— Точнее? — потребовала Эллис, быстро обдумывая план действий.

— Они ушли в театр.

— Какой?! — строго спросила она.

— Только не говори, что отправишься за ними! — воскликнул Николас. — Я не люблю такие мероприятия. Дико скучно, темно, и все равно ничего не разглядишь! Да и через час он закончится. Мы не успеем их поймать. У тебя кристалл перемещения есть? Вот и у меня нет. Лучше позволь угостить тебя чаем, а слежку устроим в другой раз.

— Никакого другого раза! Я придумала! — Эллис, игнорируя попытки мужчины усадить ее за уютный столик, радостно щелкнула пальцами. Николас испуганно отпрянул от огненного всполоха: магия у Эллис была под стать хозяйке — очень резкая и вспыльчивая.

— Боюсь спросить, что за идея посетила эту хорошенькую головку, — вздохнул Николас, пододвигая Эллис тарелку с аппетитными бутербродами. — Они с икрой, кстати. Правда, не жабьей…

— Это не смешно, — покачала головой ведьма, но бутерброд все же взяла с удовольствием.

— А где твоя нервная птичка? — поинтересовался вдруг хозяин. Казалось, он совсем не переживает, что ведьма так и не выполняет свое поручение. Даже как будто тянет время…

— О, спасибо, что напомнил. Фирч, ко мне!

Черный ворон материализовался прямо в воздухе. Довольно каркнув, он тут же занял привычное место на плече своей хозяйки и подозрительно уставился на стол, словно раздумывая, что ему можно попробовать.

— Пора привыкать к твоим причудам, — философски пожал плечами Томсон. И гостеприимно предложил фамильяру: — Угощайся, пернатый.

— Кар! Передай, что он ничего так!

Какое-то время ведьма и ворон с аппетитом обедали, а хозяин дома с улыбкой за ними наблюдал. Затем, когда тарелка с бутербродами опустела, он с любопытством поинтересовался:

— Так что ты там придумала?

И тогда ведьма, дожевав бутерброд, запила его сладким чаем