Проклятье медведей - Кимбер Уайт

Ведьма была права, что мне нечего делать на землях Солт-Форк. Попасться ей на глаза было слишком неосторожно. Но теперь, когда я это сделал, можно просто использовать это в своих интересах. Конечно, мне не следовало приближаться к этому месту, но она ударила первой. Если бы она была умна, ей пришлось бы беспокоиться о том, что может случиться, если я решу призвать остальные кланы для расплаты. Она могла бы позвать на помощь своих людей, когда позвонил ее отец, но она этого не сделала. Может, мне это как-нибудь пригодится.

Я чуть не выпрыгнул из кожи, когда в заднем кармане зазвонил мой собственный телефон. Выглянув в окно в поисках каких-либо признаков ее присутствия, я ответил и прижал его к уху.

‒ Да.

‒ Это Бо.

Я прижался лбом к окну, которое заливал дождь. Прогремел гром, сотрясая стекло в раме. Мне не хотелось задавать вопросы. Бо произнес всего два слова, но его мрачный тон сказал мне больше, чем я хотел бы знать.

‒ Насколько все плохо? ‒ наконец сказал я, зажмурившись, чтобы приготовиться к новостям.

‒ Раф, становится все хуже. Мэтт Тейт и Пит Маршалл умерли сегодня утром. У нас есть десять новых случаев по всему хребту. Трое из них ‒ из твоего клана.

У меня снова подкосились ноги. Я прижал руку к пояснице. Затяжное покалывание от прикосновения ведьмы заставило мои кости ныть от боли.

‒ Проклятие. Как Саймон это воспринимает?

Бо тяжело вздохнул.

‒ Он напуган, Раф. Никто никогда не видел его таким. Боже, я так чертовски завидовал ему, Джексу и Каллену за то, что они нашли себе пару. Теперь я просто рад, что все еще холостяк и не должен беспокоиться о том, что мои дети заболеют. Что бы это ни было, мы не можем понять, как с этим бороться.

‒ Есть новости от наших людей из Университета Великих озер?

‒ Ничего хорошего, ‒ ответил Бо. ‒ Анализы вскрытия Джеда ничего не показали. Они могут видеть последствия болезни, но не могут сказать ничего нового о потенциальной причине. Мы оба знаем, что это значит.

Я просунул пальцы между пазами в сосновых стенах. Кто бы ни построил это место, он знал, что делает. Бревна плотно прилегали друг к другу, я не мог найти ни миллиметра щели в южной стене.

‒ Это значит, что Ансель, вероятно, прав, ‒ сказал я, мой голос звучал тихо даже для моих собственных ушей.

До этого момента я не понимал, как сильно хочу доказать отцу, что он ошибается. Но, с каждым отрицательным тестом от дружественных к оборотням врачей и биологов, которые работали над этой проблемой, более вероятной становилась причина мистического характера.

‒ Да, ‒ ответил Бо. ‒ Черт возьми, Раф. Ты же знаешь, что я ненавижу это так же сильно, как и ты. Пожалуйста, скажи мне, что у тебя есть зацепка. Здесь все впадают в отчаяние. С твоим уходом Ансель еще больше разозлился.

Я оттолкнулся от окна и начал расхаживать по комнате.

‒ Дай угадаю, он уже требует возмездия.

Бо горько рассмеялся.

‒ В значительной степени.

‒ Он выжил из ума, черт возьми. До тех пор, пока мы не узнаем наверняка, с чем имеем дело, нет смысла что-то предпринимать. Я так устал от того, что он швыряет этой враждой нам в лицо. На данный момент это проблема Уайлд-Ридж. Если наши люди болеют, последнее, что нам нужно, броситься в погоню за шабашем ведьм.

‒ Я тебя слышу. На данный момент остальная часть Совета согласна с тобой. Но я не могу обещать, как долго это продлится. Саймон очень тяжело переживает смерть Пита. Он винит себя. Слава богу, теперь у него есть пара. Ей удалось его успокоить. Что ты выяснил?

Я прикусил губу и продолжал расхаживать по комнате. Не знаю, почему сразу не рассказал Бо, что произошло с тех пор, как я сюда приехал. Моя первая встреча с ведьмой чуть не убила меня. Какие еще мне нужны доказательства того, что у ее вида были средства и мотивы причинить вред моему виду? Но я не такой, как мой отец. Если это новая война с ведьмами, мы должны были играть умно. Нам нужно чертовски много информации, прежде чем мы отреагируем.

‒ Я наткнулся на ведьму.

Как только эти слова слетели с моих губ, вспыхнуло странное, защитное желание.

«Мою ведьму!» ‒ хотелось сказать, но в этом не было никакого смысла.

‒ И что?

Я снова сел на койку, опустил голову и прижал пальцы ко лбу.

‒ И это все. Я застал ее одну. Она может оказаться полезной.

‒ Хорошо, ‒ сказал Бо. ‒ И каков твой план? Ты же знаешь, что сказал бы Ансель.

Это защитное побуждение усилилось. Мой медведь зашевелился, и мне пришлось ослабить хватку на телефоне, прежде чем я раздавил бы его. Да. Я знал, что скажет Ансель. Он заставит меня притащить ведьму в Уайлд-Ридж и угрожать ей.

‒ Да. Я знаю, чего хочет от меня Ансель. Сначала я попробую более мягкий подход. Последнее, что нам нужно, это обрушить на нас гнев всего ее ковена, если я спугну ее слишком рано. Мне нужен день или два. У меня есть кое-какой план.

‒ Ты не хочешь поделиться со мной чем-нибудь, брат? ‒ в голосе Бо прозвучала жесткость, которая мне не понравилась.

‒ Еще нечем.

Не знаю, почему мне не хотелось говорить больше. Черт, может быть, эта девчонка повредила мои мозги вместе с позвоночником, когда ударила меня. Мне пришло в голову, что если проклятие ведьм действительно делает наших людей больными, то я только что выставил себя на посмешище. И все же инстинкт подсказывал мне, что в ней есть нечто большее. Она была другой. Девушка, казалось, боялась меня так же, как я должен был бояться ее. Несмотря ни на что, она была лучшей зацепкой, которая у меня была, и мне не хотелось признаваться Бо или кому-то еще, как быстро ей удалось взять верх надо мной.

‒ Ну, я полагаю, это само собой разумеется, но я все равно скажу. Будь осторожен там. Я знаю, мы решили, что посылать больше одного человека на территорию ведьм слишком рискованно. Но если что-то случится, звони. Я серьезно, Раф. Мы не можем потерять тебя из-за этого.

‒ Я ценю это. И буду осторожен вдвойне.

Бо замолчал. Небо начало проясняться, и я снова подошел к окну.