Хлоя Нейл - Правила дома

— Да, мы делаем это, — сказал Люк, выступая за всех. — Я имею в виду, мы стараемся не говорить о вас постоянно. У нас у всех есть более важные дела, чем препарировать ваши отношения.

Линдси подняла ложку. — Я этого не делаю.

— Ладно, у всех, кроме Линдси есть более важные дела, а я не собираюсь вмешиваться в личные дела. Во всяком случае, так как мы не сделали этого раньше, добрый вечер, Страж.

Я хмыкнула. — Добрый вечер. Аудитор безопасности здесь, беседует с Этаном. Он сказал, что ты уже разговаривал с ним?

— Мы говорили, — подтвердил Люк. — Честно говоря, я думаю, что его предложения являются ненужными. Не опасны но слишком консервативны, для применения на практике, но если они заставят большого человека чувствовать себя лучше, так тому и быть.

— Я встретилась с ним сегодня вечером, — сказала Линдси, бросая стаканчик от йогурта и ложку в мусорную корзину через всю комнату. Ее бросок был совершенен, и выстрелил эхом в мусорном ведре. — Он горяч, — сказала она, вытирания руки. — Высокий, темный, и горячий.

— Я здесь, — сказал Люк. — Да, я как и ты признаю человека никак не связанного с тобой горячим. — проворчал Люк, но давайте закончим с этим. — Страж, что нового тебе известно?

— Не так много, — сказала я, и рассказала им об убийстве Оливера и Евы, горе бродяг, и о том, что мы нашли на складе.

Пока я говорила, Линдси встала и остановилась возле гигантской доски на которой мы могли отслеживать наших клиентов и стала заполнять ее известными нам фактами.

— Щепки дерева, если они осинвые, возвращают нас обратно к Маккетрику — пришла я к выводу.

Линдси замерла и посмотрела на Люка.

— Что? — Спросила я.

— У нас есть кое что, что тебе нужно увидеть. — Постучав тихо по встроенному в столешницу экрану, он вызвал изображение на проекционный экран на стене рядом с нами. Найдя в интернет — видео выпуск новостей вышедший ранее днем.

На экране, Диана Ковальчук, мэр Чикаго, стояла на подиуме. Рядом с ней стоял Mаккетрик. Мы видели его в этой позиции прежде, подлизывающегося к Koвальчук и стоящий рядом вредоносный человек-Страж.

Он был одет в свой обычный костюм, военной марки. Шрамы, которые он получил от встречи с осиновыми пулями из своего пистолета были неизбежны. Они покрывали его лицо, пересекались, покрывая кожу от шеи до линии роста волос. Один глаз был молочно-белым, другой глаз был чистым и бдительным, и невозможно было отрицать очевидной злобы в его взгляде.

Люк скорректировал изображение. — Позвольте прибавить звук.

Звук увеличился медленно, характеризуясь растущей зеленой полосой в нижней части экрана, У Ковальчук была очень приятный голос. Она была привлекательной и опрятной женщиной, но ее нацистская политика была отвратительна.

— Этот город был основан людьми, — сказала она. — Мы живем здесь, мы здесь работаем, мы платим налоги.

— Мы живем здесь, работаем здесь и платим налоги, — пробормотал Люк. — И мы жили здесь и работали, больше чем она или любой другой человек живущий в городе.

— Чикаго заслуживает быть городом, свободным от сверхъестественной драмы, насилия, подстрекателей. Чикагцы не станут прятаться от своих проблем. — сказала она, ее акцент вдруг стал густым, как на Среднем западе.

— Мы сталкиваемся с ними лицом к лицу. Когда-то, бывший мэр думал, что важно иметь офис, где «сверхъестественные», как они нам известны, могли делиться с городом своими проблемами. Он был назван офисом Омбудсмена, и я с гордостью говорю, что закрыла его. Мы не считали это нужным тогда, и нам не нужно это сейчас. Мы делаем то, что необходимо для города. Чикаго не требуется офис для людей со сверхъестественными проблемами.

— О, Боже, — сказала я, ожидая, что будет дальше.

— Вот почему сегодня я рад объявить о создании Управления для связи людей со сверхестественными… Я также рада сообщить, что попросила Джона Маккетрика возглавить этот офис и служить связью.

О, это было очень, очень плохо. Она наняла своего связного человека, чьей целью было избавить город от вампиров любыми доступными средствами. Она дала ему звание, должность, сотрудников, и общую легитимность. Что означает, что, если он был замешан в убийстве Оливера и Евы, то теперь стал политически неприкасаемым.

Мой дед потерял его.

— Не все сверхъестественные являются преступниками, и мы знаем это. Но этот человек носит на себе следы его взаимодействия с нежелательными элементами, и я верю, что он может многому научить нас о тех, с кем мы делим наш город.

Во мне вспыхнула неуемная ярость. Mаккетрик носил свои шрамы, потому что был убийцей с вендеттой против вампиров. Он нанес эти травмы себе сам — в буквальном смысле. Я была его предполагаемой жертвой.

Mаккетрик улыбнулся и заменил мэра города на подиуме.

— Город не тот, чем кажется. Мы живем в мире света и солнца. Но ночью выходят темные элементы. В настоящее время мы все еще управляем этим городом, но если мы не будем бдительными, если мы не станем выше и сильнее, мы станет меньшинством в нашем собственном городе.

Я уставилась на Mаккетрика, видимо нанятого мэром, чтобы изрыгать на сверхъестественных. К чему приведет эта общественная дискуссия?

— Эта администрация стремится пролить свет на Чикаго. Моя работа — защитить людей от сверхъестественных капризов и обеспечить этот город всем, чтобы он не стал второсортным городом, а был лучшим городом в мире.

Раздались вежливые аплодисменты, вероятно, пока Люк не выключил видео.

— Этот парень, — сказала Линдси, — он душка. Я ненавижу его. Сноски, он может сосать его.

— Мы получили его, дорогая, — сказал Люк, беззлобно. — Хотя я не согласен с настроениями. И, люди, я не хочу говорить это Этану.

— Как будто ему нужно что-то еще, чтобы беспокоиться, — сказала я, мое сердце болело за него. — У него уже есть свои страхи. Мы будем надеяться, что Mаккетрик не убивал Оливера и Еву, ибо если это сделал он, мэр только что предоставила убийце кабинет.

Cделал или нет, до сих пор неизвестно, деревянные щепки нужно исследовать.

— Однажды я разговаривал с Этаном и другими капитанами охраны, — сказал Люк, потом выругался произнося проклятия.

— И что? Джон Маккетрик? Джон как и в "Рядовом американце"? Как она не заметила, что это не его настоящее имя? Очевидно же, что это подделка.

— Потому что она бездушная, — сказала я.