Навязанная, беременная, моя! - Алиса Ганова

Ответа не последовало. Я отошла с дорожки под сень вьющейся арки и погрузилась в воспоминания вечера.

Смотреть на посла в компании знойной красотки было неприятно. Тринарка жеманно касалась его, Роберт ей улыбался… Они мило ворковали, а я перебирала в памяти его слова, сказанные мне, взгляды, что он бросал на меня, и чувствовала, как сердце сжимается от боли.

Зачем давал ложную надежду, если у него есть невеста? Если любит её, как посмел насмехаться надо мной, княжной?

Поёжилась от ночного, влажного воздуха и ощутила, как на плечи опустился плащ.

– В полнолуние луна особенно прекрасна. Любуетесь? – Внезапное появление гхарта Роберта удивило. И обрадовало.

– Вы? Я думала, это Свена вернулась.

Глубокие тени падали на наши лица, придавая встрече мрачности, загадочности. Ощущая исходящий от плаща приятный терпкий запах гхарта, я испытывала неловкость. Следовало уйти, но я медлила, желая узнать, зачем он пришёл сюда? Зачем последовал за мной?

Гхарт Роберт молчал.

– Благодарю. Луна воистину прекрасна. Но я уже собиралась уходить. – Потянулась к плащу, чтобы снять его и вернуть. Но гхарт сделал шаг, и мужская горячая ладонь легла на мою талию.

Внезапная близость наших тел напугала и взбудоражила. Я замерла от потрясения, но придя в себя, упёрлась руками в широкую грудь гхарта, что часто вздымалась от порывистого дыхания.

– Не уходи… те. – Гхарт Роберт навис скалой, не позволяя отстраниться.

Он пронизывал меня взглядом потемневших глаз, на его висках блестели бисеринки пота. Выглядел гхарт странным, исступлённым. Я чувствовала, что надо уходить, что до добра наша поздняя встреча не доведёт, но не смогла бы убежать, даже если бы попыталась вырваться изо всех сил. Мы стояли слишком близко друг к другу, его руки оплели столь крепко, что я грудью ощущала его каменные мышцы.

– Что ты со мной сделала? – Он коснулся пальцем моей щеки, провёл по ней лаская, спустился к шее, подбираясь к ключице.

Догадка, что с ним происходит, повергла меня в оторопь.

– Вас ждёт невеста! – Повела плечами, сбрасывая его руку.

– Ты ко мне не равнодушна…

Он смотрел в глаза и был настолько хорош в порыве дерзкой, бесстыдной страсти, что я не могла оторвать от него взгляда. От пылких признаний по телу растекался огонь. Я слушала, дрожала и молчала, пока гхарт внезапно не притянул меня к себе ещё крепче.

Ощутив силу необузданной мужской страсти, я испугалась, забилась в сильных, натренированных руках воина, и вдруг ощутила лёгкий, нежный поцелуй на виске.

Вздрогнула от волнующе-приятных касаний губ и как будто опьянела от охватившего меня чувственного томления.

– Не надо. – Понимая, что ещё немного, и я отдамся порыву без сожаления, закрыла лицо руками.

– Лиэн… – Ладони гхарта заскользили по обнажённой коже спины, приятно поглаживая, массируя. Касания оказались настолько приятными, что я едва не заурчала как довольная кошка.

Он продолжал наступать. Его близость пришлась мне по вкусу, я распалялась сильнее. А когда его губы заскользили по плечам, сильные руки обхватили талию, чувственно выдохнула.

Услышав стон, гхарт схватив меня за затылок. Заставил поднять голову и впился губами в мои губы. Нагло, жёстко, причиняя сладкую, мучительную боль.

Ещё сохраняя остатки здравомыслия, я укусила его. Он взревел подобно разъярённому дикому зверю и, резко опустившись на траву, усадил меня себе на колени. Его желание было настолько очевидным, что сомнений не осталось.

Я начала вырываться, при этом желая остаться в неистовых объятиях гхарта.

Он жадно притянул меня к себе и обжёг поцелуями кожу.

Ладони гхарта скользили по телу, обжигая лаской, пятная грехом, клеймя позором, разжигая бурю, заставляя дрожать и дразнить его бесстыднее.

– Я больше не могу быть нежным, – хрипло прошептал гхарт Роберт, обезоруживая меня признанием. – Не могу сопротивляться жажде. Не могу быть собой. Я околдован тобой. Ведьма!

Грубые поцелуи сменялись нежными, потом снова грубыми, ненасытными, болезненными и такими желанными.

Я укусила гхарта. А ощутив вкус его крови, как голодная, дикая волчица стала распалять до предела, чтобы эта ночь навсегда осталась в его памяти.

Он сжимал меня в объятиях так, что я не могла дышать. Шептал, что я ему нужна как воздух, пока наши дыхания не стали едиными…

Я не ведала, что творила. Лишь когда пришла в себя, лёжа в траве, ощущая боль в теле, поняла, что наделала.

Испугалась, но если бы имела выбор, не отказалась и повторила вновь то, что между нами случилось, потому что была не в силах отказаться от неистовой страсти, которой так жаждала.

Выскользнула из рук обессиленного Роберта. Стараясь не издавать лишних шорохов, поправила платье, разорванный лиф. Причёска тоже растрёпана, но через тайный ход я смогу украдкой добраться до своих покоев.

Гхарт Роберт тяжело и сбивчиво дышал, раскинувшись на траве. Осознав, что между нами произошло, медленно сел, поднял руки и сжал голову, сожалея о случившемся.

– Можете не провожать, – холодно бросила я и побежала по дорожке, пока кто-нибудь не стал свидетелем моего позора.

* * *

Я успела умыться, снять порванный лиф платья, когда запыхавшаяся Свена, с туфлями подмышкой, примчалась в покои.

– Лиэн! – выдохнула она, задыхаясь из-за пробежки. – Я уж думала поднять стражу.

Немолодой наставнице тяжело бегать по лестнице. Мне стало жаль её, но чтобы скрыть правду, выпалила беззаботно:

– Замёрзла и вернулась в покои.

К моим словам можно было придраться, но Свена обрадовалась, что я в безопасности, и не обратила внимания.

– Храни тебя, дитя, Светлая. Я так испугалась. – Очертила на мне защитный круг и от усталости плюхнулась в кресло.

Первым порывом было броситься, обнять наставницу, но тогда бы она ощутила запах тринарца, что остался на мне, начала задавать вопросы. Поэтому я тепло улыбнулась.

– Благодарю, лиера Свена за заботу. Вы очень добры. Никогда не забуду ваши старания.

Свена попыталась встать на ноги, чтобы помочь переодеться, как вдруг спохватилась:

– Княжна, вы больше не вернётесь в зал?

– Мне что-то нехорошо.

– Лекаря?

– Не надо. Я просто устала.

Служанка так и передала князю, и меня в эту ночь более не тревожили. А на следующий день тринарцы уезжали.

Леонид организовал посольской процессии торжественные проводы. Вместе с отцом вышел на крыльцо замка. Там они обменялись с послами памятными подарками. Произнесли важные речи…

Я же, сославшись на недомогание, стояла у окна и смотрела, как гхарт Роберт помогал невесте сесть в карету. Потом сам сел на коня.