Лучший способ спрятаться - 2 - Екатерина Майская

тому же мне нравится работать и экспериментировать с растениями. Эти два цветка, тот, что в приемной и тот, который я тебе подарила, вырабатывают живую магическую энергию, перерабатывая в нее отрицательно заряженную субстанцию, которая появляется в местах большого расхода магии. Если ты замечала, то возвращаясь с выездов ты намного быстрее приходишь в себя, сидя в приемной. И резерв прибавляется…

- Вот сейчас, когда ты это сказала – я это заметила. Но это же потрясающее открытие! Таких цветов должно быть больше! Надо каждому в управлении подарить!

- Не получится больше. Пока мне сложно даже один цветок перестроить, а много… К тому же, боюсь, узнав, что я магичу, отец все-таки вспомнит о моем существовании и еще раз попытается выдать замуж…

- Оу, а ты права… Надо будет свой цветок из приемной в кабинет его светлости переставить. Ему нужнее.

Взгляд сам нашел внимательно наблюдающего за нами Вяземского. И появилось такое чувство, что заклинание тишины не работает. Или работает не в полной мере. Вот что-то точно не то!

***

Василий Васильевич умудрился провести полный медицинский осмотр где-то между горячим и десертом. Ну, не совсем полный, наверное… Хотя даже кровь с помощью одноразового артефакта умудрился взять. Теперь я буду опасаться подходить к врачам даже когда они на отдыхе…

- Хорошо! Замечательно! А это у нас что? Магия скакнула? Просто замечательно! – приговаривал он, водя надо мной чем-то диагностическим.

Результаты озвучивать отказался, но как я поняла – жить буду. Поэтому не сильно расстроилась.

Замечательный подарок подготовил Штольц. Наряду с коробкой конфет (похоже этот день рождения грозится стать самым сладким за последние десять лет), он протянул мне документы, фиксирующие совершеннолетие и отсутствие необходимости в опекуне.

- Глазам не верю…

Я смотрела на бумагу, которая дарила мне свободу от моего «замечательного» опекуна. Когда Штольц впервые озвучил такой вариант, я очень хотела ему тогда поверить. Хотя и боялась. Барон Венюков производил впечатление достаточно влиятельного члена общества и не бедной сироте с ним сражаться. А сейчас у меня в руках был магически заверенный символ того, что я победила… Потрясающее чувство!

- Суд учел наличие работы и места проживания.

Я переводила взгляд со Штольца на бумаги, а потом обратно на Штольца. Если бы он бы в своем «возрастном» виде, то, наверное, я бы еще полезла бы обниматься. Еле сдержалась… Его молодая версия напоминала, что для репутации девушек объятия с ним будут большим ударом.

- Когда Венюкову пришел запрос, все же он твой опекун по документам, он постарался сделать все от него зависящее, чтобы затянуть рассмотрения дела. Причем адвокаты у него хорошие, натащили всего, включая показание о твоем «нестандартном и болезненном» поведении от твоей бывшей соседки по комнате.

- Юлианна?

- Да, вроде так зовут девушку. Думал, придётся старые связи поднимать, приглашать тебя для дачи показаний и планы Венюкова на твой счет вытаскивать. Но там доказательств мало. Плюс - угроза твоей репутации, но помог твой новый управляющий – Смирницкий.

- И как?

- Доложил графу, получил «добро» на определенные действия. Не важно какие, к тому же Вяземский сам подключился и сегодня утром я получил решение суда, которое ты держишь в руках. Самое быстрое решение вопроса на моей памяти.

- Рекорд…

- Согласен – рекорд.

Замечательное празднование дня рождения! Я оценила.

На каком-то этапе я поняла, что несмотря на всю радость и воодушевление от празднования – я устала. Стала слегка, скажем так, замедленно реагировать.

- Господа и дамы, именинница ещё не полностью восстановилась, ей надо дать отдохнуть.

На эти слова Вяземского последовала практически мгновенная реакция. Через десять минут мы уже были одни в столовой.

- Как вы себя чувствуете, Ариадна?

- Мы же вроде перешли на «ты»?

- Как ты себя чувствуешь?

- Бывало и лучше. Василий Васильевич прописал мне еще три дня отдыха.

- Хорошо. Отдыхай. Послезавтра вечером прием во дворце. Мы с тобой приглашены, так что отдохни как следует.

- Ваша светлость…

- Ярослав. А то странно: перешли на «ты», а я все еще «ваша светлость» …

Похоже меня немного поддразнивали. Странно, но почему-то мне было очень легко с ним общаться. Как будто я знаю его почти всю жизнь. Это реакция моей родовой защиты? Если и так, я все равно ни о чем ни жалею. Ни капли.

Я вообще считаю, что жалеть о чем-то – абсолютно бесполезное дело, изменить-то обычно ничего уже нельзя. Защита есть, она сработала, а то, что меня при этом так кардинально накрыло – побочный эффект. К тому же лучше сделать – и пожалеть, чем жалеть, что не сделал. Проверено на себе.

- Ты прав, Ярослав звучит лучше, чем твоя светлость… Ярослав, спасибо за праздник, за гостей и за подарки. За ВСЕ подарки.

Тут я сделала паузу после того, как выделила голосом слово «все». Почему-то не хотелось заострять внимание на папке, как будто это была наша меленькая тайна. Только наша. То, что нас уже сближает.

- А почему ты мне подарил именно этот браслет?

- Должен же я был подарить невесте что-то из фамильных драгоценностей? А это браслет так подходит к кулону…

- Невесте? Ты был так уверен, что я соглашусь?

Какое-то иррациональное возмущение захлестнуло. Я вроде все обдумала и согласилась, что все рационально и разумно. Но когда услышала это, почему-то стало обидно, как будто меня без меня женили, то есть обручили. Я так от этого бежала все время, а тут… Спокойно, Ари, спокойно…

Видимо прочитав что-то на моем лице Ярослав ответил:

- Не на сто процентов конечно, Ариадна, ты умеешь удивлять... Скажем так – я надеялся.

Фуу, отпустило... Интересно, и что это я так взбеленилась?

- Я согласна быть твоей невестой до тех пор, пока это необходимо.

И не против побыть и женой. Только не фиктивной, а настоящей, но ни за что тебе в этом не признаюсь!

Глава 4

Видимо мой организм решил ограничить мою деятельную натуру. Планов у меня было много, но в итоге: я проснулась, позавтракала, чуть-чуть почитала, заснула. Проснулась, пообедала, прогулялась в парке, заснула. Проснулась на ужин. Вот как можно столько спать??

А я – спала. При этом не чувствовала себя больной или слабой. Просто в какой-то момент – засыпала. Даже сидя. Хорошо, что кресло в моей комнате достаточно удобное. В нем я и заснула после ужина, который провела в одиночестве.