Пушистая хранительница его высочества - Лира Алая

потому что я без обуви ходила, но, в конце концов, решили, что я очередная странная магичка с очень странными привычками, и отпустили с миром.

Я и в город выходила, чтобы подзаработать и купить одежду. Во дворце стыдно было красть, хотя, честное слово, некоторые приезжие дамочки привозили с собой столько одежды, что могли бы каждый день менять – и за всю жизнь все переносить не умели.

Но я, Сильвия, маг высшей ступени, привыкла все необходимое получать честным путем. Потому и собрала немного магических трав в горах, которые считались чрезвычайно опасными, сделала несколько амулетов. Все это сбыла в городе, а на полученные средства купила все самое необходимое.

На этом, наверное, и попалась. Иначе как бы маги вычислили, что я не совсем кошка, а после пришли ко мне с деловым предложением?

Из моих воспоминаний меня вырвал до ужаса знакомый голос:

– Ваше Высочество, вы снова взяли вашу великолепную Лисси на собрание?

Хорошо, что я сидела сейчас на руках у его высочества Юстаса, иначе, боюсь…

Я бы его обшипела. Как кошка. Потом мне было бы весьма стыдно перед самой собой, но это было бы потом.

Помощник казначея! Красивый, харизматичный и улыбчивый блондин. Тот, кто неизменно производил приятнейшее впечатления на всех дам от пяти до пятьсот пятидесяти пяти лет, а всем остальным дарил чувство спокойствия.

Или будет правильнее сказать, что он надзорщик? Казначей-то сам ушлый, связей много, деньги, как я поняла по разговорам Юстаса, иногда испарялись. В небольшом, едва заметном количестве, но и этого хватило, чтобы Юстас назначил своего собственного заместителя – Адриана – помогать казначею.

Помогать быть честным, разумным и правильно считать. На честность Адриан влиял легко: внушительная фигура и зловещая улыбка помогали проявлять свои лучшие качества на собраниях даже самым высокомерным аристократам. На разумность еще проще – попробуй тут что-то глупое сделать, если рядом двухметровая детина случайно стучит по столу и ломает его пополам. Считал Адриан, как и всякий аристократ, превосходно. И бонусом докладывал Юстасу обо всем подозрительном, из-за чего держал в страхе половину собрания.

Казалось бы, с чего у меня такая реакция на него?

Да потом что Адриан – тот человек, который вечно тянул ко мне свои руки. Погладить, посюсюкать… Да он в первый раз ко мне… целоваться полез! Я всего-то тихо и мирно лежала на рабочем столе у принца в кабинете, свесив лапу, когда Адриан пришел. Кружился вокруг меня, умиленно улыбался – этот тут обычная реакция на кошку, так что ничего удивительного.

А потом…

Я сначала не сообразила, что происходит, а этот бессовестный мужчина, пока Юстас отвернулся, присел перед столом и попытался меня чмокнуть в лапу! За что лапой по лицу и получил.

– О, какой грозный пушистик! Юстас, она меня не боится, но поцеловать в лапку не дает, – пробормотал тогда обиженно Адриан.

– Так не целуй мою кошку, – возмутился принц, еще не осознав всю степень наглости своего бывшего заместителя.

– Ну как ее не целовать? Такие лапки, такие уши, такая спинка, такая попка пушистая, – продолжал сюсюкать Адриан. – Везде бы зацеловал.

Моя лапа поднялась снова, прежде чем я смогла себя контролировать! В пушистую пятую точку?! Гадость! Юстас, конечно, тоже меня любил (как кошку), иногда немного чрезмерно, но он никогда не скатывался до такого мерзкого сюсюканья, граничащего с сумасшествием. Пушистую попку он хотел поцеловать! Бессовестный, как есть бессовестный!

Как я узнала позже, этого бедолагу тоже избегали животные из-за чрезвычайно сильной ауры. Она, конечно, была не такой внушительной, как у Юстаса, но впечатляла. Если бы мне и казначею пришлось сражаться в реальной дуэли, то он доставил бы мне немало хлопот. А вот при сражении с Юстасом я даже не была уверена в победе, скорее всего, в прямом столкновении проиграю. Впрочем, в роли телохранительницы я все еще полезна из-за своих глубоких познаний в магии, зельях, приворотах, заклятиях и прочей пакости, которую мастер меча мог и не распознать с первого взгляда.

– Верно, Адриан. Если ты снова попробуешь…

– … погладить Лисси без вашего дозволения, то лишусь пальцев. Я помню, ваше высочество. – Казначей тут склонился в поклоне. – И это меня расстраивает.

На «вы» перешел, да? Издева-а-ается? Или мимо кто-то проходил, что Адриан под идеального подчиненного маскируется? Они же с Юстасом обычно на «ты».

– Судя по твоей улыбке, тебе или нравится расстраиваться, или ты сейчас чем-то захочешь расстроить меня, – вздохнул Юстас, погладив меня между ушек.

– Ты что! Я тебя обрадую. Мы нашли свидетеля, который дал нам подсказку насчет того, кто на тебя покушался.

Беззвучный купол мгновенно накрыл нас троих: еще одно очень удобное заклинание этого мира, которое меня заинтересовало. Я так и не нашла способ обойти его.

– Говори, – приказал Юстас.

– Так как мы так и не поняли, кто и когда нацепил на вас медленное проклятие, то проверили всех людей, с которыми вы имели контакты в течение полугода…

Ого, дотошные какие! Медленное проклятие – это очень интересная пакость. Она похожа на пылинку, которая прикрепляется к человеку, а потом растет, маскируясь под врожденную магию или ауру жертвы до тех пор, пока размер не становится достаточным, чтобы убить человека.

Обычного человека.

Юстаса таким не возьмешь, но это и не значит, что подобное проклятие прошло для него бесследно. В момент, когда разросшееся проклятье должно было убить или хотя бы нанести смертельное ранение Юстасу, его аура мастера меча поглотила проклятье.

Так что Юстас остался цел и невредим – ни царапинки, ни дискомфорта, не считая того, что его аура мастера меча резко снизилась, делая его более уязвимым для врагов. Он все еще был весьма силен, но, например, сопротивляемость к магии ослабла.

Сработавшее медленное проклятие напугало всех – от обычных слуг до королевской семьи. И я не была исключением. В конце концов, будь Юстас хоть немного слабее, он бы мог навсегда остаться изувеченным. Поэтому я без особого сопротивления согласилась его охранять. В конце концов, возможность уйти из дворца жить в какую-нибудь библиотеку, пусть и менее чудесную, у меня всегда оставалась.

Но его высочество слишком хороший, чтобы я сбежала и оставила его в опасности. И пусть Юстас утверждал, что телохранитель ему не нужен, я была не согласна. В конце концов, я могла выполнять роль прекрасной нервохранительницы, что тоже немаловажно.

– Прямо всех? – усмехнулся Юстас, недоверчиво качая головой.

– Пришлось, других вариантов не было.

Ага, это точно. Медленное проклятие можно «подсадить» на жертву исключительно непосредственным прикосновением к голой коже. Его нельзя передать заклинанием,