Целительница для генерала-дракона - Нинель Мягкова

– Раз до сих пор не притянул, не вижу смысла переживать, – отмахнулась Люна. – Мы от основных линий далеко, им сюда не добраться. Меня другое интересует. Ты ничего не хочешь мне рассказать?

Тут я искренне призадумалась.

Поделиться своими догадками? Честно сказать, звучат они как бред.

– Ты появилась из ниоткуда посреди болота, – начала издалека травница, эхом повторяя мои размышления. – Одета была в дорогую сорочку, это я разглядела. И сама вся нежненькая и хрупкая, как статуэточка. Хоть и грязная. Может, признаешься уже? Обещаю, не буду ругаться и не выгоню. Куда мне тебя выгонять, помощницу такую!

– Мне не в чем признаваться, – развела я руками. И прежде, чем нахмурившаяся Люна упрекнула меня во лжи, быстро продолжила: – Я правда ничего не помню, что там было до болота. Но если рассуждать логически, то, я действительно из каких-то богатых аристократов, пострадавших в столице. Или среди тех, до кого добрались позже, уже на окраинах. Только не понимаю, как я здесь оказалась, отсюда же до всех городов полдня на телеге минимум!

– А порталы на что? – хмыкнула травница. Ее настроение немного улучшилось, когда она поняла что я не вру. – Может, у вашей семьи имелся артефакт переноса. Он, конечно, денег стоит, но и ты не из бедных. Только не обольщайся, не из богатых тоже. Вон как скотину мне в первый же день обиходила! Я тогда еще засомневалась. Откуда аристократочке знать, с какой стороны коза доится! Нет, ты, видать, из знатных торговцев. Те тоже девочек лелеют, но и к жизни приучают.

Я только плечами пожала.

Воспоминания тела не спешили приходить, скорее всего, их и не осталось вовсе. Даже жуткий спазм, сковывавший меня каждый раз при мысли, что нужно от кого-то скрываться, постепенно почти сошел на нет. Лишь иногда во сне я от кого-то убегала, неслась изо всех сил, чувствуя что все равно не успеваю…

А после просыпалась в слезах и долго лежала, глядя в бревенчатый потолок, не в силах заснуть. Сердце стучало как сумасшедшее, а в ушах звучал незнакомый и родной мужской голос.

«Беги!»

Разумеется, я не стала объяснять Люне, что навыки дойки и кормления кур у меня из другой жизни. Аристократка я или наследственная торгашка – не важно. Если бы остались живые родственники, меня бы искали. В конце концов, вряд ли те порталы – еще один рушащий крышу сознания феномен – выкидывают людей где попало.

С другой стороны, им может быть не до пропавшей девочки. Вон, Кайюс говорит, все силы брошены на отражение неожиданного нападения.

Я сгребла всю посуду, подхватила таз и прежде, чем выйти с ним на мороз, все-таки уточнила:

– Я вот все думаю… а в каком смысле надежда на драконов?

– Они мудрые создания. А еще очень сильные и одаренные магически, – заулыбалась Люна. – Когда-то давно их заставили уйти из Шейдарра, наш тогдашний король боялся, что они отберут его трон. Но драконы никогда не гнались за властью. Так что спокойно ушли, основали свое королевство далеко в горах, куда нет хода простым людям. И обещали вернуться, только если их позовут на помощь. Хорошо, что они не стали ждать приглашения в этот раз, сами прилетели! Иначе конец бы нам всем.

Меня ее рассуждения не впечатлили. Скорее, закрались смутные подозрения. Когда это сильные и одаренные отказывались добровольно от власти? Наоборот, стремились вернуть ее всеми возможными способами.

Например, организовав прорыв чудовищ, которых таинственным образом сами же и нейтрализуют. Только что-то пошло не так, и чудовища вырвались из-под контроля.

В общем, вся эта история с драконами мне доверия не внушала абсолютно. Возможно, я излишне подозрительная, но в благотворительность не верила никогда. У всех есть свои корыстные интересы, даже спонсоры нашей поликлиники и те в большинстве своем банально отмывали деньги.

Впрочем, меня никто не спрашивал. Ни тогда, ни теперь.

Да и вообще про жуткие события вокруг столицы в Потрясье скоро практически позабыли. Несмотря на кипящую где-то там, в центре страны борьбу за человечество, в нашу глухомань и отголосков не докатывалось. Как жили, так и продолжали.

В город только староста ездить почти перестал. Не хотел рисковать – там ведь, по его словам, довольно сильные маглинии.

Нас с бабой Люной это тем более не касалось – селяне по-прежнему несли кто относительно новую одежду, кто картошки мешок, в обмен на декокты от простуды и для поддержания потенции.

А чем им еще зимой заниматься…

По весне, когда снег окончательно растаял, а промерзшая земля превратилась в привычный кисель, к нам действительно потянулись садоводы за снадобьями от вредителей. Потом за удобрениями. Затем за противозачаточными – тут я могла только глаза закатить и посоветовать полное воздержание.

Одна ушлая дамочка пришла за приворотным. Люна налила ей во флакончик отвара ромашки, и с каменным лицом приняла мзду – пёструю живую курицу, если верить рекомендациям отличную несушку.

– А она обратно не придет жаловаться? – опасливо уточнила я, когда за просительницей закрылась дверь.

– Ну что ты! – расхохоталась травница, устав сдерживать эмоции. – Магии у людей нет, а то что эта дура считает меня ведьмой – ее проблема. В чем она меня может обвинить?

– В подлоге и фальсификации? – со знанием дела предположила я.

– Догадываюсь я, кому она зелье подливать собралась, – все еще посмеиваясь, ответила Люна. – Он и без приворота на все готов. Со всеми. Ей точно не откажет. А после еще какой соседке.

– А если придет с жалобами, скажем что та соседка тоже у нас зелье покупала! – подхватила я и хихикнула. – По очереди к нам побегут!

– Точно ты из семьи торговцев! – твердо заявила травница. – Смекалистая девка!

Впрочем, полагаться в доходах на одну смекалку я не собиралась. Все-таки этот финт с зельями походил на мошенничество, а нарушать закон не хотелось. Мало ли. Толпы девиц, жаждущих возмездия, к нам не повалили, обошлось.

Вычесывая клочьями лезущий подшерсток и пух козы, я решила не переводить зря добро. Прялка лежала без дела на чердаке, и хозяйка совершенно не возражала, когда я стащила ее вниз. Никакой механики, даже колеса, одна подставка под кудель на ножке и донце-опора.

– Ой, давненько я не пряла, – со вздохом призналась Люна, поглядывая на меня со смесью зависти и гордости. – Глаза не те, да и в руках былой чуткости нет. Старость не радость, эх…

Чувствуя себя немного принцессой, несколько раз укололась о веретено, пока вспомнила движения. Пришлось постоянно себя контролировать – тело такую моторику не