Одержимость Темного лорда, или Полнейший замуж! - Елена Амеличева

в наличии, и спустилась в гостиную – при помощи девушки с рожками из заклинания.

Там меня ждал сюрприз.

– Доброе утро, госпожа Честэйн! – громыхнули выстроившиеся в ряд слуги.

Едва от испуга не дав деру обратно по лестнице, я нервно сглотнула, глядя на них. И сколько же они тут стоят, как солдаты, выстроившись, будто по линеечке? Все ждали, бедные, пока гостья соизволит продрать бессовестные очи и, наконец-то, спустится к завтраку? Или хотя бы к обеду. Стыдненько.

– Доброе утро… всем, – откашлявшись, сказала я и растерянно посмотрела на них, не зная, что делать.

У меня никогда не было целого штата прислуги!

– Давайте знакомиться с будущей леди Даркрэйн, – пришла мне на помощь Талиана, вовремя вплыв в гостиную.

– Старшая домоправительница Ядвига Надар, – представилась первой суровая на вид седовласая дама с поджатыми губами.

У нас в замке тоже была такая. Даже дядя ее опасался. Няня посмеивалась и говорила, что он старается дружить с человеком, у которого на поясе бренчат ключи от винного погреба.

– Рада познакомиться, госпожа Надар, – заверила ее я.

Представление – хм, в обоих смыслах слова – продолжилось. Я лишь кивала, слыша очередное имя, и понимала, что и треть не упомню. В голове засела лишь домоправительница с хищным взглядом ястреба и так плотно сомкнутыми губами, будто она ими муху поймала и теперь боится выпустить. А еще запомнилась повариха – как и водится, пышная, круглолицая, румяная и, сразу видно, добрая. Мария Антони. С ней непременно подружимся.

А вот куча девиц-горничных с кружевными белыми передниками слились в одну подобострастно улыбающуюся массу. Как и одетые в желтые ливреи парни-лакеи с тщательно зализанными назад волосами – ощущение, что если прикоснешься к голове, руку придется битый час от жира оттирать.

К тому моменту, как глуховатый старичок-садовник остался позади и мне в ответ засверкали зубками мальчишки-помощники всех тех, кого я прочно забыла до того, мои глаза, должно быть, были по размеру с чайные блюдца.

– Не переживай, со временем всех запомнишь, – шепнула мне на ушко Талиана, снисходительно усмехнувшись. – Личную служанку леди выберет себе сама, – громко провозгласила она, и горничные подобрались, как борзые, ожидающие команды. – Я не стала своевольничать, чтобы ты не думала, что мне хочется отнять у тебя твое право будущей хозяйки дома, Леона.

– Очень вам благодарна за понимание, – я облегченно выдохнула.

– Не выкай, очень прошу, – напомнила она. – Моя роль сводится к тому, чтобы помочь тебе, а не усложнить жизнь, – бывшая мачеха Даркрэйна взяла меня под локоток. – А теперь пойдем завтракать. Дэмир улетел по делам, так что сможем посекретничать о своем, о женском.

– Улетел? – уточнила я, заняв место во главе огромного стола, за которым могли бы трапезничать десятки человек.

– Горный регион довольно обширен, милая, – Талиана села рядом и, красиво взмахнув фигурно сложенной салфеткой, уложила ее себе на колени. – В его подчинении губернатор, мэры, старосты и множество простого люда. И это не считая прочего управленческого аппарата, а также армии. Он вечно в делах.

Ну да, не мужчина, а шмель. Я вздохнула. Мне бы тоже хотелось какое-то дело. Просто так сидеть, изнывая от скуки, целыми днями, не хочется.

– О, ты уже соскучилась по нему? – женщина умиленно улыбнулась, славно промахнувшись в том, что означает моя реакция.

Разуверять ее я не стала. Так у нее не появится оснований бдить за каждым моим шагом, а мне будет проще подготовиться к побегу.

Изысканный завтрак пролетел незаметно за неспешным разговором. А после него мы отправились гулять. Или уж, точнее, знакомиться с окрестностями.

***

Выйдя из замка с внутреннего выхода, мы миновали подвесной мост и направились к озеру, обрамленному деревьями с листвой лимонного, ржаво-красного и оранжевого цветов. Но ведь лето же? Я хмыкнула. Мое удивление не укрылось от внимательной Талианы.

– Их обработали магией, – пояснила она. – Дэмир любит осень.

Вот ведь сильные мира сего, надо же! Любим осень – сделали себе вечную осень. Ну, не зиму с лютыми морозами и истеричными метелями, и то ладно. Иначе мы с Кристианом, сбегая, могли бы сгинуть в ближайшем сугробе, так и не добравшись до храма, где проведенный брачный ритуал навсегда избавил бы меня от навязанного жениха.

Я оглянулась на замок. С этой стороны было видно, что он поднимался ввысь из цельного монолита скалы, которая каменной «юбкой» обрамляла низ, местами поросший темно-зеленым плющом. Величественное строение красиво тянулось к безмятежно ярко-голубому небу. Клыки гор вдалеке будто распахнутым зевом капкана обрамляли все вокруг. Того капкана, в который я угодила.

Глава 14

Зачем я Даркрэйну? С его положением и состоянием он бы без малейших проблем нашел девушку себе под стать, которая и рада была бы стать его леди, и потянула бы «командование» такой махиной. А мне больше по вкусу небольшое поместье Кристиана – уютное, домашнее, с тремя подслеповатыми тетушками, их мужьями и двумя десятками собак разного калибра.

Но кто бы спросил девицу Честэйн, как она изволит видеть свое будущее, черта с два. Лучше прилетим на ящере, заберем невесту с собой, а на следующий день умчимся по делам. Выплывай, милочка, сама!

– Зачем я ему, Талиана? – не удержавшись, спросила, когда мы прошли через подвесной мост.

Посмотрела на женщину, которая вышагивала по шуршащим листьям как по бальному залу, с царственной осанкой и играющей на губах легкой улыбкой. Само небо любовалось ею, воистину!

– Почему он хочет взять в жены именно меня?

– Это тебе лучше спросить у него, – невозмутимо отозвалась она.

Значит, что-то все-таки есть, какая-то причина, раз его бывшая мачеха не разуверяет меня.

– Спасибо что не лжете, – задумчиво посмотрела на черную реку, которая кнутом вилась между виноградников. – А у Даркрэйна есть еще какие-нибудь родственники?

– Нет. Его мать погибла, когда он был мальчиком. Отец умер не так давно. А больше никого нет. Осталась только я, но меня и родственницей не назовешь, хотя я люблю его как сына, и очень прошу тебя, Леона, не заставляй его страдать.

Она пытливо уставилась в мое лицо, будто прекрасно знала о готовящемся побеге.

– Он тот еще упырь. Нелюдимый, закрытый, порой слишком прямолинейный и упрямый до безобразия, но, – на ее губах снова заиграла улыбка, – у него пылкое сердце. Я давно надеюсь, что он найдет ту, которая взрастит в этом сердце любовь. Ему нужна семья, Леона. Хотя он утверждает, конечно же, что ему никто не нужен, как и многие мужчины.

Она посмотрела ввысь, на выплывшие на небосвод две луны, и лишь тогда стали